Читаем без скачивания Когда нет выбора - Ольга Гусейнова

– Нет, ничего серьезного, – Биана тяжело вздохнул, окидывая меня тоскливым взглядом. – Командор в любое время может рассчитывать на меня. Я – офицер военного корабля, Есения, подобные вызовы – рутина. Необходимая и обычная.

После прошедшей «ночи» я уже немного другими глазами рассматривала его и пока не могла объяснить, что произошло кардинального, – но кажется, изменилось само восприятие этого мужчины. Быть может, я даже лучше начала понимать его после очередного проникновения в душу. Хотя, возможно, исподволь приняла для себя тот факт, что теперь есть «мы» и больше нет только «меня». И все равно вопросов больше, чем ответов, а отсутствие последних или частичная информация уже бесят.

Пока Биана одевался, я, полюбовавшись, как оказалось, потрясающим воображение мужским телом, решилась:

– Думаю, будет лучше, если мы поговорим откровенно.

Замерев на мгновение с ботинком в руках, он усмехнулся, прежде чем ответить:

– Неужели? Ты правда будешь откровенной? И все мне расскажешь?

Я снова вскипела и ехидно ответила:

– А ты?

Биана разочарованно покачал головой, бросил на меня бриллиантовый взгляд и ушел, быстро набрав код разблокировки помещения. Правда, уже выходя из каюты, не оборачиваясь, скорее приказал, чем попросил:

– Пожалуйста, не пропускай приемы пищи. Питаться три раза в день сейчас важно для тебя, мне Джама рекомендовал…

Пока дверь закрывалась, с открытым ртом смотрела в пустой проем. Неужели он с врачом еще и мое питание обсуждает, и рекомендации… ему… для меня… Обалдеть! Я не просто удивлена, а в крайнем изумлении! Да уж, загадочные эти илишту…

Глава 24

Тарий ушел рано, поэтому я еще часок поспала: все лучше, чем метаться по каюте, тем более чувствовала себя невыспавшейся, но потом сработал и мой зум, предупредив, что пора вставать.

Я уже приняла душ и оделась, когда прозвучал сигнал от двери о чьем-то визите. Сначала подумала, что вернулся Тарий, но на пороге стояла Иванка.

– Доброго утра тебе, Есения! – белоснежная сверкающая улыбка излучала довольство всем миром и нашей встречей, в частности. Я невольно улыбнулась в ответ.

Позади своего недавно обретенного счастья возвышался такой же сияющий Фисник, положивший ладони ей на плечи, то ли придерживая, то ли удерживая, мужчины илишту – та-а-акие загадочные. Он приветственно кивнул и спокойно сообщил:

– Прости, вчера подвел и бросил на тебя всю работу. Сегодня за двоих отработаю, а ты составь компанию моей анна.

Я кивнула с понимающей ухмылкой. Ну вот, точно – премудрый илишту. Вроде выходной подарил, но и компанию своей анна организовал, чтобы та одна не ходила по кораблю среди свободных мужиков. По всей видимости, эти илишту от хитрых меркантильных чивасов недалеко ушли, так что надо ухо держать востро. Впрочем, возможность провести выходной день с милой и общительной женщиной весьма обрадовала. А сколько нового узнать можно! Фисник мягко коснулся губами щеки Иванки. И я очень хорошо ощутила, с какой неохотой он оставляет ее, да и она неосознанно потянулась за ускользающими с плеч ладонями Фисника, покачнулась и только тогда осознала свое движение. Проводила печальным взглядом удаляющуюся спину аннара и наконец вошла в каюту. Но очень скоро переключилась на меня:

– Так, Есения, я тут немного отвлеклась, но надеюсь, ты помнишь нашу задачу?

Немного опешив от ее напора и быстрой смены настроения, отрицательно покачала головой.

Поджав нижнюю губу, так что кончики верхних клыков вылезли наружу, девушка внимательно осмотрела меня с ног до головы и прощебетала:

– Эсар Нут Джама просто обязан нам помочь с твоей прической. Ты же лысая, как мужчина… Так женщине выглядеть неприлично.

Я хмыкнула насмешливо и не без ехидства заявила:

– А совсем недавно мне ваши мужчины говорили, что я волосатая, как женщина.

Брови у моей подруги взметнулись вверх в недоумении.

– Ты права, на всех не угодишь, – она виновато пожала плечами. – Прости, но очень хочется тебе помочь хоть чем-нибудь и самой заняться делом. А здесь… Ну, ты сама понимаешь. У тебя вот даже работа есть, а я здесь Фису обуза.

– Фису? – теперь я удивленно подняла брови.

– Я так свое нечаянное счастье зову, – Иванка мягко улыбнулась. – Это ведь действительно чудо! Встретить такого потрясающего мужчину – и где? А при каких обстоятельствах… Теперь он мое счастье! – последнее было сказано жестко и с явными собственническими нотками.

– Хорошо. Я готова, можем идти, – тем более когда исключительно ее личное «счастье» дал выходной, – но сначала позавтракаем.

Посмеиваясь, мы вышли из каюты, и илишту тут же надела очки, ранее висевшие у нее на шее.

– Неужели у вас все носят очки?

– На мужской половине женщины носят защиту, на женской – мужчины, но это же несложно. Даже удобно, в силу природных особенностей.

– В каком смысле? – переспросила я.

– Сама увидишь, что зря говорить, – она махнула ручкой в перчатке. – Зато интересно будет знакомиться с Илишту. Выберешь, где тебе больше захочется жить…

Пока Иванка говорила, мы подошли к лифтам, и я высказала свои сомнения:

– Вряд ли Тарий мне выбор предоставит!

– Смеешься? – Иванка на мгновение притормозила, уставившись на меня, а я ощутила ее недоумение. – Он хоть и черный, но не всесильный! Забыл, наверное, как в женском обществе жить?! Когда там его сараш прошел? – наставительно заявила она и продолжила после того, как я пожала плечами: – Ну, не важно. Даже если пятьдесят лет назад… Память у мужчин короткая. Видно, со своими биониками запамятовал про силу живой женщины. Хотя я более чем уверена, этот мужчина никогда ничего не забывает… Заметно, что Биану бесит его беспомощность и зависимость.

Последние слова были наполнены злостью и ехидством, и мне стало неприятно:

– Иванка, не злись на него. Ты, разумеется, обижена из-за Фисника на моего Тария… – я замолчала, внезапно осознав, что в разговоре упомянула о нем как о моем мужчине.

– Прости! – она это тоже уловила и примирительно улыбнулась. – Но он ударил моего аннара, и медик целый час восстанавливал кожный покров и нос Фису. Я готова была порвать Тария на части, но теперь рада, что ты наконец приняла его в душе.

Я с улыбкой кивнула, и мы направились дальше, но Иванка добавила:

– На твоем месте я бы с ним построже обращалась. Черные – те еще проныры: строптивые, жесткие, эгоистичные и ради своей цели могут пойти на любые меры. Женщинам надо быть очень осторожными с ними, да и мужчинам тоже! – она печально посмотрела на меня. – Эх, тебе бы такого, как Фисник, и твоя жизнь превратилась бы в вечную красивую сказку… Не повезло тебе с аннаром!

– Благодарю, мне и Тария хватает!

– Ну да, Фисник такой единственный. Мы сейчас на завтрак, а потом к врачу? – уточнила наш маршрут Иванка.

– Да.

В коридоре мы встретили двух эсов, которые вежливо поздоровались с нами, но вот лично мне достались немного косые взгляды и неприязнь. Так что завтракала я под впечатлением вновь нахлынувшего негатива, но заставила себя поесть плотно, ведь предстояло потратить много жизненных ресурсов на отращивание волос. Однако вопрос, почему ко мне вновь изменилось отношение экипажа, не давал покоя.

Джама встретил нас с большим любопытством и воодушевлением, особенно узнав причину посещения. Я сразу занервничала, но врач заметил и успокоил:

– Не волнуйтесь, миса Есения, с тсареками я сталкивался в медицинской академии. Меня, конечно, интересовала ваша трансформация, внутренние изменения и происходившие процессы. Но она уже закончилась. И какой смысл вас долго мучить?

Я действительно успокоилась, почувствовав, что доктор не врет и расположен помочь. Меня уложили в медитек и запустили программу стимулирования роста волос в области головы. Только бы одновременно с ними не отрасли брови, усы и борода, а то еще стану похожа на друнов, которые живут в горах Саэре, в северных широтах. Кожа на голове зудела и немного побаливала, не позволяя расслабиться во время процедуры.

Когда спустя час терпеливого ожидания я посмотрела в зеркало, лишь усмехнулась. Не знаю, какого эффекта ожидала Иванка, но Нут Джама, увидев меня после медитека, удивленно округлил глаза, а потом улыбнулся.

В зеркале отражалась светлокожая, скорее даже бледная, девушка с яркими большими синими глазами, высокими скулами и пухлыми губами. Небольшие ямочки на щеках только добавляли ей невинности и очарования. А короткие – десять-пятнадцать сантиметров – торчащие в разные стороны спиральки волос делали очень заметной на общем «гладком» фоне других женщин илишту, во всяком случае, из тех, которые сейчас находились в анабиозе. В общем, новый образ показался мне женственным, но каким-то трогательным и ранимым.

Иванка, вернув своим глазам привычную форму, шмыгнула носом, разглядывая меня, и прокомментировала: