инвесторы намного солиднее – и бесконечно опаснее. Такие люди не ввязываются в бизнес без каких-либо гарантий. Значит, кто-то поручился за ДиМиро и Беленкова еще до начала строительства. Но если бы план не сработал, никакие рекомендации им не помогли бы, оба уже валялись бы среди подлежащего переработке мусора. Значит, что бы они ни задумали, это начало приносить деньги.
Вариант подбирался только один, и Ян тоже о нем подумал:
– Ты считаешь, через них проходит поток нелегальных мигрантов?
– Очень может быть. Ребята из Австралии сказали, что это сейчас модная тема. Правда, в Австралию немного из других стран поток идет, но суть та же. Легальная миграция и без того с каждым годом становилась все более проблемной темой. На словах вроде как всем рады, но по факту «всем рады» оборачивалось большими тратами на пособия, обучение языку, медицинскую помощь и так далее. Так что виз выдавалось все меньше, а тут вдруг – бдыщ! Что?
– Твой ограниченный словарный запас?
Александра и глазом не моргнула:
– Нет, «бдыщ» стратегически обозначает пандемию. Принимающие страны дружно обрадовались такой уважительной причине и лавочку легальной миграции почти прикрыли. Но если есть спрос, будет и предложение.
– Как будто раньше нелегальной миграции не было!
– Была, но теперь изменились условия, да и появилась традиция, стало ясно, что вся эта фигня надолго. Дорогие коллеги говорят, что этим делом сейчас занимаются и жук, и жаба, даже мелкие австралийские мошенники мотаются на соседний континент, чтобы урвать парочку золотых сольдо. А уж в нашей стране совсем замечательные условия – мы и так на миграционном пути в заветную Европу!
– Да, но… мусоросжигательный завод? – засомневался Ян.
Александру это тоже сначала смутило. Казалось бы: если хочешь работать с нелегальными мигрантами, не проще ли построить нечто более подходящее для размещения людей? Гостиницу, например, или санаторий.
Однако это было бы проще только на первый взгляд. Гостиниц и так хватает, подобный проект уникальным при всем желании не назовешь, с чего бы международным инвесторам интересоваться им? Да и потом, все, что связано с размещением иностранцев, контролируется строже – и из-за вируса, и вообще. Завод же, работающий по новым нормам, проходит иные комиссии, не такие внимательные, часто ставящие отметку только на документах, потому что ехать туда далеко и скучно.
А завод стоит в отдалении от жилья, сам по себе, за ним не наблюдают. Туда не полезут грабители – что там красть? В нем по умолчанию нет ничего подозрительного.
Хотя подозрительного хватает – как раз в этой удаленности, закрытости, да еще и огромном гараже рядом с ним, где можно спрятать любое транспортное средство.
Все это Александра и объяснила теперь брату.
– Я уже склоняюсь к версии, что ДиМиро не сам захотел стать владычицей морской, – завершила рассказ она. – Из него сделали рекламное лицо. Сначала потенциальным клиентам показывают умилительное видео, где он целует младенца в макушку и обещает, что все будет хорошо. Потом к ним обращается ДиМиро, который уже дорос до звания «тот самый», и обещает, что при выборе вот этой вот шарашкиной конторы переход через границу обязательно состоится, их ждут молочные реки и кисельные берега какой-нибудь Германии.
– При этом завод, по твоему мнению, используется как перевалочный пункт?
– Почему нет? Дорога долгая и сложная, какие-то условные базы им нужны.
– Допустим, – кивнул Ян. – Но стоит ли овчинка выделки? Строительство завода, фактическая перевозка мигрантов и даже карьера этого полудурка – серьезные траты. Как их окупают?
– Это как раз несложно. Люди, которые бегут навсегда, ни за что не держатся. Они продают все – вещи, квартиры, машины. Даже с учетом того, что продают за бесценок, у них в какой-то момент оказывается на руках неплохая сумма, которую из них старательно вытягивают. Опять же, смотри, дуэт ДиМиро-Беленков еще не получил ни одной битой бутылки в непригодное для этого место. А на моей памяти, недовольные мафиози выражают упреки примерно так. Следовательно, все всем довольны.
– Тут мы с тобой и подошли к главному вопросу: что это дает нам?
Версия выстраивалась более-менее логичная, однако не факт, что правильная. Даже если Александра все вычислила верно, это не влияло на расследование смерти Арианы Савиной. Об этом даже говорить было рано: если тот же Беленков поймет, что кто-то знает правду, он устроит зачистку, он показал, что умеет это делать.
Поэтому Александра склонилась к другому решению:
– Мы с тобой отправимся на завод!
– Серьезно? Как ты намерена туда прокрасться?
– Прокрасться – никак. Я намерена войти через главную дверь.
За все недолгое существование мусоросжигательного завода претензий к нему не было, а значит, его хозяевам нечего было опасаться. Они всеми силами старались показать миру, что заботятся в первую очередь об экологии, а деньги – это так, досадная необходимость.
Частью этой рекламной кампании были общедоступные экскурсии на завод, на которых каждый желающий мог убедиться, что в этом месте спасают планету. Конечно, такая открытость намекала Александре, что завод как минимум грамотно построен, а то и вовсе чист. Однако она успокаивала себя тем, что никто раньше не искал там подозрительного, а уж нечто столь конкретное, как пребывание нелегальных мигрантов, – тем более.
Близнецы могли увидеть куда больше, чем случайные зеваки. Изменения в планировке, скрытые помещения, неоправданное обилие компьютеров – все это стало бы сначала зацепкой, а после и доказательством вины. Опять же, экскурсия не предполагала посещение гаража, но кто сказал, что они не могут случайно «заблудиться» и оказаться там?
Из-за пандемии экскурсии на некоторое время были прекращены – что и не удивительно, визит на технологичную свалку вряд ли входит в топ-5 духовных потребностей современного человека. Но совсем недавно гостевые туры возобновили. Правда, попасть туда было сложней, требовалась предварительная регистрация и код, подтверждающий, что ты не притащишь неуважаемый вирус к уважаемым людям. Но были у нововведений и плюсы: маски позволяли близнецам скрывать свои лица и не привлекать так много внимания, как обычно.
Записаться оказалось несложно: перед Новым годом желающих посмотреть на завершение жизненного цикла всякого хлама было не так много даже при ограниченной группе. Добраться до завода можно было на общем автобусе или собственной машине.
Близнецы предпочли машину, потому что с ними отправлялся еще один пассажир, у которого не было ни регистрации, ни маски, ни кода. Вируса, впрочем, тоже не было.
– Ты уверена, что это хорошая идея? – Ян через зеркало покосился на Гайю, устроившегося на заднем сидении. – Он же замерзнет!
– Вот поэтому у нас тут печка работает так, как будто мы париться планируем. Тепло некоторое время задержится, плюс у Гайи, как видишь, натуральная меховая шуба, да и мы будем там шататься не очень долго.
– А если все-таки долго?
– Тогда один из нас сбежит с познавательной экскурсии, чтобы прогреть машину.
