Ловлю оттенки эмоций на благородном лице Вавилова и наблюдаю за мимикой его спутницы.
— Хороша, скажи? — подает голос Аня, которая тоже пристально разглядывает невесту босса. — Пластические хирурги недурно потрудились.
— Почему сразу пластические хирурги? — удивляюсь я.
— Ну не знаю… Ты когда-нибудь видела, чтобы природа одаривала женщину настолько идеально-крошечным носом? Бьюсь об заклад, там была ринопластика. Да и губы у нее по-любому не свои. Но этим в наше время никого не удивишь.
Я не эксперт в области подобных процедур, поэтому оставляю комментарий Ани без ответа. Легонько пожимаю плечами и принимаюсь озираться по сторонам.
Гостей заметно прибыло: повсюду слышатся оживленные разговоры и мелькают яркие наряды. Сегодня каждый облачился в свою лучшую одежду и настроен сверкать. Даже Людмила Ивановна из бухгалтерии, несмотря на преклонный возраст, сменила привычные удобные балетки на высоченные шпильки. Прямо не юбилей, а вечер преображений.
Увидев знакомую из юридического отдела, Аня упархивает к ней, а я, поправляю висящий на плече клатч и направляюсь к закускам. Сборы заняли довольно много времени, и я успела проголодаться.
Подхожу к столику, где элегантно разложены яства и, пробежавшись по нему взглядом, останавливаю свой выбор на небольших малиновых тарталетках. Раньше я была довольно равнодушна к сладкому, но с наступлением беременности прониклась особой страстью к выпечке и пирожным.
Осторожно откусываю лакомство, смакуя на языке вкус малины, когда внезапно замечаю Вавилова, чей пристальный взор сосредоточен на мне. Тарталетка чуть не встает в горле комом и я, слегка закашлявшись, поспешно пережевывает ее.
Александр адресует мне приветственный кивок, и по его губам я читаю слово «здравствуй». Отвечаю тем же, ощущая, как к щекам приливает предательский румянец. Не знаю, почему, но под взглядом этого мужчины я начинаю трепетать и неимоверно волноваться. Словно в грудь подложили огненный шар, и он вот-вот взорвется.
Справившись с первым приступом нервоза, снова смотрю на мужчину и вдруг сталкиваюсь с обескураживающим фактом: он движется ко мне. Неужели заговорит со мной на глазах у всех? На глазах у своей невесты?
Мысли, подобно перепуганным мошкам, мечутся в голове, а пальцы растерянно теребят подол платья. Что он хочет? Чего мне от него ждать?
Пытаясь справиться с нервами, я гипнотизирую взглядом мраморную плитку на полу и вскидываю глаза только тогда, когда Александр останавливается в метре от меня.
Глава 45
— Платье тебе к лицу, Ангелина, — бархатный баритон Вавилова заполняет собой пространство, перекрывая посторонние шумы. — Да и вообще ты невероятно красива.
Ну вот. Опять он меня смущает. Вынуждает алеть как маков цвет и забывать дышать от волнения.
— Спасибо. Ты… Ты тоже обворожителен, — отзываюсь я. — Впрочем, как и всегда.
Я не стремлюсь сделать ему комплимент, просто констатирую очевидный факт.
— Какие новости? Диплом защитила?
Меня приятно удивляет, что он помнит о моих делах. Ведь, когда мы с ним ходили на свидание, я как раз говорила, что готовлюсь к защите.
— Да, — киваю я. — Красный.
— Даже так, — он легонько присвистывает. — Поздравляю.
— Спасибо. Теперь я дипломированный специалист.
Мне по-прежнему страшно смотреть на него, но я все же это делаю. Перестаю елозить взглядом по пуговицам дорогого пиджака и отваживаюсь поднять его выше, к лицу. Смотрю в синие, бесконечно глубокие глаза Вавилова и понимаю, что меня опять неумолимо засасывает в пучину его обаяния. Воля становится мягкой и вязкой, а все те доводы, которые я сотню раз прокручивала у себя в голове, начинают казаться неубедительными и нелепыми.
Ну как я могу злиться на него? Как могу противостоять этому цепкому, пронизывающему до костей взору? Рядом с Вавиловым катастрофически сложно оставаться холодной и принципиальной. Он словно солнце, которое способно растопить даже лед.
— И какие дальше планы, Ангелина? Пойдешь в магистратуру? Или сосредоточишься на карьере?
«Буду рожать и воспитывать твоего ребенка!» — мимолетом проносится в голове, но я само собой не озвучиваю эту мысль. Более того, вслух произношу совсем иное:
— Поживем — увидим, — изо всех сил стараюсь, чтобы моя улыбка не казалась вымученной. — Я вот о твоих планах я наслышана. Поздравляю с помолвкой.
Ну вот. Я все-таки смогла это сказать.
От моих слов Александр морщится, словно от зубной боли. Эта эмоция проскальзывает на его лице буквально за секунду, но я все же успеваю ее уловить.
— Да… Да, спасибо. Это очень мило с твоей стороны.
Ему явно неловко. Поверить не могу! Несгибаемому Вавилову неловко! Но почему? Неужели чувствует свою вину передо мной?
Между нами повисает молчание, а затем Александр вновь открывает рот:
— Ангелина, послушай…
Договорить он не успевает.
— Саш, вот ты где! — модельной походкой от бедра к своему жениху приближается Юлия. — Я тебя потеряла. Ты так внезапно исчез.
Остановившись рядом, она окидывает меня заинтересованным взглядом.
— Я тут общаюсь с… — мужчина заминается, явно не зная, как меня назвать, но потом находится. — Со своей старой знакомой. Познакомься, Юль, это Ангелина, — переводит взгляд на меня. — Ангелин, это Юлия.
— Очень приятно, — кивает девушка.
— Взаимно, — отзываюсь я.
Если честно, сейчас я на грани того, чтобы провалиться сквозь землю. Сказать, что мне не по себе, — не сказать ничего. Думала ли я, что буду стоять и обмениваться любезностями с невестой Вавилова? С той самой невестой, внезапное появление которой фактически лишило моего ребенка отца? Нет, конечно, я и представить такого не могла. Но у жизни, как оказалось, довольно извращенное чувство юмора.
— Саш, — Юлия вновь обращается к Александру. — Там Иноземцев с женой пришел. Надо бы поздороваться.
— Да, хорошо, — Вавилов поджимает губы.
— Ангелина, прошу нас извинить, — Юлия улыбается мне и, надо заметить, вполне искренне. — Социальные обязательства — вещь скучная, но, увы, необходимая.
