более. Ты меня не привлекаешь. Совсем. Никак, – с каждым произнесенным мной словом, девушка все больше бледнела, ее лицо вытягивалось, превращаясь в маску. – И еще вот что. Если я узнаю о том, что Джесс принимает наркотики и ты будешь к этому хоть каким-то боком причастна,я уничтожу и тебя, и все то, что сейчас твоей семье приносит деньги. Поняла? Останетесь у разбитого корыта. Ни с чем. Ты и твоя матушка пойдете по миру. Я тебе это обещаю.
– Юджин, – срывается голос Бель и она начинает дрожать всем телом. – Ты меня пугаешь. Я… я ничего такого не имела в виду.
Я выпрямляюсь и, отодвинув Бель в сторону, вхожу в дом.
В дверях большого холла вижу бабулю. Она хмурится. Смотрит на меня.
– Бабуль, здравствуй, – не заботясь о том, что дверь за спиной захлопнулась, а Бель так и осталась на улице, направляюсь к старушке.
– Женя, нам нужно поговорить. Пойдем.
Я слышал, как в голосе бабули проскользнуло волнение. Значит, речь пойдет о Джесс. И чуйка меня не подвела. Как только за моей спиной захлопнулась дверь кабинета, вопрос не заставил себя долго ждать.
– Вас с Джессикой не было дома всю ночь. Где вы были? И что с девочкой? Почему она выглядит такой больной?
У меня для бабули не было ответа. Я сам не знал, что случилось с сестрой. Но я собирался это выяснить.
– Бабуль, милая, – присаживаюсь перед ней на корточки, беру за кончики пальцев, сжимаю. – Ты за нее не волнуйся. Вроде говорит, что отравилась, а может и выпила лишнего. Жулио закатил вчера вечеринку….
– Вот засранец! Никогда его вечеринки еще добром не заканчивались! – возмутилась бабуля. – Только не говори мне, что у этого болвана были испорченные продукты и рекой лился алкоголь.
Я отвожу взгляд. Про себя усмехаюсь, что тут нужно добавить стриптизерш и танцы топлес всех желающих вокруг бассейна.
– Бабуль, ну ты скажешь. Нет конечно, там было все прилично, – ухожу от прямого ответа. – С Джесс я разберусь сам. А ты не волнуйся береги свое сердце.
– Я бы рада, Женя, но разве в таких ситуациях можно оставаться равнодушной?!
– А давай-ка мы вместе отвлечемся и посмотрим фильм, который я тебе обещал вчера? Ты как, выбрала уже?
– Не хочу быть обузой для тебя внук, – немного разочарованно проговорила женщина. – Лучше ты иди, ко мне все равно скоро Настасья придет. Нам будет не до фильмов.
– Что еще з Настасья? – удивленно вскидываю бровь.
– Помощница. Женщина хорошая, добрая и без вредных привычек. Но самое важное он из России. Родная. Я с ней и на русском могу поговорить, душу свою отвести. Так что ты только будешь мешать. Давай. Иди уже, – нарочито грубо толкает меня в плечо бабуля. Но делает это с добром и лаской в глазах. – Зайдешь ко мне перед сном.
В то же время.
– Я не смогу. Не заставляй меня это делать. Не хочу, – голос девушки срывается на шепот. Она с надеждой смотрит в глаза той, которая вальяжно сидела откинувшись в кресле и смотрела на нее с высокомерным пренебрежением.
– Джесс. Детка. Все только давай без скулежа. Я же не виновата что ты вся погрязла в грехах? Это не я сплю со своим отчимом ради бабла…
– Бель, замолчи! Сейчас же вдруг кто-то услышит!
Но девушка игнорируя просьбу подруги продолжает нарочито громко.
– Если хочешь чтобы об этом узнали все, то не вопрос…
– Бель, но ведь я тебе отдаю все деньги, – попыталась возмутиться Джесс.
– Заткнись, – вскакивает девушка с кресла и уже через мгновение оказывается возле Джесс.
Вцепившись тонкими пальцами, будто клешнями в волосы на затылке стаскивает ее с кровати на пол, нависает над ней. Шипит в лицо:
– Не смей подобное произносить вслух. Иначе мне придется все твои грязные делишки выдать твоему братцу. Про ребенка ты уже забыла от Жуля? А? Или бабуле твоей об этом лучше расскажу. Ребенка своего бросила, так еще и смерть бабули будет на твоих руках. Ее сердце подобного точно не выдержит.
– Прошу, Бель. Не нужно прошу, – взмолилась девушка до своей подруги.
– Тогда делай как говорю. Мне нужна смерть этой потаскушки Мэрины или как ее там зовут на русском… Я хочу…
– Эй, эй, что тут происходит? – голос Жени прерывает злобное шипение подруги.
Девушка тут же отступает, сжимается в комочек превращаясь в невинного ягненка. Словно бы это и не она была несколько секунд назад дьяволицей поднявшейся из недр ада.
Женя стремительно приближается к Джесс. Девушку колотит крупный озноб.
– Джесс. Сестренка, что происходит? – вопрошает парень, обнимая сестру за плечи. – Бель?! – с угрозой в голосе произносит.
– Я… я просто хотела ей помочь, Юджин. Ты посмотри, ей совсем плохо. Ей нужен врач.
Бель вскочила с кресла и кинулась к двери.
– Я вызову врача. Приеду позже, Джесс. А то вдруг это все же вирус и ты заразна, – Женя не успел остановить девушку, да и Джесс вцепилась в него мертвой хваткой. Не отпускает.
– Подожди. Я хочу кое-что прояснить с Бель. Джесс отпусти меня.
– Пусть идет, Женя. Не оставляй меня, – девушка громко всхлипнув залилась слезами.
Ее наконец-то прорвало. Паника отступила уступая место истерики. Боже, какая же она была дура. Как же легко Бель получилось обвести ее вокруг пальца. Подчинить ее в свое рабство, через проступки Джесс. И хватило всего одного, что увязнуть, затянуть удавку. Ей было шестнадцать. Когда девушка оступившись сделала неверный шаг, совершила ошибку. Это было летом. На одной из пижамных вечеринок среди девочек одноклассниц. Оказалось, что все ее одноклассницы уже давно не девственницы. И Джессике было стыдно признаться девчонкам в том, что она еще невинный цветочек, бутон которого никто не успел сорвать. Но Бель, которая знала ее секрет, потому что являлась ее сводной сестрой, подшутила над ней и девочки дружным коллективом решили избавить ее от потешного и постыдного в шестнадцать лет статуса “девственница”. Джесс устроили свидание вслепую и если бы
