Читаем без скачивания Моя душа состоялась. Дневник Алены - Елена Полюшкина

Когда же, наконец, встречу человека, с которым будет по-настоящему легко и свободно. Чувство и творческое сотрудничество. Раскрепощение и азарт. С Б. вела себя сегодня как-то тоскливо. Свое настроение определила как невнятное, ему понравилась эта фраза. Все больше понимаю банальность отношений. А может, снова подстраховываюсь, боюсь поверить? В декабре их театр уезжает в Китай. А в апреле он может на полгода уехать в Италию сниматься в фильме. Я тоже так хочу куда-нибудь съездить. Денег у него сейчас совсем мало, может быть, снимет квартиру, но это совсем далеко, где-то в районе Отрадного. Как мне не хочется его видеть, мне трудно теперь быть раскованной. Я в нем чувствую что-то, что мешает мне полностью расслабиться и быть искренней.

4.11. Позвонил Гена. Что-то у него настроение тоскливое, не работает над фильмом. Хотел меня пригласить куда-то по своим съемочным делам, но я отказалась, сегодня проводила маму. А что касается Б., то нам действительно лучше расстаться. Честнее. Вчерашняя встреча была – хуже некуда. Показалось – совсем чужие. Столько потратила страстей и огня. И все впустую. В никуда. За что я такая несносная? Ведь, когда я не знала, что с ним, мучилась, страдала, жаждала видеть, быть вместе. И ни-че-го! Абсолютно. Глухо. Но неплохо. Свободна. Невидима и свободна, кричала Маргарита, паря над городом в ослепительной наготе. Свободна. И одинока, значит? Но что делать, если не могу притворяться? Не знаю, не знаю, не знаю, что дальше может быть, еще такие виражи поджидают…

«Надо снова научиться жить». А разве есть варианты? Ведь «ты не станешь судьбою моей». И не пробуй. «А память уже – порыв, бессмысленное перебирание фраз…». Спокойствие, маленькая леди, только спокойствие. Не думай о любви, будь ею, воплощайся в нее, оставайся собой. И не бойся показать это. Тогда все само придет, и благородство твоей души станет символом для многих.

Ну, до чего упиваюсь просто жуть. Будто раздваиваюсь. Одна – тихоня и зануда закомплексованная, другая – яркая, страстная, сильная. И это все я. Диковинно.

5.11. В штопоре. Опять не занимаюсь. В 12 встречаюсь с Геной в метро «Охотный ряд», в 17.30 там же с Б. Как все надоело, честное слово. Когда одна, ненавижу свое одиночество, когда кто-то появляется, устаю от мыслей об этом и разговоров и встреч.

«Невыразимая печаль открыла два огромных глаза, цветочная проснулась ваза и выплеснула свой хрусталь».

Гена меня привлекает, в первую очередь, как творческая индивидуальность и, как ни странно, только через это как мужчина. Я держу себя с ним корректно. Очень раскрепощенно. Мне легко и свободно. Говорю, о чем хочу. Не зажимаюсь почти. С Б. так не умею.

Мне интересно с Геной. Он мне нужен. Его рассказы о фильмах, планах, поездках, его деликатное обожание (удачная фраза). Я понимаю, что очень нравлюсь ему, привлекаю его как женщина. И он молчит, смотрит так, что все ясно, и никак не показывает, не говорит, не навязывается. Это приятно.

Надо проще относиться к своим ухажерам, проще относиться к телесному. Ведь главным все равно останется творчество и моя возвышенная душа. С другой стороны, нельзя распускаться и идти на поводу страстей. Жесткий отбор и контроль. Только напряженности меньше.

Б. очень боится настоящих больших чувств. И постоянно подстраховывается. Предупреждает. Но тянется к ним и не может себя заставить быть совсем циничным. Он хочет любви и уничтожает в себе ее. Он сам – не раскрученный. И это меня забавляет. Привык покорять, считает себя профи, а в себе не разобрался и не понял своих слабых мест. Нет, пусть все остается, как есть. В моде – импровизация.

6.11. Такой безумный день. Ушла из дому в 8.40. вернулась около 00. Из универа сразу поехала в МГУ к Инке. Там была дискотека, в общем, студенческая вечеринка.

Иногда хочется вот так – потолкаться в толпе, раствориться в шуме, суматохе, множестве людей. А в МГУ – особая атмосфера, мне нравится этот настрой, небрежный и озорной, юный и легкомысленный. Всего намешано: и эстетов, и плебеев, и богемы, и алкашей. И эти нелепые сочетания создают неповторимую прелестную атмосферу. Мне очень классно там себя чувствовать, с малознакомыми людьми сидеть, танцевать в толпе, стрелять у стильных парней сигареты, наблюдать за непостоянством и пестротой этого мира. Просто незаменимый допинг для меня. Я оживаю. Воскресаю. Как далеко все это от университетской моей жизни, от творчества, но МГУ – это нечто особенное. В моем универе такого никогда не получится. Просто все там по-другому. И пусть так. Это по-своему хорошо. А МГУ обожаю за свои мгновенные влюбленности, (кстати, видела Влада, до чего странно, еще встретимся как-нибудь), за эпатаж, за возможность отключиться от обыденности, за празднество, не претендующее на высший класс, но умиляющее непосредственностью и свободой. Мне ужасно нравится окунаться в такую жизнь. Ведь это бывает так редко.

Сегодня, когда шла из универа, меня догнала Вер. Почему-то пошла со мной. Разговаривала странно как-то. Что-то неестественное. Хочет узнать меня? Пожалуйста. Сейчас уже отношусь к ней достаточно равнодушно. В универе держусь несколько холодно, отчужденно, может быть. Хоть со всеми общаюсь одинаково мило. Просто не раскрываюсь, не испытываю желания этого делать. Отсюда показное равнодушие. Это временное, скорее всего. Потихоньку оттаю. Смогу, возможно, быть другой. Чувствую свою женскую привлекательность.

Мне кажется, смотрят на меня немножко уже по-другому. Или мнительность моя? Хотелось бы верить Генке, что я действительно сильно выделяюсь из толпы, что выразительно выгляжу. Не красавица, но выразительно. Стильно. Тонко. ОК, устала уже, хоть здоровая взбудораженность. Люблю общение. Иногда, как целительный глоток.

Генке позвонила, а Славу не хочу слышать. Вообще мне все равно, что с ним. Я – нехорошая.

Только все равно другой такой расчудесной не найдете.

7.11. Рас-ста-вань-е. Рас-ста-вать-ся. 4 слога. За которыми пустота. Разрыв. С Б. поссорилась. Нет. Разорвала. Вдаваться в подробности не хочется. Его навязчивость невыносима. Мне обидно, больно. Вначале казалось, все правильно. Это единственный выход. Но сейчас – пустота. Плохо очень, я в нем разочарована. Но знаю, жизнь не кончена, и уверена: мы еще встретимся и даже, что у нас еще будут более близкие отношения. Но не скоро. Он тоже очень задет. Обиделся. Во всем винит мою детскость. Маленькая, говорит. Ну и пусть. Но учителя найду себе более тактичного. Очередная серия грядет. Я напророчила этот разрыв в стихах и эту мно-госерийность отношений. «Надо снова научиться жить».

Все, возможно, будет по-другому. И я справлюсь со своими болями. «И ты узнаешь меня случайно в жесте избалованной миром судьбы». И пусть лучше сразу я узнала о нем все плохое. Чем дальше, тем мутнее и безнадежнее. Но не легче от этого. «Я знал, что будет плохо, но не знал, что так скоро». И, в общем-то, мне есть что вспомнить хорошего. И я в чем-то благодарна ему. Но, увы, мне. Увы мне. Посыпаю голову лепестками роз и ухожу в себя.

Звонила Наташа. Она такая милая. У нее облом с концертмейстером. Он оказался таким банальным. Не понял ее индивидуальности, не захотел работать с ней. Притязания к тому же чисто мужские. Ей, конечно, тоже обидно. Боже мой, мужчины, мужчины. Ау, творчество, душа, Мастер – только в вас настоящее.

8.11. Тихо в доме. Я осознала сейчас тишину. Настоящее одиночество всегда целительно. Понимание истоков души. Я всегда воплощалась в женщину. Я еще устану от поклонений. Живу в Москве, в отдельной квартире, учусь в гуманитарном университете на отделении театроведения. Расплывчатые акварельные круги на холстинке бытия. Гуашь, масло, пастель. Тепло родной руки. Множество кисточек, тоненьких и широких. Я снова наедине с судьбой, с собой. Кто расскажет мне о моем голосе? Стихи, проза, пьесы, фильмы – суматошный круговорот жизни в творчестве. Богемные замашки, элита. Меня приглашают на танец планеты, цветы, птиц весенних напевы. Невинное желание растревожить сердца всех без исключения памятников. А оглянешься в мире людей – пустота. Теперь о декабре. Декабре – кусте розовом. Снежные лепестки моих лучших мгновений. Вылечивают от кашля, грусти. А ветер в голове останется ветром. Тихо в доме. Кружатся в памяти твоих присутствий строчки прощальные. «Ты меня увидишь случайно». Не отрекайся.

9.11. Вчера была на Наташином концерте. Замечательно. Пели многие, но я ожидала только ее голос. Чудный все-таки. Познакомила меня со своим Гришей. Внешность самолюбивого гения. Бледный, длинноволосый, с выпяченной нижней губой и полным апофигеем в одежде. Довольно некрасивый, но вспоминаю его картины и это (внешность) перестает иметь значение. После концерта поехала в театр на Юго-западе. Давали «Трактирщицу». Снова без декораций. Единственным украшением был всюду свисающий серпантин. Герои кидали яркие ленточки друг в друга, они путались под ногами, цеплялись за одежду. Эта выразительная деталь подчеркивала праздничность, беззаботность атмосферы. Все персонажи, за исключением Миранделины и ее возлюбленного, были в ярких, причудливых оттенков (зеленые, фиолетовые, оранжевые) париках под цвет их костюмов. Игра их выразительна, страстна, неостановимый поток слов и чувств, взглядов и движений. Укрупненность, подчеркнутая острота характеров и красок. И это не выглядело перебором, а воспринималось живой непосредственной импровизацией. Концентрация эмоционального, психологического и чисто внешнего, материального особой силы достигала в Гри-шечкине. Он просто упивался своим богатством, своей значимостью и высоким происхождением. Он всегда был собой, и он будто со стороны наблюдал за собой – замечательным богатым дворянином. Издевался и кокетничал, был галантным и нахальным и в каждом движении и фразе наслаждался от осознания себя таковым. Все артисты играют в определенной единой манере. Это гармонично звучит и воспринимается ритмом, композицией тонко и точно подобранных красок. Каждый, прибавляя что-то свое к единству картины, ярко выделяется, остается индивидуальностью. Голоса не сливаются, а перекликаются. Эта эпатирующая несколько, смелая и непринужденная манера игры, импровизационное самочувствие на сцене и заставляют, забыв обо всем, наслаждаться маскарадной, суетной, очаровательной жизнью, смеяться каждой находке и нелепости и вместе с героями, легкомысленными и все-таки до чего настоящими, праздновать жизнь, как самую настоящую радость.