Как же ее звали? Лисси, кажется… Скорее всего, дочка местного арендатора. Возможно обедневшего аристократа или отставного военного. Сейчас, наверное, превратилась в красавицу. От женихов отбоя нет. Что ж, ее отец вполне может поправить свои дела за ее счет. Одни запоминающиеся, словно расплавленное серебро, завораживающие глаза чего стоят!
Отчего-то мысль о случайной знакомой, идущей рука об руку с женихом к встречающему их жрецу пресветлых, разозлила его. Странно, почему? Неужто, нервы расшалились накануне собственной свадьбы? Воспоминания о девчонке время от времени тревожили его. Он даже хотел поискать ее по округе, но дела не дали такой возможности. А сейчас что-то вроде сожаления кольнуло внутри, ведь женатому человеку не пристало разыскивать юную прелестницу, с которой когда-то пережидал грозу.
Он ступил на крыльцо, и тут же ему навстречу шагнули два лакея и экономка.
Мэтресса Дотти…
Ее Демиан не любил. Было в женщине что-то неприятное, даже крысиное. Но ее педантичность и чистоплотность устраивали его, и он терпел, старясь не обращать на нее внимания. Дотти же в свою очередь была довольно прозорлива и сама не лезла ему на глаза, сведя их встречи к минимуму, словно чувствуя отношение хозяина к ней.
— Добро пожаловать домой, ваша светлость, — поклонилась она, а следом и лакеи.
— Ванну, сытный ужин и не беспокоить меня до утра, — бросил на ходу герцог, сбрасывая на руки слуге промокший плащ и перчатки.
Готовили в Рорк-холле все также отменно. Поэтому он поел, отогрелся и прекрасно выспался. А с самого утра начались неожиданности.
Несмотря на запрет, его все же разбудили, хоть и не рано. Секретарь принес срочную магическую почту, скрепленную личной магической печатью друга — барона Дина. Закари писал, что удалось выяснить место проведения нового турнира, и сейчас готовится рейд. Значит, в столице Демиану хорошо бы появиться не позже, чем через пару дней, а это вряд ли возможно, учитывая обстоятельства. Как же некстати эта свадьба!
Разговор с управляющим тоже откладывался, потому что Берч занимался королевским обозом, а это сейчас было важнее любой проверки. В конце концов, обоз отправится завтра, а сам герцог планировал задержаться, ибо молодой супруге после свадьбы необходимо было внимание. На этот раз Закари придется обойтись без него.
Он успел уничтожить послание и отправить несколько важных магических депеш, как слуги объявили о прибытии гостя. Вот и закончилась беззаботная холостая жизнь…
Несмотря на предубеждение, поверенный графа ему понравился. Пожалуй, Демиан не отказался бы, чтобы такой человек, как Оудэн, работал на него. Очень сдержанный, серьезный и грамотный. Предан Торнборнам до корней волос и добровольно связан с ними магической клятвой. Признаться, сам герцог считал подобные крайности излишними. Людям необходимо доверие и регулярные проверки, кнут и пряник при видимости свободы. Но граф слыл большим чудаком и приверженцем старых традиций. И, возможно, во многом был прав.
Демиан часто вспоминал его речь на совете, когда Торнборн говорил о турнирах. Он возражал против магических боев и считал, что магия нужна для созидания и помощи, а не для убийства и разрушений. Граф выступал за строгий правительственный контроль над турнирами, а также — за регламентированный учет всех камней талума и их последующее распределение по способностям одаренного. По смыслу верное, но все же утопичное заявление. Разумеется, богатые семьи возмутились, и Георг ничего не смог сделать, хоть и соглашался с суждениями графа. Если бы тогда Эдварду удалось протащить свой законопроект, сейчас бы не приходилось вычислять подпольные игры и хоронить юных магов.
Что вспоминать о былом? На данный момент Демиан сам столкнулся с чудачествами графа. Когда он говорил с братом, то еще лелеял надежду, что управлять состоянием супруги все же будет муж или хотя бы поверенный. И, в принципе, мэтр Гайс внушал ему доверие. А женщины… Что женщины? Они способны лишь распылять состояние по ветру. Особенно юные прелестницы. Но в документах значилось имя Мелиссы Торнборн, как единственной владелицы всего имущества графа, а Оудэн нисколько не оспаривал, а всячески поддерживал волю бывшего хозяина. Пожалуй, к девице стоило присмотреться.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
Узнав подробности смерти графа и детали плана, который придумали невеста и ее поверенный, он уже ни в чем не был уверен. Пожалуй, если за поместьем Торнборнов следили, то покинуть его незаметно, можно было лишь так.
— Вы гарантируете, что дороги Рорков безопасны? — спросил его поверенный, сверля внимательным взглядом, под которым вдруг стало неуютно.
Что он мог сказать? Лично не проверял.
— Жалоб не поступало. Я все утро разбирал бумаги, переданные моим управляющим. Если бы в округе орудовали разбойники, Берч обратился бы ко мне. Но могу выслать отряд навстречу, — ответил Демиан, большего гарантировать он не мог.
— Не для того мы придумали этот балаган с переодеванием, чтобы привлекать излишнее внимание к Мелиссе. С ней верная служанка и два надежных гвардейца, — ответил Оудэн.
Он заверил, что невеста выехала следом. Исходя из того, что ей предстоял более длинный путь, то прибыть она должна через несколько часов. Мужчины отобедали, распрощались, и герцог стал ждать.
Погода испортилась почти сразу после отъезда Оудэна.
Демиан разобрал вновь накопившуюся магическую почту и донесения шпионов. Информация, полученная из писем, тревожила. В Ондории что-то назревало, явно что-то готовилось. К границам стягивали войска. Разумеется, внезапного удара ждать не стоило, но он сейчас нужен был там, на кордонах, а вместо этого вынужден сидеть в замке и ждать девицу, которая боится ноги промочить. Даже если поверить мэтру Гайсу, и предположить, что невеста настолько умна, чтобы управлять своими активами самостоятельно, она все равно остается всего лишь женщиной. Слабой и зачастую совершенно беспомощной.
Время шло, и его злость росла с каждой минутой. В замке не сиделось, все же не каждый день приходится жениться. И чувствовал герцог себя по-идиотски. Никогда ему не приходилось столь долго ожидать даму. Обычно они сами искали его внимания, ловили каждый взгляд и каждую фразу.
Он дошел до ворот, но пробыв там больше двух часов, потерял всякое терпение. Женщины! Наверняка пережидает непогоду в какой-нибудь деревушке или придорожной таверне! Все же не стоило слушать Оудэна, нужно было послать солдат и привезти невесту. И когда Демиан почти решил отправиться за девушкой сам, его отвлекли.
— Ваша светлость! Ваша светлость! Магическая почта! Срочное магическое послание! — вопил секретарь, размахивая конвертом.
Письмо было от Закари. Если Дин просил о сеансе дальней магической связи, значит, у него были новости, которые требовали немедленного вмешательства и личного участия герцога.
Дождь усилился, и поднялся ветер. В такую погоду добрый хозяин собаку во двор не выгонит. Вряд ли графиню стоит ожидать сегодня. Герцог цветисто выругался и, почти не надеясь на успех, приказал охране:
— Мост не поднимать! Всех прибывших женщин доставлять сразу ко мне!
Глава 20
Закари пребывал в ярости. Все планы по обнаружению турнирщиков рухнули, не успев начаться. Прежде, чем начать разговор, герцог установил защитный контур. Боги, даже в собственном доме стоит быть осторожным. Только после этого он кивнул Дину, позволяя говорить.
— Кто-то сливает нас, Дем! Я это чувствую! Практически ощущаю кожей, а вычислить не могу! Эх, если бы Георг тогда настоял на мнении Торнборна, сейчас все было бы по-другому. Законопроект развязал бы руки. Но на данный момент протащить его в совете нереально. Уверен, большинство плотно увязло в этом, словно жирные мухи в навозе.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
— Стоит ли об этом говорить сейчас, друг мой, — спокойно ответил герцог. Все упоминания графа были не желательны. А то, что приходилось скрывать этот факт от Закари, неимоверно раздражало.
— Стоит! Стоит вновь заручиться поддержкой Эдварда. Его авторитет не многим ниже, чем у короля, — возразил барон, вновь коснувшись неудобной темы.
