Читаем без скачивания Улыбка бультерьера (Час дракона) - Михаил Зайцев

- Папа, да мы задавим Гиви в три дня!

- Не гоношись, Самсон! Если Гиви сегодня ночью не психанет и не попробует взять меня приступом, что, повторяю, маловероятно, завтра поутру начнутся тонкие политические игры. Пострелять, конечно, тоже придется, но в меру. Не в моих интересах добивать Гиви, я всего лишь хочу дать ему и всем остальным урок, чтобы знали, каково на меня прыгать... А вообще-то это все не вашего ума дело, господа! Поговорим лучше о Стальном... Я обещал тебя озолотить, Стальной, и я сдержу слово. С завтрашнего дня официально заиметь место Самсона. Понял, Самсон? Завтра сдашь ему все дела.

Папа сделал эффектную паузу. Самсон покраснел, открыл было рог, хотел что-то сказать, но не нашел слов. Он был в шоке.

- А ты, Самсон, - продолжил Папа, - пойдешь на повышение, займешь место Мурзика.

Вселенская печаль мгновенно слетела с липа Самсона. Он оскалился в широкой улыбке-гримасе и чуть не закричал от радости:

- Папа, да я за вас... Да мы за вас всех в клочья порвем! Вы такой человек! Вы...

- Тише, успокойся. Я тебя не в санаторий определяю, а на новое место службы. Для начала займешься подбором свежих гвардейцев - Ууаааха, - Папа широко, во весь рот зевнул, - ну да ладно, господа! Устал я что-то сегодня, пойлу спать. Самсон, проследи, чтобы твой преемник прошел необходимые формальности у Александра Сергеевича, и сходи проверь посты. Меня будить только в крайнем случае...

Продолжая отдавать мелкие распоряжения относительно охраны поселка и распорядка несения службы патрулей, Папа вышел из-за стола, прощально махнул нам рукой и скрылся за парадными дверями. Я успел заметить, что в коридоре его поджидали те же мордовороты, которые его сопровождали к ужину. Самсон перехватил мой заинтересованный взгляд и пояснил:

- Главный телохранитель сопровождает Папу на выездах, дома за ним ходят другие. Классные парни, я тебя завтра с ними познакомлю, ты у них теперь за старшего.

- Понял. А про какие такие формальности говорил Папа и кто такой Александр Сергеевич?

- Пошли, Александр Сергеич ждет в твоей комнате, по дороге все расскажу.

- Что, у меня ухе и комната своя есть?

- Временная, гостевая. Завтра подыщем чего получше на постоялку. Ну, пошли!

Мы петляли уже знакомыми коридорами, и Самсон рассказывал мне грустную историю предстоящей встречи с Александром Сергеевичем. Самсон был возбужден, несказанно рад повышению по службе и в состоянии легкой эйфории поведал много больше того, о чем мне полагалось знать.

Оказалось, что Александр Сергеевич в прошлом занимал значительный пост в Комитете госбезопасности. К Папе он полая случайно. Сработал фильтр на Ленинградском вокзале. Бывшие комитетчики тоже спиваются, особенно если их выгоняют с работы по сокращению штатов. Под крылом у Папы, после излечения от алкогольной зависимости, Александр Сергеевич занялся проверкой личностей, подобно мне, по тем или иным причинам попадающих "в ближний круг". Он выясняя подноготную слуг, поваров, девочек из секс-обслуги и, разумеется, телохранителей. Через его руки прошли и личные дела предателей-гвардейцев, но бывший кагэбэшник не отвечал за их лояльность. В его обязанности входило установить прошлое человека, выяснить его истинную биографии.

Кадровик на Плешке говорил, что мое прошлое ему абсолютно безразлично, это было правдой. Меня вербовали в качестве пушечного мяса, боевика-однодневки. Приблизившись к трону, я, сам того не ведая, запустил иной, более строгий механизм по подбору кадров. Окажись я беглым вором-рецидивнстом или грабителем со стажем, мои хозяева только рады будут столь ценному и полезному приобретению.

Но я не вор и не грабитель. И в мои далеко идущие планы совсем не входит обнародование собственной личности! Зря, что ли, я столько времени заметал следы?

Честно говоря, чего-то подобного вроде предстоящего общения с Александром Сергеевичем я и ожидал с того момента, как очутился вдвоем с Папой в черной "Волге" сегодня утром. Знал, что в случае смерти мафиози меня будут искать, и догадывался, что если я его вытащу, так просто мне не уйти, не исчезнуть тихо и бесследно. Внутренне я был плов в любую минуту начать самые решительные действия, и теперь эта трагическая для многих минута стремительно и неотвратимо приближалась.

- Пришли. Проходи, Стальной, не стесняйся.

Самсон открыл стандартную для здешних коридоров инкрустированную дверь, и мы оказались в небольшой, но богато обставленной комнате.

Все, что необходимо для взыскательного, дорогого гостя, здесь имелось: широкая кровать, стенной шкаф, обеденный и журнальный столы, холодильник, кресла, дверь в клозет и коридор в ванную, телевизор, аудиоцентр, компьютер и так далее и тому подобное, новенькое, приятных размеров и расцветок.

В "моей" комнате нас ожидали двое. Знакомый мне по утренней перестрелке капитан милиции и невзрачный сухопарый старичок в очках.

- Знакомься, Стальной. Это Александр Сергеич, - представил старикашку Самсон. - Ну а этого ты уже знаешь.

- Добрый вечер! - Капитан не без подобострастия протянул мне руку для рукопожатия.

Александр Сергеевич поклонился, сдержанно и с достоинством. Я понял, почему к нему принято обращаться по имени-отчеству. Иначе и быть не могло. Существует категория канцелярских работников, которых язык не повернется назвать просто по имени. Клички и прозвища к ним не прилипают. Серые, неприметные мышки, чиновники среднего звена уже не Сашки - мальчики на побегушках и еще не Сергеевичи - вершители судеб. Имя и отчество для них как опознавательный знак должностного положения. Порожденные извечно непомерно раздутым российским бюрократическим аппаратом, Александры Сергеевичи, как выяснилось, оказались востребованными и нашей родной мафией. Забавно.

- Я пошел. Если чего надо, бабу или выпивку, возле кровати кнопка. Нажмешь, придет халдей и все устроит.

Самсон махнул мне на прощание и скрылся за дверью.

- У нас мало времени, - бесцветным голосом произнес Александр Сергеевич, как только мы остались втроем. - Обычная процедура требует заполнения подробной анкеты. На сегодня ограничимся отпечатками пальцев и краткой автобиографией. Возьмите со стола диктофон и коротенько наговорите на пленку данные о себе. Где родился, учился, служил, по какой статье проходил. Понятно? И еще одно. Персонально у вас велено выяснить, где и у кого вы тренировались. Имя, если знаете, фамилия инструктора, вид борьбы, если есть, спортивные звания и отличия. Поспешите, пожалуйста. Прошу вас.

- Понимаете, все дороги в поселок велено срочно перекрывать, услужливо объяснил капитан. - Я обязан успеть выехать и отвезти ваши данные...

Милиционер запнулся.

- Куда? - поспешил я поинтересоваться.

- На уточнение. - Александр Сергеевич с укором взглянул на болтливого милицейского капитана. - Вам нечего опасаться. Мы больше вашего заинтересованы в полной секретности полученной информации. Если вам неловко надиктовывать на магнитофон в нашем присутствии, мы можем обождать в коридоре.

- Пожалуй, так будет лучше, - согласился я. - Сколько даете на... диктовку?

- Десять минут, не больше.

- Я могу всего и не вспомнить.

- Что вспомните. Остальным займемся завтра.

- А может, все на завтра перенесем, а? Я устал, спать хочу.

- Существуют определенные правила. Не нами они заведены, и не нам их нарушать. Поторопитесь, пожалуйста.

Александр Сергеевич и капитан вышли из комнаты. Я остался один на один с диктофоном. Осмотрелся по сторонам. "Глазок" видеокамеры я заметил не сразу. Он был расположен над окном. Точно посередине оконного проема, под потолком, блеснула маленькая бусинка стекла, вписанная в рисунок обоев. Полный обзор комнаты такой объектив давать не может, фиксирует исключительно пространство возле дверей. Я, имитируя задумчивость, прошелся по комнате. Других подглядывающих устройств не было. Служба безопасности посчитала, что достаточно знать, когда и кто из гостей входит и выходит из номера. Резонно. Нужно будет запомнить на будущее, где в здешних помещениях просматриваемый сектор. Между прочим, мент с Александром Сергеевичем встречали меня, точно вписавшись в зону обзора. Случайно или нет? Думаю, не случайно.

Я включил диктофон и начал рассказывать фантастическую историю о своей жизни. Говорил о том, что я пришелец из космоса, о том, что я киборг, о том, что я потомок царей Атлантиды. Нес откровенный бред, лишь бы что-нибудь говорить, и попутно обдумывал свое положение.

Пришла пора активных действий. Нестерпимо долго я плыл по течению, пришло время брать инициативу в свои руки. Что делать - мне понятно. Весь вопрос в том, как это делать.

Кто я для милицейского капитана и особиста Александра Сергеевича? Крутой мен, вытащивший Папу из более чем непростой передряги и стремительно вошедший в авторитет. Значит, и вести себя нужно как крутой, нагло и уверенно. В конце концов я всего лишь выполняю необходимые формальности. Никому и в голову не может прийти, что бывший бомж, впоследствии мелкий бандит, столь щепетильно оберегает тайну своего настоящего имени.