– И вы поверите в этот бред?
– А вы скажете, что не манипулировали знатными семьями, чтобы вам отдавали голоса в Совете? Вы обещали им спасти детей... – презрительно посмотрела я на Керона.– Императору вы обещали то же самое, как и Арийскому. Должно быть, вы с ума сошли от своей гениальности, когда младший сын, не имея должной силы, отдал свою жизнь ради брата?! А отец никогда бы не признался в происшедшем, чтобы на него не повесили клеймо предателя.
– Что? – я и не думала, что наш принц может так грозно говорить. – Вы вынудили его использовать артефакт?
– И не только его, – вступил Раймонд, опасливо поглядывая на путы вокруг меня. Мы слишком долго говорим, магия действует быстрее… – Все убийства связаны. Первые сдвиги равновесия наблюдаются после странных убийств или самоубийств представителей древних родов. Мы никак не могли понять ради чего и почему, ведь они не были близки императору и вступить в заговор не могли. Их убивали ради артефактов.
– Это лишено смысла, артефакт ни за что не даст насильственно собой владеть, – фыркнул Керон. И уж больно хитро смотрели его глаза в мою сторону.
– Вы правы, а если вы лучший несчастный ученик своего учителя?! Или старый друг семьи, который готов помочь избавиться от преследований и нависшей угрозы?!
– Я не способен на такое, – ага, еще бы сказал, что собирается пенсию и купить дачу. Но, тем не менее, Вильмонд оставался на стороне учителя. Слова наследника резанули всех:
– Раймонд, тебе запудрили мозги.
– Да? Твой любимый учитель хочет тебя спасти. Допустим. Почему бы не проверить, если есть хоть капля сомнений?!
Вильмонд побледнел.
– У него три артефакта, Вильмонд. Было выявлено потеря пяти кулонов у семей древних родов, двое он отдал своим сообщникам... Точнее людям, которые имеют одаренных детей и готовы пойти на что угодно ради их спасения. Один из амулетов достался как раз Арийским, сейчас он у Софи, поэтому вы так быстро ее отыскали. Нахождение одного под вопросом, а другие у Керона, ведь он связующее лицо в ритуалах вызова...
– Поклёп. Откуда вы столько знаете, профессор?
– Вильмонд, я отдам тебе Софи, если у него не окажется амулетов.
Вильмонд прищурился и посмотрел в мои испуганные глаза, перевел взгляд на Раймонда. Ему казалось, что тот просто так не станет отказываться от меня...
– Ну же, Вильмонд, – настаивал Раймонд, а сам губами шептал цифры. Он явно знал о времени действия заклятия связи до завершения и сильно нервничал, едва скрывая внутреннюю дрожь.
– Ты сомневаешься в учителе?
– Простите, я не хочу в вас разочароваться, как и в своем друге.
– Друге? Он? – вокруг Керона треснула защитная магия, Вильмонд прекратил подпитывать заклятие своей силой, и все началось рушиться с диким треском. Под поло мантии от подувшего ветра блеснули артефакты, замаскированные под значки, но иллюзию расплавило на глазах изумленного наследника. – Мальчишка!!! Это ты привел шпиона в мою академию! А я тебе верил!!!
– Я вам тоже... – Вильмонда начало трясти от понимания собственной ошибки, от чувства вины за случившиеся несчастия. Учитывая его постоянное сдерживание, высокое напряжение и скопившуюся внутри энергию, нам грозил взрыв, сродни извержению Везувия.
Мы даже не успели кинуться друг к другу, как начали трескаться артефакты, попадав на пол, а через секунду из воздуха материализовалась пару драконов, готовых сожрать магов заживо. Без действия системы безопасности академия не могла защитить себя от нападения этих тварей, которые уже начали ее рушить.
– Великий дух! – заверещала Авери, врываясь вместе с Арконом и Туном в зал. Они едва успели пригнуться, уходя от удара черным чешуйчатым хвостом. Стена дала первую трещину, раздался дикий рык, блеснули глаза среди пыли и так плотоядно посмотрели на нас, будто увидели бургеры. – А ты говорил, что с ними все в порядке! Помоги им, Аркон!
– Злата?!
Больше мы не говорили, а просто уворачивались то от падающих кирпичей, то от острых зубов. Защитные купола почти не спасали, силы таяли, как снежинки на ладони, у меня совсем не осталось резерва и если бы не Раймонд, потянувший так вовремя за руку, я бы уже минут пять переваривалась в желудке твари. Да, для нее у меня нет никакой гастрономической ценности, но драконы явно спятили от пронизывающей воздух силы Вильмонда, а он потерял контроль над собой. Она стала подавлять и нас, кожа покрывалась красными пятнами, кружилась голова, тело почти не двигалось, только руки тряслись.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
Раймонд, Тун и Аркон пытались колдовать, создать портал, но магические нити буквально растворялись на глазах. Пока мы прикрывались щитами, спасаясь от обжигающих языков драконов. На удивление Керону удавалось давать отпор тварюшкам лучше нас. Когда обгорелый язык коснулся моей лодыжки при очередной перебежке в укрытие, я завизжала. На ноге сияла рана, Анна, не удержавшись при очередном взмахе крыльев, упала, Туна с Арконом пару раз приложило о пол…
В граде камней, столбах пыли при постоянных ударах драконов, пробивающих путь на волю из дворца, стоял сияющий Вильмонд с широко раскрытыми глазами. И чем больше он понимал, грозящую всей академии опасность, тем более лилась сила… Это были его накопленные эмоции, они питали артефакты, готовый призвать в этот мир еще несколько десятков тварей!
Раймонд встряхнул того за плечи, но принц только и шептал «я виноват». И чем громче шептал, тем больше разрушений было, а вот воздуха меньше. В этой суматохе все как-то забыли о наличии другой бомбы замедленного действия – Эра Латоса. Он же видел тоже самое и не мог оставаться спокойным, особенно, когда мы с Анной корчились, снесенные в стену волной взмахом крыльев дракона. Злость принца эльфов не предвещала ничего хорошего, сдерживаться он тоже не хотел…
– Эр, – прохрипела я, найдя себе в силы подползти к безумному эльфу. Но на меня смотрел невменяемый взгляд серых глаз.
– Ты доверишься мне в этот раз?
Нельзя говорить «нет», иначе последует мгновенная смерть. Для всех. Не знаю, что хочет сделать блондин, но мне совсем не нравятся его покрытая инеем кожа и такой же безумный решительный взгляд.
Через секунду всех снес с ног ледяной ветер. Волнами он обходил нас, будто боясь причинить боль, зато разъедал тварей, иссушал заживо на глазах, заставляя вымороженные косточки опадать белоснежными хлопьями на пол. Все дико трещало, здание пыталось рассыпаться вслед за драконами, магия севера в ее чистейшем исполнении несла смерть…даже магии Вильмонда. Сражение двух сил сродни атомной войне, потому что победителей быть в данном случае не могло. Но я смотрела на смешение золотых потоков с белоснежными, на их бесконечный танец под потолком, и видела борьбу двух душ. Эр был сильнее. Его дух крепче, его сила осознанней. Потому что он уже познал любовь, разочарование, он знал как и за что бороться и делал это. Только разбушевавшаяся сила требовала платы за свою помощь – жизнь мага.
– Эр, подожди, – прошептала я, замечая, что твердость в глазах сменилась никому не нужным азартом. Кое-как поднявшись, причем опираясь на самого эльфа, благо тот представлял собой каменное изваяние, встала прямо под удар магии, сочившийся из его руки. Раймонд скрипнул зубами, Авери взвизгнула… – Все…
– Ты не сможешь одна, – произнесла рядом Анна, беря меня за руку и впитывая излишки силы. – Я хочу ему помочь и теперь не буду бояться.
Магия утихала. Вильмонд благополучно вернулся во вменяемое состояние и прекратил сиять, как солнце на небосводе, Эр, покачнувшись, осознанно посмотрел на нас. Как-то невесело улыбнулся, встретившись взглядом с Анной и, будто обжегшись моим, резко направился к Вильмонду. Судя по тяжелой и неровной походке эльфа, всплеск силы дался ему непросто, но гордость мешала показать себя ослабшим.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
– Ты, – Эр подошёл вплотную к наследнику, как к равному. Впрочем, оно так и было, но вел Латос себя не по протоколу, начиная с обращения до рук, что сомкнулись на горле Вильмонда. – Борись с собой до последнего, а не опускай руки сразу! Не сходи с ума раньше времени! Я знаю, как это сложно, но привыкай к боли... Лучше слушать ее, чем предателей. И не смей трогать Софи. Ищи выходы под страхом собственной смерти.
