К тому моменту, как эльфу должно было исполниться четыреста пятьдесят лет, он возвращается в родной лес. В дальнейшем, если эльф принадлежит знатному роду, он или она отправляются ко двору князя для изучения «родового умения» (семейка Элли, например, являлась официальными убийцами, действующими по заказу князя. И с кем я связался?!), если же клыкастый из простой семьи — обучается вести семейное дело. С этого момента эльф может вступать в брак.
Вот такие пироги… с эльфятами.
…Где-то с минуту я обдумывал рассказ Элли, пока особо болезненный рывок за волосы не вывел меня из этого странного подобия транса.
— Аккуратней! — Возмутился я, невольно дергая головой. Больно же!
— Извини, — раздалось в ответ. Попытавшись вывернуть шею, чтобы разглядеть плоды творчества рыжего эльфа, я получил безболезненный, но весьма обидный щелчок по носу. Эй! Это что за дела?!
— Не дергай головой, а то придется заново начинать, — немного ворчливо сказал Элли. Я послушно замер — сидеть на весьма холодном камне бортика еще столько же времени, изображая из себя статую, мне не улыбалось.
— Все, — наконец-то раздалось из-за спины. Я поспешно встал (а то точно застужу себе что-нибудь важное!) и принялся ощупывать то, что намудрил эльф, пытаясь вывернуть голову так, чтобы рассмотреть прическу получше.
— Ого! — Вырвалось у меня. Элли вместо обычной косы или, на худой конец, уже привычного мне жгута ухитрился соорудить самую настоящую и невероятно сложную плетенку шириной сантиметров двадцать, словно щитом закрывающую мне спину до пояса. Все концы были подобраны и как-то хитро подвязаны обрывками ленты, так что наружу не выбивалось ни волоска. Потрясающе. И главное, как удобно… Я уже и забыл, каково это, когда волосы не путаются в ногах.
— Нравится? — Ехидно вздернул бровь эльф, продолжая расслабленно сидеть на бортике и явно не собираясь в ближайшее время вставать.
— А то! — Кивнул я и тут же поинтересовался: — И что это плетение обозначает? — Как же, как же! А то я не помню, что во всех фэнтезийных книжках говорится о том, что у эльфов существует куча причесок на любой случай их долгой и насыщенной жизни. И расхаживать с непонятно что обозначающим плетением мне что-то неохота. А то привяжутся, и доказывай потом, что ты не верблюд.
— И в кого ты такой умный? — Вполголоса буркнул себе под нос Элли.
— В маму с папой! — Весело ответил я. — Ну так что?
Элли тяжко вздохнул.
— Данное плетение обозначает, что ты не человек, — занудным голосом начал объяснять он, возведя взгляд к небесам. — Что ты совершеннолетний — по крайней мере, по меркам людей, — что ты воин, что обладаешь магическим даром и принят в эльфийский знатный род Аторре как полноправный младший родственник, но не признан главой рода.
— Это что еще за новости?! Кто успел?!! — Возмутился я.
И что за род такой, кстати?! Что-то знакомое, но вспомнить не могу…
— Род Аторре — мой род, — терпеливо принялся пояснять Элли. Точно! Он же представлялся мне еще в первый день как Аторре! — А поскольку меня никто не изгонял, то я, на правах наследника, могу принять тебя в свой род.
Ну-ну. Хорошо поешь, птичка. Почему же тебя тогда не искали, если ты наследник? Где подвох?
— Почему не искали? Искали, — невозмутимо произнес эльф. Гр… Интересно, как можно защиться от телепптов? Что-то я припоминаю… Защита с помощью теней, кажется… Надо научиться! Причем срочно! — Вот только в эту проклятую империю обычно если кто и суется из нелюдей, то либо от отчаяния, либо это полные отморозки. А поскольку в родном лесу меня не считают ни тем, ни другим, то они скорее могли подумать, что меня понесло на соседний материк, в Пятнадцать Княжеств. То, что я жив, они знают — родовой артефакт это четко отображает. Но вот где я, они знать не могут.
— А весточку послать не судьба было? — Поинтересовался я. Интересно, почему этот конкретный эльф уже десять лет носит на шее столь оригинальное украшение вместо того, чтобы еще в первый же раз, как приехал на бои, не сбежать?
— Как? Ошейник великолепно справляется с задачей надзирателя. Он меня едва не придушил, когда я захотел написать письмо матери.
Мда. Обидно. А я уж было размечтался, что нас скоро освободят… Не судьба.
— Кстати, Элли, поясни мне, с чего вдруг ты принял меня в свой род, а? — Действительно, интересно же! Нет, я понимаю, что он хочет меня защитить, а измененный, да еще без рода — легкая добыча… Но все же?
Элли помрачнел и отвернулся от меня, принявшись разглядывать сверкающие струи воды.
— Есть две причины, — глухо начал он. — Первая — мне просто стало тебя жалко, и я принял тебя под свою опеку…
Я фыркнул. Что-то слабо верится. Какая жалость может быть у наемного убийцы?..
— А вторая… — Элли отвернулся и уставился на бурлящую воду в фонтане.
— Ну? — поторопил я его. — Какая вторая причина?
— Знаешь, Лэсс, полукровки эльфов и людей наследуют все признаки эльфов: и молодость, и дар, если он есть. Часто наследуется еще и внешность. Только живут не более двухсот лет…
Та-а-ак… Что-то мне это не нравится. Все, я понял, в чем дело! Элли, не надо, не рассказывай дальше!
Ага, как же! Внял он мне…
— Когда мне исполнилось сто восемьдесят лет, я познакомился с человеческой женщиной, — эльф перешел на шепот, и мне приходилось здорово напрягать слух, чтобы разобрать что-то больше, чем отдельные звуки. — Через пять лет у нас родился сын. Ты очень похож на него, Лэсс…
Ыть…
* * *
«И что теперь?» — бился в моем разуме вопрос. То, что сын Элли умер, причем давно, — было ясно. Но вот то, что своего умершего сына рыжий эльф найдет во мне, я даже предположить не мог.
Я не могу оправдать ожидания эльфа, ведь я — не эльфийский полукровка. Во имя всех богов, я знаком с Элли меньше года! И большую часть времени я уделял тренировкам. Я даже о своей семье никому не рассказывал!
Но я не могу и перестать общаться с эльфом, потому что это будет предательством. Не думаю, что у Элли было так много радостей в жизни, чтобы я позволил себе лишить его еще одной.
И что мне делать?..
— Тебе — ничего, — вяло улыбнулся желтоглазый эльф, развернувшись ко мне. — Это мои воспоминания, не твои. Я только надеюсь, что ты не станешь меня отталкивать и позволишь мне проявить хоть немного заботы.
— Хо… хорошо, — запнулся я. — Я по… постараюсь.
— Спасибо, — Элли легко поднялся на ноги и пошел к выходу с площади. — Идем, нам надо еще на рынок успеть. Ты же, вроде, что-то хотел купить.
— Элли, — негромко окликнул его я. — А как звали твоего сына?
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
