Читаем без скачивания Альфа и Омега - Дмитрий Дивеевский

Короче говоря, Лесли и не подумал начинать расследование прямо с берлинской резидентуры СИС. Это еще успеется. Для начала он попросил к себе консультанта по русской идеологии (надо же такое выдумать!) Олега Гордиевского. В Англии проживало несколько перебежчиков из КГБ, и все они находились под опекой СИС. Публика эта была крайне скандальная. Особенно выделялся единственный русский по национальности Лялин, сбежавший к англичанам с секретаршей торгпредства. Парочка эта была из рук вон веселой. И хотя им купили виллу на берегу моря и назначили неплохое содержание, Лялин постоянно демонстрировал, что такое русский запойный пьянчуга. Его выступления выливались в цепь скандалов, драк и дебошей в полиции. Подружка же его, смотревшая на мир через прицел между ногами, путалась с кем попало, в том числе и с кураторами из СИС. Кураторы, передававшие дамочку из рук в руки, рассказывали сказки о ее навыках, неизвестных английским леди. Все остальные перебежчики были либо чистокровными украинцами, либо замесью еврейской и украинской крови. Эти страдали от удушения жабой, и Лесли искренне просил своего англиканского бога не посылать ему больше подобных типов, потому что бюджет СИС их аппетитов не выдержит. Единственным нормальным человеком во всей кампании был Гордиевский. Он не проявлял склонности к алкоголизму и депрессии, нашел себе сожительницу-англичанку и ровненько так, без зигзагов, шел своей дорогой. Поэтому СИС сочла возможным аккредитовать его в качестве сотрудника по контракту для консультаций по русским делам.

У Лесли не было сомнений, кто в берлинской резидентуре должен попасть под подозрение в первую очередь. Это был Джон Рочестер. Первый сигнал на него прошел в ту пору, когда готовилась война против Ирака. Тогда не сумели раскопать, откуда у русских появилась информация о проводившихся акциях влияния. Подозрения ведь всегда в первую очередь падают на агентуру. И в тот раз тоже закрались сомнения в отношении честности агента «Ходжи», с которым работал Рочестер. Иракца допрашивали, крутили на полиграфе, подслушивали и подглядывали, но утечки от него в сторону КГБ не выявили. В конце концов, проверку закрыли. В акциях участвовало достаточно много людей, и просветить всю пирамиду оказалось затруднительным. Теперь же, когда на Рочестера поступило второе указание, то решение было принято без промедлений. В разведке двух указаний более, чем достаточно.

– Олег, если у нас появились подозрения, что один из наших сотрудников в заграничной точке имеет конспиративный контакт с советским разведчиком, чтобы Вы посоветовали в качестве методологической основы?

– Мистер Хеддок, все зависит от резидентуры. Согласитесь, какова страна, таковы и возможности проверки. Ведь именно о проверке пойдет речь, или я не прав?

– Да, вы правы. Нам нужно поверить, имеется ли действительно у нашего сотрудника связь с русскими.

– А он работал по русским или у него другие задачи?

– Задачи другие, советскую резидентуру он не разрабатывал, и на его учетах лишь несколько случайных контактов с русскими во время официальных мероприятий.

– Значит, у него нет возможности прикрыть связь с советским разведчиком рабочим материалом. Это уже хорошо. Можно думать о проверке. А у Вас есть предположения, с кем конкретно он может поддерживать связь? Ведь здесь многое зависит от личности русского. Если это неопытный мальчик – это одно, если это старый ас – совсем другое.

– Мы исходим из общего предположения, что это опытный человек.

– Ну, что я могу сказать? Я бы предложил ни в коем случае не заниматься проверкой технического плана: копание в вещах, просмотр записей и так далее. Парни из ПГУ большие мастера в постановке всяких незримых ловушек, и Вы влипнете, не успев приступить к делу.

– Приведите пример.

– Например, Вы захотите забраться в письменный стол в к подозреваемому, в надежде, что обнаружите там какие-то улики. Скорее всего, Вас ожидает два результата. Во-первых, никаких улик вы не найдете, а во-вторых, весьма вероятно, что он узнает о вашем визите, потому что поставить метку сегодня – плевое дело. У русских очень развита техническая база и они далеко впереди вас всех. Пока ваши джеймсы бонды совершают чудеса в кино, они научились выявлять маршруты интересующих их людей с помощью спецхимии, записывать разговоры на большом расстоянии и выявлять наблюдение там, где оно чувствует себя в полной безопасности.

– Хорошо, если мы не будем брать подозреваемого под колпак, то каким образом мы найдем признаки предательства?

– Только провокацией. Надо поместить его в такую ситуацию, чтобы он забеспокоился и попытался выйти на связь со своим русским партнером. Если дело происходит в дружеской и цивилизованной стране, то нужно привлекать местную контрразведку, чтобы она большими силами обставила его и он вышел на встречу, не заметив наблюдения. Тогда Вам уже не надо будет никаких обысков его гардероба. Так ведь? Конспиративная встреча с русским разведчиком дает вам возможность возбуждать судебное дело и вести расследование, от справедливости которого непросто будет уйти. Ну, а каким образом поместить англичанина в состояние сильного беспокойства, я думаю, Вам знать лучше, чем мне.

26. Альфа и Омега

В тот день, когда Президент России Борис Ельцин подписал указ о запрете КПСС, Збигнев Жабиньский был вызван к Президенту Бушу. Президент сидел в Овальном кабинете в окружении своих ближайших соратников – госсекретаря Джейса Бейкера и директора ЦРУ Уильяма Вебстера. Обсуждали положение в СССР. В комнате витало радостное настроение. Там, в Москве, все складывалось наилучшим образом.

– Заходи, заходи, старый друг! – приветствовал Жабиньского Джорж Буш. – Ты слышал, что мистер Бен запретил партию коммунистов? Каково!? Это надо вспрыснуть!

Коллективные выпивки в Овальном кабинете были большой редкостью. Такого не водилось ни при одном президенте. Правда, в одиночку или в узком кругу кое-то из хозяев Белого дома, бывало, грешил. Особенно Ричард Никсон, слабоватый до спиртного… Но тут случай особый. На столе появились бутылки с виски и джином, содовая, орешки. Читателю, который, может быть, едва помнит запрет КПСС в нашей недавней истории, покажется удивительной непомерная радость главных людей большого американского народа. Неужели это такое великое событие? Ну, опростоволосилась советская ведущая и направляющая сила, ну, запретили ее. Всем все ясно. Чего особенно веселиться-то? Однако посмотрим на это дело с изнанки. Ведь никто не отрицает, что во всем есть светлая и темная сторона. Так что же такого интересного кроется на темной стороне КПСС, какие твари копошатся в темноте, не бесы ли это? И точно, бесы! Это они, хвостатые, ее породили в ту пору, когда принялись столп самодержавия раскачивать. Вообще-то задумка у них давняя была! Еще в ту пору, как объявили Русь Третьим Римом, после крушения Византии, они за нас взялись: ах, вы – Третий Рим, вы – оплот мирового Православия, вы – бастион Вашего Бога!? Ну, держитесь! И стали раскачивать. Долго потели, но своего постепенно добивались. Очень хотели царей согнать и устроить в лапотном Третьем Риме один большой каганат, да такой, чтобы ни одна свинья больше о бастионе их Бога хрюкнуть не посмела! В пособники дураков и мерзавцев навербовали. Дураки верили, что вместе с бесами царство свободы построят, а мерзавцы тоже власти хотели, как и сами рогато-хвостатые. Но дело шло с трудом. Стоял Третий Рим, скрипел, но стоял. Стоял до тех пор, пока они не смекнули: мало только над самодержавием глумиться, мало «свободой, равенством и братством» мужику башку дурить. Тупой он, не понимает, о какой радости ему говорят. Надо по-другому мужика на свою сторону приманивать. А чем его приманишь? Известное дело, обещаниями. Про землю и про свободу. Тут по случаю еще и обещание про мир подвернулось. С землей получилось, мужик до земли очень слаб. Приманили его, на столп науськали, да и опрокинули это самое самодержавие. А потом сказали, что про землю и свободу наврали. И чтобы мужик правильно этому делу обрадовался, стали его душить. Короче, все по плану, одна радость, да и все. Оттянулась нечисть в те славные времена по полной разметке. Сколько храмов повзрывали, сколько душ сгубили, сколько икон пожгли и в нужниках утопили – не счесть, не оплакать. А какие адовы печи запылали! К примеру, в Донском монастыре крематорий из года в год денно и нощно трупы заглатывал, кои чекисты обозами подвозили. Все как в преисподней! Сколько их тогда по Третьему Риму чадило, таких крематориев! Вот так лапотным наследникам Иисуса бесы мстили.

Но народ, особенно русский, он тупой, как пробка. Ему прямо в лицо говорят: мы твоего Бога и твоих святых уничтожаем. А он вместо того, чтобы за топор, или «… как же можно…!» в бесовскую партию вступает. Вступает и вступает, и никто из бесов ничего не может понять. Тут тогдашний временно исполняющий обязанности Сатаны по России и соседним районам, грузин один усатый, тревогу забил. Пропорция бесов в партии, понимаете ли, стала резко падать. Ввели квоту, а кривая все равно вниз идет. Появились организации, в которых бесов совсем не представлено. В этих ячейках на полном серьезе стали светлое будущее строить! Вот ведь что мужик удумал! Я, говорит, поддержу царство свободы обеими трудовыми руками и войду в вашу партию, чтобы спокойно себя чувствовать. И просто жутко разбавил собой стройные ряды нечисти. Тут Усатый стал быстро пропорцию подравнивать, чтобы, как говориться, контроль не потерять. Немало он всяких больших и мелких членов в могилки положил, только ведь народ не подравняешь. Он сам кого хочешь подравняет. Короче говоря, чем дальше, тем меньше бесовщины в бесовской шарашке, а тут еще война случилась, ну просто стало партии от нее светлеть. А потом и самого Усатого рука ближайших соратников прибрала, таких же хвостатых, как и он сам. Устроили они ему апоплексический пинок на тот свет. Бесы, что с них возьмешь. Ну, а после того, как Усатый окочурился, в России полный бардак начался. Мужики бесов погнали в шею. Кого в лагеря, кого на пенсию, кого к его чертовой матери – можно сказать, ни одному убийце или садисту под руководящим столом спрятаться не удалось. Разве не обидно! Такая сила, придуманная для совсем других целей и уже натворившая горы бесовщины, взяла да и стряхнула с себя всех этих гадов, и рванула в царство свободы как порвавшая узду лошадь. Вот когда Невидимый Гад за голову схватился, вот когда он завыл. Это было поражение так поражение! И началась новая война за эту партию. Ох, какая война! Все возможное надо было сделать, чтобы она завшивела, чтобы опять нечисть в ней расплодилась. А то ведь они, лапотники эти, каким-то нутряным чутьем своим так все переиначили, что и жить недурно стали и собираются еще лучше зажить. У них уж и фактический социализм на горизонте засветил. Царство свободы, мать его! А ведь не дураки бесы. Знают, что как только лапотник на ноги встанет, по-человечески заживет, так про Третий Рим обязательно вспомнит!