Читаем без скачивания Спящая красавица - Филипп Марголин

– Вы правы, мисс Ван Метер, – промолвила Дилайла. – Я здесь в связи с тем нападением, которое явилось причиной вашей комы. Вы чувствуете себя в состоянии ответить на некоторые наши вопросы?

Внезапно кровь отлила от лица Кейси. Силы оставили ее. Она прикрыла глаза и откинулась на подушку.

– Мисс Ван Метер? – окликнула ее Дилайла, встревоженная столь стремительной переменой.

Глаза Кейси открылись.

– Давайте скорее покончим с этим, – слабо отозвалась она, словно примирившись с тем, что придется обсуждать страшный эпизод в лодочном домике.

– Вы уверены, что справитесь? – спросила Дилайла. – Мы не хотим поступать вам во вред.

Кейси посмотрела на Дилайлу. Взгляд ее был тверд.

– Задавайте свои вопросы, – сказала она, и помощник окружного прокурора ощутила в ней внутреннюю силу, которая сулила благоприятный исход в случае, если Кейси пришлось бы свидетельствовать в суде.

– Я полагаю, наилучшим способом подойти к делу будет просто спросить, что вы помните о том вечере, когда подверглись нападению.

Кейси начала говорить, но вдруг опять замерла, побледнела и закрыла лицо руками.

– Кейси? – позвал доктор Линскотт.

Она покачала головой, будто стряхивая наваждение, и сделала глубокий вдох.

– Все в порядке, – заверила она врача и вдруг спросила, обращаясь к Дилайле: – А Терри Спенсер умерла?

– Да, мэм, – промолвила та, стараясь подавить волнение. Она поняла, что свидетельница Ван Метер вспомнит все и им только останется забить гвозди в крышку гроба Джошуа Максфилда.

Кейси опять глубоко вздохнула.

– Я надеялась... Хотя в глубине души знала, что она погибла. Это моя вина. Если бы я не попросила ее о встрече, она была бы жива.

Сердце Дилайлы учащенно забилось.

– Кто убил Терри, мисс Ван Метер?

Кейси в упор посмотрела на собеседницу. На ее лице отразилось недоумение.

– Джошуа Максфилд, конечно. А вы разве не знали?

Глава 28

Едва въехав на машине в ворота академии, Эшли испытала ощущение "дежа-вю". Мало что изменилось здесь за прошедшие годы. Стайки говорливых студентов беспечно расположились на траве, другие так же беззаботно разгуливали по территории. Все они совершенно не думали о случившемся здесь некогда страшном преступлении, которое лишило Эшли той, кого она по-прежнему считала своей матерью. От их простодушного неведения ей сделалось грустно. Она сама когда-то была таким же подростком, но Джошуа Максфилд заставил ее повзрослеть за одну ужасную ночь.

Впереди показался особняк. Эшли ожидала, что он изменился, ведь дом стоял необитаемый со смерти Генри Ван Метера, но он учредил солидную субсидию в пользу школы, часть которой предназначалась для поддержания в порядке дома Ван Метеров. Генри до последнего часа лелеял надежду на выздоровление Кейси и хотел, чтобы дочь, очнувшись, могла вернуться в родовое гнездо. На прошлой неделе доктор Линскотт решил, что Кейси уже достаточно хорошо себя чувствует, чтобы позволить ей переехать из лечебницы в дом, где прошло ее детство.

Эшли припарковалась на круговой подъездной дорожке, которая, изгибаясь, вплотную подходила к парадному входу, но не стала сразу выходить из машины. Ей было не по себе от перспективы встречи с матерью. Не отвергнет ли ее Кейси? Проявит ли нечто похожее на любовь или привязанность к своему давно оставленному ребенку? Джерри вызывался поехать с ней, но Эшли отказалась. То, что ей сейчас предстоит, она должна пережить самостоятельно.

Собравшись с духом, Эшли выбралась из машины. Она была в строгом костюме, специально приобретенном для этого случая. Когда нажимала кнопку звонка, ладони у нее взмокли от волнения, а сердце громко стучало. Дверь открыла плотная кореянка с коротко остриженными волосами.

– Вы, наверное, Эшли? – спросила она, впуская ее в холл.

– Да.

– Я Нан Ким, сиделка мисс Ван Метер.

– Вы не знаете, доктор Линскотт говорил обо мне с моей... с мисс Ван Метер?

– Да. Он ей все объяснил, и она хочет вас видеть. Мисс Ван Метер ждет вас в своей комнате. Она просила меня предложить вам перекусить.

– Нет, спасибо, я сыта.

– Тогда пойдемте, я провожу вас наверх, – промолвила сиделка.

Кейси ждала гостью в просторной комнате с высоким потолком. Она полулежала на высоких подушках. Кровать была придвинута к окну, чтобы можно было смотреть на сад и бассейн. Судя по виду, Кейси набрала часть потерянного веса и в значительной степени обрела прежний цвет лица. Волосы ее, выкрашенные в светлый цвет, теперь выглядели точь-в-точь как до случившейся трагедии. В углу комнаты стояли инвалидное кресло и "ходунки". Прямо к кровати было придвинуто удобное кресло.

– Спасибо, что согласились со мной встретиться, – произнесла Эшли, как только расположилась в кресле и медсестра покинула комнату.

– Это вам спасибо, что пришли меня навестить. Я здесь безумно скучаю, вынуждена проводить в постели большую часть дня. Единственно, когда я из нее выбираюсь, – это на физиотерапию или если мне помогают спуститься в столовую.

– Как вы себя чувствуете?

Вопрос прозвучал довольно неуклюже, обе они понимали, что Эшли пытается оттянуть момент более трудных и неприятных вопросов, которые, собственно, и привели ее сюда.

– Воскреснуть из мертвых – дело нешуточное, ко многому приходится привыкать. Утраченные годы, физические проблемы...

Кейси сделала паузу, изучающе рассматривая посетительницу. Столь пристальное внимание заставило Эшли ощутить неловкость.

– А также есть вы, – улыбнулась Кейси. – Вот, например, как нам называть друг друга? Не знаю, уместно ли здесь слово "мама".

Эшли опустила голову.

– Я не хотела бы вас обижать, но мне трудно называть матерью кого-либо, кроме Терри.

– Понимаю, и это меня не обижает. Раньше-то вы обращались ко мне "декан", но я уже больше не являюсь деканом, да это было бы и слишком официально для наших отношений. Почему бы вам не называть меня просто Кейси? А я вас – Эшли. Согласны?

– Да.

– Как вы узнали о моих отношениях с Норманом?

– Ваш отец рассказал о моем удочерении Джерри Филипсу, моему адвокату. А тот сообщил мне.

– А почему Генри раскрыл тайну наших отношений после стольких лет?

Эшли не собиралась упоминать о том, что Генри понадобилась помощь внучки, чтобы помешать Майлзу отключить Кейси от аппаратов жизнеобеспечения. Она не знала, осведомлена ли об этом Кейси.

– Наверное, он хотел, чтобы я знала: у меня все еще остаются близкие.

– Вы держите на меня зло за то, что я от вас отказалась? – промолвила Кейси.

Прямолинейность вопроса застала Эшли врасплох. Потом до нее дошло, что Кейси Ван Метер по привычке считала себя руководящим лицом.

Эшли решила, что ей тоже следует быть откровенной.

– Да, сначала я злилась.

– А какие чувства испытываете теперь?

– Смятение, смущение. Но ненависти больше нет. Я постаралась взглянуть на проблему с вашей точки зрения, представить, как я оказалась бы беременной от мужчины, которого... которого никогда не любила.

– Да, вы правы, Эшли. Я не любила вашего отца. Брак стал бы ложным шагом для нас обоих. Он не имел бы будущего. К тому же я была очень молода для роли матери. То, что я отдала ребенка в приемную семью, не свидетельствовало о неприязни к вам лично. Вы тут ни при чем, я вас даже не видела. Вас забрали от меня сразу после рождения. Я была под наркозом и даже плохо помню тот момент. Но ведь все обернулось к лучшему? Норман был вам хорошим отцом?

– Самым лучшим!

– И вы любили Терри?

– Очень!

Эшли помедлила, набралась храбрости и задала вопрос:

– Вы когда-нибудь жалели, что отказались от меня?

– Возникали моменты, когда я размышляла над тем, что с вами сталось. Я рада, что вы обрели любящих родителей, вы – сильная, уверенная в себе женщина, пусть даже в этом и нет моей заслуги.

– Вы никогда не пытались меня найти?

– Нет, никогда.

– Почему?

– Можно мне ответить прямо?

– Разумеется!

– Я никогда не ощущала вас как нечто реальное. Вы были для меня чем-то вроде миража. Я никогда вас не видела, не держала на руках. Как же я могла любить вас? Да и что хорошего бы вышло, если бы я обрушилась как гром с ясного неба, нарушив ваш душевный покой? Смотрите, в каком смятении вы пребываете с тех пор, как узнали, что я ваша мать.

Эшли мучительно сглотнула, она боялась, что сейчас заплачет. Она постаралась сделать свой следующий вопрос нарочито формальным и бесстрастным, чтобы дистанцироваться от бушевавших в ней эмоций.

– Как нам лучше вести себя в нынешней ситуации? Хотите вы узнать меня ближе, поддерживать отношения или предпочли бы, чтобы мы не общались?

Кейси изогнула брови и усмехнулась:

– Глупый вопрос! Конечно, я хочу поддерживать с тобой отношения. Ты мне понравилась с первого дня, как я с тобой познакомилась, – когда показывала тебе наш студенческий городок, помнишь? Я сразу поняла, что ты хорошая. Я восхищалась стойкостью, с какой ты переживала трагедию, твоей твердостью, достоинством, самообладанием. Будь мы одного возраста, я бы мечтала с тобой подружиться. Сейчас разница в возрасте все равно существует, но по мере того как мы делаемся старше, она значит все меньше и меньше. Поэтому начнем с того, что станем друзьями. Мы можем видеться иногда, специально не форсируя события. Посмотрим, как пойдут дела. Устраивает тебя такой расклад?