— Стерва баба. Коли уйду — почикаю…
— Ну, вот и все, — сказал Вячеслав Иванович, не слыша больше стрельбы. — Вроде кончилось. Объявляю тебе, можно сказать, благодарность за прекрасную подготовку операции… Неужели взяли?! Нет, ну мы его взяли! И как гладко все сошло! Поздравляю с совместной акцией.
— Не стоит благодарности, — начал было Денис, но тут вдруг боковым зрением он увидел, как из другого подъезда выскочила ссутулившаяся тень и метнулась к оставленной «Ниве».
— Стой! — закричал Денис, еще не успев ничего толком сообразить. Он выхватил из кармана пистолет и послал один выстрел в воздух, второй, почти сразу, — уже по машине.
Машина завелась и тронулась с места.
— В машину! — закричал страшным голосом разволновавшийся Вячеслав Иванович. — Быстрей! Уйдет!
Пузырь — это был именно он, — непонятным способом ускользнувший от милиции, крутанул руль и нажал на газ.
Вдвоем Грязновы запрыгнули в ближайшую, стоящую во дворе милицейскую машину, вытащив оттуда остолбеневшего сотрудника, и рванули с места сразу за «Нивой». Причем само собой оказалось так, что за рулем сидел Денис, следовательно, стрелять, если что, полагалось Вячеславу Ивановичу.
Они выскочили из подворотни и помчались вдогонку за уходящей на всех скоростях по шоссе «Нивой».
Грязнов— старший нервничал, вертелся на сиденье и давал советы водителю:
— Налево! Налево же! Осторожно! Поворачивай! Ах, черт, проскочим? Куда он направляется?
— Ты лучше, — сказал Денис, отчаянно вцепившись в баранку, — объяви всем постам и все такое… А то что, нам, как в дурном фильме, придется одним его преследовать?
Грязнов— старший, не отрывая беспокойных глаз от дороги, взял рацию и продиктовал номер преследуемой «Нивы».
Машина Дениса Грязнова неслась по ночной Москве с такой ужасающей скоростью, что его опасно заносило на поворотах.
— Двести шестьдесят второй! — кричал из кабины генерал Грязнов в рацию. — Мы выходим на Котельническую набережную! Предположительно маршрут следования — Таганка, Большие Каменщики…
— Понял, высылаю группу задержания на Таганку!
— Двести шестьдесят второй! Там уже поздно! Ставь заслон на Каменщиках! Перед светофором, что у «Болгарской розы»!
— Не успеем!
— Быстро!
— Так точно, товарищ генерал!
— Я его потерял, — испуганно сообщил Денис, не притормаживая, продолжая безумную гонку. — Я его не вижу!
Генерала знобило от постоянного недосыпа, от тряски и резких поворотов слегка кружилась голова, даже скулы сводило от зевоты:
— Впереди, свернул налево!
— По Яузской набережной?
— Там узко, большие пролеты от переулка до переулка, ему там опасно.
— А если бросит машину и махнет через Горбатый мостик?
Но мелькающие впереди габаритные огни потрепанной «БМВ» свернули на улицу Радищева.
— Он будет пробиваться через Волгоградский проспект, — предположил генерал. — Сущевка тоже опасна — долгий прямой кусок по Андропова до Каширки… Там ему не уйти! Туда не пойдет.
— А Волгоградка?
— Много боковых отходов. И все перспективные.
— Сейчас все узнаем, — сжал губы Денис Грязнов.
Пузырь промчался под кирпич к Театру на Таганке, тут же свернул налево — на дорогу с одним и только встречным движением!
Милицейская машина не отставала ни на метр.
— Нужна, нужна мне хорошая машина! Просто лошадок не хватает! Я бы ему показал! А так… Приходится маневрировать. Тактически обыгрывать!
— Двести шестьдесят второй! — В эфире снова генерал Грязнов. — Уходит на Яузскую набережную, петляет.
— На Каменщиках снимаем, перебрасываем на Яузскую набережную!
— Оставь на Каменщиках! Найди кого-нибудь на Яузу!
— Товарищ генерал, у нас задействованы пять групп. Может, подкрепление вызвать?
— Нет, не хватало еще, чтобы мы какого-то засранца всем управлением ловили. Справимся собственными силами, — понадеялся Вячеслав Иванович. — Что там? — спросил он заодно. — Как, все глубчики? Ага! Никто не ранен из наших? Ага! Ну что ж… Отлично. Везите кенарей… Но как он ушел?! — изумился он, отложив рацию. — Всех остальных ведь взяли! Интересно, как он надеется удрать?
— А я тебе скажу как, — сообщил Денис. — Интересно, у нас бензина хватит? Мы ведь этой дорогой уже как-то ездили… На рыбалку. Я вот как полагаю. Куда ему деваться? Ты же сам говорил что-то про родственников и все такое. Эх, вот что мы проглядели. Надо было синхронно у Ширяева на дому засаду устроить, у стариков этих… я так понимаю, он именно туда лупит. Решил, знать, к родным березкам податься.
— Чем ему это поможет? — удивился Вячеслав Иванович.
— Ну как же. Там же леса…
— Да какие там леса в Подмосковье! Что ты! Все насквозь просвечивает! На дереве, что ли, сидеть будет? Там через каждые пять метров не дом, так прохожий! Все леса давно на дачи разобрали… Ну и потом, мы его возьмем еще до того, как он из города выедет.
…Перед светофором Пузырь притормозил, дал встречному потоку рассмотреть себя, удивиться, перестроиться и, используя образовавшийся затор, круто развернулся и помчался впереди всех обратно — на Таганскую площадь! Поток транспорта двинулся за ним и затер машину преследователей, которым пришлось включить все мигалки и сирену, чтобы пробить себе дорогу и обеспечить возможность развернуться.
За эти несколько минут образовавшегося преимущества Пузырь промчался по кругу на Таганской площади, соображая, где меньше всего возможности нарваться на кордон.
Хотел было выйти на Большие Каменщики, но что-то екнуло в сердце, предсказывая беду. И он нагло свернул направо чуть дальше — на Воронцовскую улицу с односторонним встречным движением!
У ментов совершенно правильная логика, по правилам дорожного движения. И голова, в которую не входит такая наглая манера вождения! "Этот маршрут они не рассматривают как вообще возможный! — порадовался Пузырь, пролетая мимо шарахающихся от него встречных машин. «Проверим и эту гипотезу!»
Расчет оказался верным. Но не до конца. Постовые гибэдэдэшники засекли его на Крестьянской заставе при выезде на Пролетарку.
— Разыскиваемый объект проследовал с нарушением правил дорожного движения на Первую Дубровскую улицу! — разнеслось в эфире.
— Перекрывайте все возможные выезды с Дубровской! — закричал в микрофон Вячеслав Иванович Грязнов. — Раскатывайте шипы!
— Объект проследовал на Волгоградский проспект! — сообщил постовой. — На большой скорости движется в сторону от центра!
— Ну и хорошо, — Денис с Таганки повернул на Марксистскую. — Мы его по прямой быстрее нагоним!
— Освободите центральную полосу! — объявил генерал Грязнов. — Следуем за преступником. Будьте внимательны! Преступник вооружен. Очень опасен!
Пузырь рассчитывал добраться хотя бы до разъезда у Текстильщиков, и ему это удалось.
Он видел, как за входом в метро уже перекрывали улицу полосой с шипами, но уже совершенно напрасно — он лихо свернул на Люблинскую, замелькали светофоры, указатели — Краснодарская улица, Верхние Поля… Развилка — Верхние Поля и Проектируемый проезд! Названия, конечно, невзрачные, но только одна дорога ведет на свободу!
Проектируемый проезд выводит в городок со славным чекистским именем Дзержинский! И только поэтому Пузырь развернулся на Белую Дачу!
— Объект, вероятно, следует к Московской кольцевой автомобильной дороге, — догадался кто-то из постовых и оповестил об этом весь эфир. — Два ближайших выезда: улица Верхние Поля, направление на Белую Дачу, и улица Проектируемый проезд, направление на город Дзержинский.
— Жми на Дзержинский! — приказал генерал племяннику. — Чует мое сердце, он туда рванет. Подумает, что мы решим, будто он фамилии испугается… И инстинктивно рванет на Белую Дачу. А сам пронырнет там.
— Мы уже проскочили поворот, — виновато признался Денис. — Вернуться?
— Ни в коем случае! Продолжаем движение, если уж такой расклад получился. Будем его отрабатывать, — и взялся за рацию. — Всем постам! Внимание всем постам! Следую на Белую Дачу! Перекройте выезд на Дзержинский! Перекройте выезд на Дзержинский!
Можно сказать, что Пузырю в эту ночь несказанно везло! В этой погоне он раз за разом вытаскивал из колоды случайностей то козырного короля, то козырную даму, то десятку, и даже мелкая шестерка оказывалась для него козырной!
На выезде к совхозу Белая Дача не было милицейского поста! Буквально за минуту до его появления этот наряд срочно перебросили к выезду на Дзержинский! Они только что двинулись с места и не видели машины Пузыря потому, что разворачивались на разъезде.
Только один стажер остался на посту, не влез в машину, и, к собственному величайшему огорчению, остался на месте в то горячее время, когда все его друзья отправились навстречу опасности и наградам.
