– Пошли, – я повела Томаса в самую гущу вечеринки. Мы сразу попали в настоящую давку. Найл сунул мне в свободную руку пластиковый стаканчик пива, и я его приняла. Найл сказал кому-то:
– Это младшая сестренка Неда.
После этого «Привет!» следовало за нами через весь сад, пока мы проталкивались мимо разных компаний. Краем глаза я видела – озерцо темной материи не отстает. Поцелуя недостаточно.
– Приве-е-е-ет! – Соф золотым видением пронеслась сквозь толпу и кинулась мне на шею. Я отпустила руку Томаса, чтобы в свою очередь обнять подругу, слегка удивленная такой теплой встречей. Когда Соф отодвинулась, я заметила ее разгоревшиеся щеки, поплывшую подводку и полуразвалившийся начес. В обеих руках она держала по пиву.
Соф уставилась на мой полупустой стакан. На нас кто-то налетел, и мы качнулись в сторону. Я вдруг ощутила странную пустоту.
– Готти, ты давай догоняй остальных! Где тебя носило?
– Я была в книжном. Мы с Томасом… – Я замолчала. Я потеряла его в толпе. – А где все?
– Ты видишь этих людей? – театрально-громко прошептала Соф. От нее сильно пахло пивом. – Это и есть все!
– Я о знакомых. – Среди собравшихся я знала только ее, Томаса и участников «Фингербанда». – Где Нед? – Разговаривая, я болезненно морщилась – головная боль набирала обороты от оглушительного шума. Соф, видимо, это заметила, потому что сказала:
– Выпей. – Я подчинилась, залпом осушив стакан. Соф испугалась: – Вау, ты это, не так быстро! Ты же не привыкла!
Ее назойливая опека напомнила мне прошлое лето. Мы же ровесницы, мы уже сдали экзамены, навсегда можем забыть о школьной форме. У меня давно нет матери, и другая мне не нужна.
– Нет, но где же все-таки Нед? – Я бросила пустой стакан в траву. В поле зрения вдруг появилась темная материя, выглянув из-под ближайшего куста. Она стала немного больше, чем раньше. Отвернувшись, я взяла со скамейки неоткрытую банку. Кто-то произнес «Эй!» совсем не в качестве приветствия.
– Что?
– Это мое пиво, – сообщил незнакомый парень, показывая на банку, которую я только что открыла.
Я смотрела на него. У него был смешной подбородок. Я не знала, кто он, и не хотела знать.
– А я младшая сестренка, – объяснила я.
– Готти! – вмешалась Соф. – Что с тобой? Нед настраивает гитару.
– Пойду поищу Томаса, – сказала я ей, начиная проталкиваться между незнакомыми людьми.
Сзади Соф извинялась перед парнем, у которого я забрала пиво. Ну и пожалуйста. Я пробилась в кухню, а оттуда в ванную.
Закрывшись, я сунула в рот две таблетки аспирина и запила пивом. Сделать удалось только два глотка. Соф права, я не привыкла. Как и ожидалось, это вызвало прилив раздражения.
В зеркале колыхалось мое отражение, бледное и усталое, глупая кривая стрижка торчала во все стороны, но вскоре все это сменила телевизионная «каша». Отвернувшись, я опустила сиденье унитаза, присела и закрыла глаза. Желудок сжался. Кто-то нетерпеливо постучал в дверь. Я нехотя допила банку и вышла на кухню.
Я заглянула в холодильник. «Черный лес» Томаса, нетронутый, стоял рядом с упаковкой пива. Что бы стал пить Грей? Что-нибудь бьющее фонтаном. В кладовке я нашла старую бутылку игристого вина и взяла из буфета кружку. Это же праздник, так? Должны быть пузырьки шампанского и танцы. Каждый год на этой вечеринке Грей вальсировал со мной по саду, поставив меня к себе на мыски. Я хочу танцевать. Я хочу чувствовать радость. Я хочу существовать.
Я вышла. Там тоже никто не танцевал, поэтому мы с бутылкой немного потоптались одни на цветочной клумбе – место было только там. Темная материя танцевала со мной рука об руку. Желтых тюльпанов к похоронам мы так и не достали, ну и неважно, да вот только это до сих пор не отпускает.
Я налила себе вина до краев и отправилась кружить по саду, ища Томаса. Навстречу попадалось все больше здоровавшихся: приятели Неда, подростки в банданах. Дойдя до большого каменного будды, я привалилась к нему, хватая воздух ртом, и только через пару секунд сообразила, что практически присоединилась к Джейсону и Мег.
Отлично. Замечательно. Твое ж деление столбиком. Мег в балетках мечтательно покачивалась под музыку и вообще была миниатюрна и прелестна, не то что шагавшая по саду великанша, которую нужно держать в секрете. Поймав мой взгляд, Мег осторожно помахала. Пальцы ее другой руки были переплетены с пальцами Джейсона.
– Готти! – окликнула она меня. – Правда, безумно весело? Не могу дождаться, что же будет дальше! Я пойду возьму выпить. Тебе принести?
– Привет. Нет! – прокричала я, помахав перед ней своей полупустой бутылкой. Кружку я где-то потеряла. Мег кивнула и исчезла в толпе. И тогда я сказала Джейсону: – Хоть бы тебя затянуло во временнóй тоннель!
– Что?
– Ничего! Я здороваюсь!
Джейсон осторожно кивнул. Он явно меня не слышал, поэтому в качестве эксперимента я добавила:
– Ты баснословная сволочь!
– Ага! – крикнул он в ответ. – Хорошая музыка!
Это было не совсем правильно – я не хотела называть его сволочью. Я хочу, чтобы он услышал то, что я скажу, чтобы признал меня – и нас. Признался, что между нами все же что-то было. Я подалась вперед прокричать это и схватила его за плечо рукой, в которой держала бутылку. Получилось сильнее, чем я собиралась. Джейсон попятился и ухватился за меня, а я приложила ладонь рупором к его уху и произнесла:
– Мы были влюблены друг в друга.
– Что? – прокричал он, затем огляделся и, подавшись к моему уху, быстро сказал: – Да. Вроде того. Слушай, Марго, когда Грей…
– Вот когда Грей как раз, ты повел себя отвратительно, – перебила я. По-моему, Джейсон не расслышал, но вряд ли это имело значение. Я поцеловала его в щеку и отошла, официально с ним разорвав.
Каким-то образом мне удалось вернуться, пробиться в кухню, взять что-то из холодильника и пронести свой трофей через гостиную, где гости разлеглись на диванах и болтали. Тут было тише. Ноги сами привели меня к комнате Грея – я не ходила сюда с того дня, как мы с Недом делали уборку.
Здесь было практически тихо – в глубине дома не слышно стерео Неда и толпу в саду. Не включая света, я на цыпочках пробиралась сквозь бардак на полу. Здесь будто взорвалась Томас-бомба, расшвыряв повсюду фломастеры, комиксы и кардиганы. На пианино – дорожный вариант «Четыре в ряд». Это не все вещи, которые он описывал, рассказывая о Торонто, но и этого достаточно, чтобы комната уже не казалась комнатой Грея.
Поэтому я, не задумываясь, забралась на кровать, не снимая обуви, с куском торта Томаса в руке и бутылкой в другой. Отчего-то бутылка почти пуста. Когда я успела столько выпить?
Я поставила торт на матрац и уселась по-турецки перед Колбасой, отсалютовав ей бутылкой. Ради этого и затеял Нед свою вечеринку – чтобы почтить память нашего деда? В углу темная материя скользнула вниз по стене.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
