трактата». При этом труд Альберта целиком выдержан «в античных тонах». Специалисты давно составили таблицы, в которых параллельно друг другу – иногда совпадая дословно! – идут фрагменты труда Альберта и фрагменты труда Витрувия. Историки комментируют это обстоятельство так: «Все эти многочисленные параллели… открывают ту эллинистически-римскую атмосферу, в которой формировались собственные его мысли».
Итак, книга «античного» Витрувия абсолютно естественно вписывается в средневековую атмосферу и идеологию XV века н. э. При этом подавляющее большинство средневековых построек Альберта выполнено, оказывается, «в античном стиле». Он создает дворец «по образцу и подобию римского амфитеатра».
Таким образом, ведущий архитектор средневековой эпохи заполняет города Италии «античными» постройками, которые сейчас, – но отнюдь не в XV веке н. э. – считаются «подражаниями древности». Он пишет книги в «античном стиле», не подозревая, что они будут потом объявлены «подражанием античности».
И только после всего этого, в 1497 году н. э., будет открыта книга «античного архитектора Витрувия», иногда почти дословно совпадающая с аналогичной книгой средневекового Альберта. Складывается ощущение, что зодчие XIV–XV веков вовсе не считали свою деятельность «подражанием античности», а просто творили ее. Теория же о «подражании» появится значительно позже, в трудах скалигеровских историков, вынужденных объяснять многочисленные параллели между средними веками и античностью».
Заключение
В данной книге я рассмотрел возникновение современного учебника истории. Появление его на свет и рождение были еще более тернистыми, нежели сама история Государства российского. Огромное количество рукописей утрачено, как от небрежного хранения, так и специального сжигания. Например, при Петре I, были изданы следующие указы:
Указ о присылке из монастырей древних рукописей и печатных книг от 20 декабря 1720 года: «Великий государь указал: во всех монастырях, обретающихся в Российском государстве, осмотреть и забрать древние жалованные грамоты и другие куриозные письма оригинальные, также книги исторические, рукописные и печатные, какие где потребные к известию найдутся. И по тому его великого государя именному указу, правительствующий Сенат приказали: во всех епархиях и монастырях, и соборах прежние жалованные грамоты и другие куриозные письма оригинальные, такожде и исторические рукописные и печатные книги пересмотреть и переписать губернаторам и вице-губернаторам, и воеводам и те переписные книги прислать в Сенат».
Указ о присылке хранящихся в монастырях летописей для снятия с них копий от 16 февраля 1722 года: «Из всех епархий и монастырей, где о чем по описям куриозные, то есть древних лет на хартиях и на бумаге, церковные и гражданские летописцы степенные, хронографы и прочие сим подобные, что где таковых обретается, взять в Москву в Синод, и для известия оные описать и те списки оставить в библиотеке, а подлинные разослать в те же места, откуда взяты будут, по-прежнему, а тех епархий и монастырей властям при том объявить, дабы они те куриозные книги объявили без всякой утайки, понеже те книги токмо списаны, а подлинные возвращены будут к ним по прежнему. И для присмотра и забирания таковых книг послать из Синода нарочных».
Судьба данных бесценных документов весьма печальна, они сгорели. История Татищева полностью переделана Герхардом Фридрихом Миллером. Миллер был первым издателем трудов Татищева – "Истории Российской" и примечаний к Судебнику 1550 года. Немало сил потратил он и на собирание рукописей Татищева. Не случайно в "портфелях Миллера" в ЦГАДА выявлено значительное число автографов и списков сочинений Татищева, использованных в наше время при издании "Истории" и сборника избранных трудов Татищева, вышедшего в 1979 году. Шлецер при этом отмечал, что "некоторые важные погрешности, сделанные Татищевым, здесь исправлены и известия его обогащены некоторыми прибавлениями". Миллер не прошел и мимо другой важной проблемы, поставленной Татищевым, – истории закрепощения крестьян. Большая вероятность есть и в том, что «Древняя Российская история от начала княжения Рурикова до кончины Ярослава Первого» приписываемая Ломоносову, полностью исправлена Герхардом Фридрихом в угоду создаваемой им Норманской131 теории.
Как я уже писал выше «Слово о полку Игореве» и «Повесть временных лет», многие ученые тоже считают подделками. И в царствование других императоров начиная с Павла I и оканчивая Николаем II история всегда была на службе у государства. Причем, как я уже писал выше, для большинства она была лубочной и красивой. Народ довольствовался вообще сказками без указания каких либо конкретных, привязанных к тому или иному государю событий. Указывали просто при царе Горохе. Хотя … Барон Горох – Высочайше утверждённым императором Николаем I 5 июля 1844 года мнением Государственного Совета Иосиф-Виктор-Викентий-Онуфрий-Антоний Матвеевич-Казимирович Горох. Народ то знал, о чем сказки сказывал.
С приходом большевиков отношение к буржуазной истории было соответствующее. Достаточно вспомнить фразу Ильича: «Революции не нужны историки», когда вели на казнь великого князя Николая Михайловича, и его ответ согласно одной из многочисленных легенд: «Передайте вашему господину, что он заблуждается. Историки очень нужны революции хотя бы для того, чтобы рассказать, чем она для вас всех закончится».
Как писался учебник истории во времена СССР, я подробно описывал выше. В настоящее время то, что внушают нашим детям учебники истории, не имеют к реально происходящим событиям, ни какого отношения. Всё плод фантазий разных авторов и причинно – следственные связи полностью перевраны. Но, возможно в будущем кто-то напишет учебник реальной истории?
