Господи боже.
Она могла подумать о том, что заблудится. Или угодит в огонь.
Но никогда не подумала, что встретиться один на один с самым сильным и свирепым хищником тайги.
Глава 20
Вся жизнь за секунду пронеслась перед глазами девушки, когда она увидела небольшие, но свирепые глаза самого настоящего хищника.
А ведь еще недавно она хотела скорее умереть, чтобы быть рядом с любимой бабушкой, жизнь без которой стала серой и ненужной.
И что же теперь?
Почему тогда сейчас Гуля внутри сжалась от ужаса, и принялась молиться, ощущая, что ноги тут же подогнулись и колени прижались друг к другу?
Всё. Это конец.
Убежать не получится просто физически.
Гуля просто не знала, что от разъяренного медведя в принципе никто не сможет убежать, даже если ноги будут работать как положено, и человек будет атлетом.
Она не готовила себя к жизни рядом с лесом.
И не подозревала, что окажется в родной деревне спустя столько лет после собственного рождения и не самого радужного детства.
Девушка понимала нутром только одно - зря она пошла в лес и не послушала мудрых слов женщин.
Кто теперь сможет ее спасти?
Гуля не смогла заставить себя даже зажмуриться от страха, когда медведь весь ощетинился, давая явно понять, что она лишняя у озера, и оскалил свои огромные желтые клыки.
Плотная темно-коричневая шерсть встала на его холке дыбом, и ноги девушки в этот момент подогнулись, отчего она рухнула на землю, сдирая кожу о колючие шишки и мелкие острые камни, что были на берегу.
Движение получилось слишком неожиданным и резким для хищника.
Он решил, что на него хотят напасть, а потому в эту же секунду рванул в бой.
Рванул настолько быстро и злобно, что Гуля только и успела, что задержать дыхание перед неминуемой смертью.
Она уже ощущала горячее смрадное дыхание хищника у своего лица, но не пыталась даже прикрыться, потому что понимала, что это просто бесполезно, когда неожиданно поняла, что медведь вдруг исчез с поля ее зрения, хотя его рев было все еще слышно.
И слышно очень близко.
Было ощущение, что зверюга не рассчитала маневра, и пролетела куда-то мимо, вспахав при этом своими огромными когтистыми лапами рыхлую землю так, что запах мха и сырости ударил в нос.
Гуля не заметила за собой как вскрикнула, совершенно ничего не понимая, и не сразу заметила, что больше на поляне перед озером она была не одна с медведем.
Рядом с ней был Гром.
Обнаженный по пояс, влажный от пота и с собранными на макушке волосами – он был воплощением божества войны, чья сила поражала и заставляла теряться от странных совершенно немыслимых догадок.
- Пошел вон! - рявкнул Гром, явно обращаясь к зверю, словно огромная зверюга могла его понять.
Мужчина даже рукой махнул.
Но медведь конечно же ничего не понял и снова попытался напасть, в этот раз выбрав для себя достойного противника – Грома.
Гуля вскрикнула и в ужасе закрыла рот рукой, наблюдая за тем, как медведь массой в пол тонны кидался на мужчину, которого она так сильно любила, что ни за что не смогла бы смириться с его смертью.
Но Гром стоял на своем, и ни сделал ни одного шага назад.
Страшно было представить откуда он брал такую огромную силу, умудряясь каждый раз откидывать от себя озверевшего огромного хищника, при этом делая это так, что медведь улетал почти пушечным ядром. Но упрямо возвращался назад и снова пытался напасть.
- Да что тебя! Вон пошел, или зашибу! - разозлился и Гром, шарахнув по морде медведя так, что тот издал нечто похожее на ворчание, но в какой-то момент остановился и припал к земле, утробно зарычав.
А Гром неожиданно сделал то же самое.
Встал на четвереньки, глядя злобно на медведя…и зарычал!
Гуля затаила дыхание, огромными глазами наблюдая за упрямым огромным медведем, и не менее огромным мужчиной, который уступать хищнику вовсе не собирался.
Напротив!
Было стойкое ощущение, что в этой неравной казалось бы битве победит именно Гром!
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
Слишком уж уверенно и свирепо он смотрел медведю прямо в глаза, явно не боясь быть разорванным или смертельно раненным!
Будь ситуация иной и если бы Гуля не была в таком шоке, то поняла бы, что все происходящее как минимум странно.
Очень странно!
Потому что ни один человек не способен противостоять силе настоящего хозяина тайги – медведя, встать с ним лоб в лоб и остаться живым.
Если только это не был еще один хозяин тайги.
И еще один медведь.
Зверь скалился и рычал, но на удивление больше не кидался вперед, словно чувствовал, что в этой схватке ему не победить.
Гуля просто еще не понимала, что медведь знал куда больше ее самой.
И что напротив рычит не просто мужчина, а берсерк - тот, в ком течет медвежья кровь.
Постепенно хищник затихал, а потом и вовсе фыркнул, словно сказал: «Ну и черт с тобой!» - и скрылся в кусах, уже не пытаясь нападать, потому что как бы не хотел быть победителем, а понимал своим медвежьим умом, что в этой битве равных берсерку нет и быть не может.
Не успел большой мохнатый зад скрыться за кустами, как Гром кинулся к бледной ошарашенной девушке, схватив ее руками слишком отчаянно и сильно.
Потому что соскучился.
Потому что испугался за нее так, что сердце до сих пор глухо колотилось в мощной груди.
Потому что не хотел бы выпускать Гулю из своих рук, если бы только ситуация была иной.
- Ты как оказалась в лесу, девочка? А если бы я не успел?
Его голос осип от переполняющего волнения и той волны нежности, которая захлестнула его, стоило только ощутить ее сладкий волшебный аромат тела, который опьянял с каждым разом все сильнее и сильнее.
Он и так держался только на честном слове, чтобы помогать в лесу и управлять мужчинами, а не убежать в деревню, забрать свою девочку и отнести ее в свой дом.
Потому что теперь она его была.
Ему принадлежала, и осознание этого сладко жалило мысли, заставляя даже огромного бородатого мужика замирать от собственных эмоций, от которых становилось жарко.
Он не замечал за собой, что сжимает Гулю через чур сильно, а она улыбалась радостно и теперь облегченно, обнимая его в ответ за мощные огромные плечи.
Теперь он был рядом, и ее сердце было наконец на месте.
- Уже несколько смен приходили, чтобы отдохнуть и перекусить, а тебя все нет и нет, - пробормотала девушка, уже не скрывая того, как ей хорошо в его ручищах. Хорошо и уютно, как было только с бабушкой, - Вот я и стала волноваться. Ты же голодный.
Гром издал странный звук, который человек едва ли смог бы повторить.
Это было похоже не урчание огромного кота, которое перешло в низкое утробное рычание.
Он был голоден.
Еще как!
Но ох не о том голоде думал в этот момент Гром!
Он себя пытался остановить, потому что лучше девушки понимал последствия близости с ним.
Еще ведь сутки не прошли с первого раза, и раны на ее нежном теле кровоточили и вошли в пик своей боли.
А ему хотелось снова.
Хотелось ее до одури, словно и лес не горел, и не было поблизости шныряющих берсерков и волколаков, которые пришли на помощь в этой беде, и людей со всех ближайших деревень не было, которые могли забрести, куда не следует и увидеть то, что не должны были.
Но никакие уговоры не помогали.
Он коснулся губами ее кожи, и по телу прошла предательская дрожь.
И Гуля не отпрянула и не сжалась, боясь новой боли.
Ее глаза заблестели оттого, что она хотела этих прикосновений тоже.
- Как ты себя чувствуешь, сладкая?
- Хорошо.
- Точно?
- Точнее просто не бывает.
Забавно, но девочка явно юлила.
Боль ведь никуда не ушла из тела, и Гром это отчетливо чувствовал.
Но правда была в том, что рядом с ним она словно забывала про нее и переставала ощущать.
Гуля хотела его.
По-настоящему.
