БРУМММ! БРУМММ!
…Предчувствие? Наитие? Шестое чувство? Или он просто увидел, как ствол голландской зенитки нацелился точно в орудийную галерею?…
- Покинуть батарею!!! - завопил Хеллборн и первым подал пример. Спотыкаясь и перепрыгивая друг через друга, альбионцы вылетели в коридор. Корейцы остались на месте. То ли не поняли, то ли просто не захотели покинуть посты.
Конец света, генеральная репетиция. Распахнутая пасть дракона. Врата пылающего ада. Далее везде.
Сразу два беллонитовых снаряда взорвались у них за спиной. Вспышка света, горячие брызги металла, выгнутые дугой переборки, облако вонючего дыма. Далее везде.
- Все целы? - закашлялся Хеллборн, пытаясь вытряхнуть несуществующие затычки из ушей. Не дождавшись ответа, он пополз к порогу покинутой галереи и заглянул внутрь. Неприятное зрелище для глаз и ушей. Для ушей? Неважно.
Джеймс пересек широкий коридор и ввалился в целенькую и чистенькую орудийную галерею левого борта. Добрался до ближайшего микрофона.
- Мостик, это Хеллборн. Батарея правого борта уничтожена. Много убитых и раненых, орудия повреждены. Продолжать огонь не способен.
- Хеллборн, отправляйтесь на кормовую батарею! Мы разворачиваем корабль! Двигатель восстановлен! К раненым кого-нибудь пришлют! - ответил Гордон с мостика.
- Вас понял, мостик.
Выбрался в коридор и снова заглянул в уничтоженную галерею. Окинул взглядом своих альбионцев. Все живы и более-менее целы.
- Мистер Флойд, остань…
БРУМММ! Снаряд пронзил корпус дирижабля над их головами.
-…тесь здесь и попытайтесь помочь раненым. Остальные - за мной!
Они бежали и спотыкались, падали и вставали, и бежали дальше. Все это усугублялось новыми залпами бенилюксеров и пока еще неуверенными маневрами дирижабля.
На кормовой батарее стояла совсем другая пушка - пятидюймовая безоткатка. Хеллборн машинально развел руками - с такой он обращаться не умел. Но Беллоди, Коппердик и Уотерсон - артиллеристы покойной "Матильды" - должны были уметь. У них на курсах и не такому учат.
- Мистер Беллоди, принимайте командование.
- Командование принял! - подхватил Реджи. - Все на центральное орудие! Коппердик - второй номер, Котерсон - третий, Хеллборн - четвертый. Снаряды подавать, - пояснил наглый салага.
Джеймс аж крякнул от восхищения - такого понижения в должности он не ожидал.
Но даже почетный четвертый номер Хеллборн не сразу заслужил. Уотерсону пришлось объяснять ему, как открыть нестандартный снарядный ящик. Снаряды были не очень тяжелые, но неудобные. Кроме того, ящик представлял из себя жестяную ванну, наполненную самым отвратительным в мире солидолом. В этой ванне снаряды и плавали.
Беллоди с биноклем занял позицию на левом фланге, Коппердик сел в кресло стрелка, Уотерсон встал у открытого затвора, и Хеллборн - у самой отвратительной в мире солидольной ванны.
- Снаряд! - заорал Коппердик.
Хеллборн подхватил густо смазанный цилиндрик и передал его Уотерсону. Тот швырнул снаряд в казенник и захлопнул затвор.
- Чисто!
- Готов стрелять! - объявил старшина.
Теперь уже Беллоди схватился за микрофон:
- Мостик, здесь кормовая батарея! Мы готовы, но не видим цель!
Зато цель все еще видела их. БРУМММ! На этот раз очень далеко от альбионцев.
- Продолжаю поворот, кормовая батарея! Открывайте огонь как только смо…
БРУМММ!
-…жете!
(…некоторое время спустя…)
- Сна…!
-…сто!
- Стре…!
- ПФФФФФУХ!
Безоткатка стреляла так смешно, что Хеллборн с трудом удержался от смеха. Впрочем, самый отвратительный в мире солидол оказал ему некоторую помощь. Ведь он был самым отвратительным в мире, и это было совсем не смешно.
(…некоторое время спустя…)
Они и в этот раз успели покинуть отсек в самый последний момент. Когда дым развеялся, и Хеллборн снова заглянул внутрь, глазам его предстало удивительное зрелище. Просолидоленные снаряды медленно катятся один за другим и падают через дыру в обшивке прямо в океан. Жаль, на такой высоте он не мог слышать всплески.
Солнце тем временем утонуло в том же океане, и "Шарль де Костер" принялся ловить их прожектором. Линкор словно приклеился к изувеченной "Летающей Крепости", рассекая волны примерно в километре за кормой дирижабля. С верхних и нижних палуб по врагу продолжали стрелять два-три пулемета. Это должно было огорчать белголландский экипаж, но не более того. Если даже пушечные снаряды не оставили заметных следов на гордом теле линкора…
"Меньше пафоса, Джеймс ".
- Что теперь? - спросил Беллоди. Они уселись прямо на пол в ближайшем коридоре. - Подставим левый борт вместе с уцелевшими пушками?
Хеллборн не ответил. Странно все это, подумал он. Ведь мы и в самом деле могли бы оторваться. Если бы не…
БРРРУПШШШШТ!
Это был какой-то новый звук, но и он заставил задрожать дирижабль.
Джеймс встал и направился обратно к разгромленной кормовой батарее. Ну и ну, подумал он. Удивительная наглость!
- Аларм!… - прошептал Хеллборн, в последний момент страшным усилием воли придушив собственный вопль. Не стоит пугать их раньше времени. Что делать? Оружие! Нужно достать оружие! Корейского однозарядника не хватит…
Джеймс поспешил вернуться к своим товарищам.
- Ищите оружие! Автоматы, пулеметы, винтовки. Они идут на абордаж!
- Что?
- Как?!
- Подошли-почти-вплотную-сотню-метров-выстрелили-ячеистую-сетевую-лестницу-ползут-сюда! - на едином дыхании выпалил Хеллборн. - Торопитесь!
Добравшись до ближайшего пулеметного гнезда левого борта, Джеймс доложил на мостик о текущих и грядущих событиях. Мостик обещал прислать подкрепления. Хеллборн сказал "спасибо" и уставился на пулеметную турель. Знакомая система.
Сломал пломбу, выдернул страховочный кабель, повернул запирающую рукоятку и снял с подвесного станка Штурмовой Пистолет М-18. Зверь-машина, австрийская копия старой доброй "Вилар-Перозы". Нажать тут, потянуть здесь - и оружие в его руках разделилось на два миниатюрных пулемета. Левую половинку протянул подбежавшему Беллоди, правую оставил себе. Открыл оружейный ящик и распихал по карманам магазины. Побежал обратно. Успел.
Белголландские коммандос грязно матерились у самой кромки раскуроченного батарейного отсека. Судя по всему, один из них уже отправился за борт, подскользнувшись на пресловутом солидоле. Самом отвратительном в мире!
Хеллборн изо всех сил вцепился в пулемет и придавил гашетку.
ДРРРРРРРРРРРРРРРРРРРРР!
"Вилар-Пероза" появилась на свет для того, чтобы рвать на куски невезучие аэропланы. С двуногими мишенями она поступала совсем жестоко. Нужно было только попасть, что при такой отдаче было затруднительно. Но Хеллборн попал. Судя по крикам в темноте, очень хорошо попал. Едва он успел потянуть из приемника опустевший магазин, как по ушам ударило "дррррррррр" пулемета Беллоди, а целый фонтан горячих гильз окатил Джеймса с ног до головы.
- Осторожнее, салага! - рассердился Хеллборн. - Разверни пулемет!
- Извините, сэр!
Фризы пришли в себя и принялись стрелять в ответ. Судя по жалким хлопкам, из обычных пистолетов. Ну да, как минимум одной рукой они должны были изо всех сил держаться за натянутую над бездной ячеистую лестницу.
"Меньше пафоса, Джеймс ".
Конечно, у них были не только пистолеты.
- Назад! - заорал Хеллборн, услышав характерный лязг. - Ложись!
Осколки лопнувшей гранаты не задели альбионцев, но заставили их отступить. Тем более что за первой гранатой последовали еще несколько.
Топот бегущих ног за спиной прозвучал как сладкая музыка.
- Джеронимо!!! - кричал Роджер Ту-Хокс.
- Империя!!! - вопил капитан Гордон.
- Патруль!!! - не отставал от него Эверард.
У Хеллборна не было времени задуматься над этими странными боевыми лозунгами. Увы, помощь немного запоздала - фризы все-таки смогли преодолеть полосу солидола и ворваться в центральный коридор дирижабля. И началась бойня.
"Вилар-Пероза" сожрала весь боезапас в считанные секунды. Некоторое время спустя Джеймс понял, что он катается по коридору в обнимку со здоровенным фризом. Потом прямо над ухом грянул выстрел, и фриз обмяк. Хелборн скосил глаз и увидел капитана Петрова. Русский помог ему встать, удерживая второй рукой винтовку. И тут на них выскочил еще один белголландец. У него были далеко идущие планы, но Джеймс вытащил из под лежавшего здесь же корейского трупа пистолет системы Риберолля. Фриз остался без головы, а Хеллборн едва не сломал себе руку. Потом белголландцев прибавилось, но как минимум одного удалось убить метко брошенным в голову тяжелым пистолетом. Правая рука объявила забастовку, пришлось стрелять с левой из отобранного у очередного противника "Гранд Браунинга" калибра 9,65. Капитан Петров прикрывал его слева, а иногда - справа.
