И теперь они стаями заходили на площадь. Так как вертолет поднялся, а все остальные на площади были мертвы, Кейн оставался их единственной целью.
Он выстрелил в того, который вцепился ему в ногу, потом в того, что шел за ним. Это были смертельные выстрелы, прямо в голову, но они ничего не изменили. Их были сотни — среди них были и его собственные бойцы, оживленные Т-вирусом, который витал в воздухе.
Вскоре Кейн понял, что шансов у него нет никаких. Их были сотни, а он один. Это была не пустыня, здесь он не мог рассчитывать на свой батальон или подкрепление.
Тимоти был совсем один.
И он должен был умереть.
Пусть так, но хотя бы это он сделает так, как захочет.
Кейн приставил к виску дуло своего револьвера.
Нажал на курок.
Раздался сухой щелчок.
Патроны кончились.
И тут труп доктора Чарлза Эшфорда с раной от пули набросился на него и укусил за шею.
Тимоти Кейн вскрикнул.
Другие схватили его и начали кусать, вырывая куски его плоти своими черными зубами.
Кейн умирал долго и успел прочувствовать, насколько дешевой стала его жизнь.
Глава 31
Элис никогда раньше не получала удовольствия, глядя, как умирает человек.
Но сегодня она испытала радость, наблюдая, как орды оживших мертвецов набросились на майора Кейна и разорвали его заживо.
Из всего, что «Амбрелла» — в лице Кейна — сделала с ней, это было, наверное, хуже всего: они превратили ее в кого-то, кто может извлекать радость из созерцания ужасной смерти человека.
Вертолет взлетел, пилота убедили, что им лучше поторопиться с вылетом из Ракун-сити, пока они все не погибли.
Тем временем Элис покинули последние силы, и она упала.
Ротор от «Даркуинга», который взорвал Немезис — Мэтт, вонзился ей в грудь. Ей повезло, что она осталась жива.
Или не повезло, как посмотреть. Самого Мэтта засыпало горящими остатками стелс-вертолета. Даже если он выжил, ему никак не удастся выбраться оттуда вовремя. Он погибнет, когда взорвутся ракеты.
Падая на пол С89, Элис увидела инверсионные следы от ракет, подлетающих к городу.
Она надеялась, что вертолет окажется быстрее.
Мэтт заслуживал лучшего.
Черт, да все они заслуживали лучшего, но Мэтт в большей степени, чем они. Кроме, может быть, Лизы, которая хотя бы умерла быстро. Да, Т-вирус потом реанимировал ее, но Элис смогла оказать ей последнюю услугу и убить ее сразу после этого.
Боже. Услугу.
Но все, чего хотел Мэтт, — это остановить деятельность корпорации, которая в лучшем случае была безответственной и незаконной, в худшем — смертельной.
Элис залезла подальше в грузовой трюм, проклиная Спенса. Если бы он подождал хотя бы один день, Лиза передала бы Мэтту свидетельства Т-вируса, Мэтт слил бы эту информацию в прессу, и, может быть, «Улей» не пришлось бы закрывать.
И Ракун-сити не стал бы городом призраков.
Как жаль, что она не могла убить Спенса второй раз. Или третий.
Кровь продолжала хлестать из раны. Будь Элис обычным человеком, она уже давно бы умерла, но даже с ее новыми экстраординарными способностями она не была уверена, что долго протянет. Она взглянула на Энджи, устроившуюся в одном из кресел, и, собрав все силы, выдавила улыбку:
— Выше нос, дорогая!
Энджи выглядела испуганной до смерти, но, несмотря ни на что, держалась. Элис подумала, что мужества этой девчушке не занимать.
— С тобой будет все в порядке? — спросила девочка.
— Не думаю.
Элис слышала, как бьется ее собственное сердце. Удары затихали.
С89 вылетел за пределы города, но они все еще были ближе к нему, чем этого хотела бы Элис.
Карлос крикнул:
— Хватайтесь за что-нибудь!
И тогда Элис услышала взрыв.
Взрыв был самым громким из тех, что ей приходилось когда-либо слышать.
Он был самым обжигающим из всего, что она когда-либо чувствовала.
От ударной волны вертолет начал падать.
Теперь, она знала: Ракун-сити был мертв.
Нет, он был мертв и раньше. Он был мертв с той самой минуты, когда Кейн — этот осел, этот негодяй, этот придурок — приказал снова вскрыть «Улей». Ракеты только произвели кремацию.
Валентайн крикнула:
— Падаем!
Вертолет резко пошел вниз. Элис почувствовала тошноту.
Вдруг она увидела, что от обшивки оторвался кусок металла и падает прямо на девочку.
— Нет!
Собрав все свои угасающие силы, Элис прыгнула вперед — так же, как Мэтт сделал это недавно — и встала между Энджи и грозящей ей опасностью.
Во второй раз за последние десять минут ее пронзил острый кусок металла.
Отличное завершение отличного дня.
Глава 32
Бывали дни, когда доктор Сэм Айзекс ненавидел свою работу.
Сейчас выдался как раз такой день.
Стоя в своем защитном костюме Хазмата и наблюдая за техниками, тоже одетыми в хаки и разбиравшими развалины вертолета «Амбреллы», который потерпел аварию над горами Арклей вскоре после того, как Ракун-сити был стерт с лица земли, он думал про единственную хорошую новость из всех, что получил.
Тимоти Кейн мертв.
Не то чтобы Айзекс радовался самому факту, что этого человека убили, но это значило, что, по крайней мере, он больше не будет боссом Айзекса. Этот человек был полным недоумком с манией величия.
Хуже того, он не имел понятия об одном из главных принципов науки — о контролируемом эксперименте.
Вместо этого он позволил Т-вирусу выйти за пределы «Улья» — прекрасного изолированного места, — а затем решил использовать вымирающие улицы Ракун-сити в самом начале этого кошмара в качестве полигона для испытания программы «Возмездие».
Все это выводило Айзекса из себя. Программа «Возмездие» годами буксовала на месте, и тут наконец наметился прорыв. Эбернати и Эддисон оказались превосходными подопытными экземплярами — Эддисон прекрасно приспособился к мутациям, а Эбернати пошла даже дальше.
И что, позволил Кейн Айзексу выполнить свою работу и наладить процесс?
Нет, он выпустил их в город и устроил идиотский бой на выживание.
Теперь оба объекта мертвы, так же как и Кейн, а Айзексу придется все начинать сначала.
Это не было приоритетной задачей корпорации на данный момент. Им сейчас надо было взять ситуацию под контроль. Айзекс не знал, как это им удастся: взорвать город — это не какой-то пустяк, это в кармане не утаишь — но эта проблема его не волновала.
Все, что ему было известно из последнего отчета Монтгомери, перед тем как пилот погиб в катастрофе, — Кейн мертв, Эбернати находилась на борту этой птички, когда они покидали город. Если здесь еще можно было что-нибудь — все равно, что — спасти, то Айзекс должен был это сделать.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
