– Эльза, иди в каюту! – закричал Патрик.
– Может, я могу помочь? – слабым голосом спросила миссис Левод.
– Иди в каюту!!! – перекрикивая новый раскат грома, ответил Кристофер.
Эльза переступила с ноги на ногу, но тут снова раздался гром, и молодая женщина поспешила последовать совету. Уже две трети парусов были подняты, оставалась только одна мачта. Сесилия поднялась наверх и снова принялась перерезать веревки, Кристофер помогал с другой стороны. В этот миг новый порыв ветра сотряс мачту. Не удержавшись, Кристофер поскользнулся и повис на одной руке. Патрик полез по снастям, схватил друга за запястье, стал тянуть на себя. Мачта ходила ходуном, туго натянутые веревки рвались. Пот ручьями стекал с Патрика, но он продолжал свой тяжелый труд. Наконец ему удалось подтянуть Кристофера.
Вскоре все паруса были задраны, и четверо взмыленных друзей стояли на палубе, тяжело переводя дыхание.
– Что теперь? – хрипловато спросил милорд Вэндэр.
Ответом ему был длительный раскат грома. Черные свинцовые тучи сгущались, тяжелыми горами они нависали над неприветливым морем. Волны становились выше с каждой минутой. Их острые пенящиеся гребни уже почти доставали до нижней палубы. Ветер усиливался. Небо рассекла резкая вспышка молнии. И тут начался дождь. Крупные капли с силой стали колотить палубу, людей и темные воды.
– Началось, – с ужасающим спокойствием произнесла Рыжая Мэри.
– Что теперь? – тихо повторил вопрос Патрика Кристофер.
– Держать штурвал и надеяться на лучшее, – отозвалась она.
Еще не прошло и полчаса, как шторм уже бушевал. Огромные волны то и дело накатывались на судно, желая утопить его, и вновь и вновь разбивались о крепкие палубы брига. Патрик и Франсуа, как более сильные, держали штурвал, Сесилия и Кристофер закладывали постоянно открывающиеся в трюмах течи. Корабль кидало из стороны в сторону, как щепку. Мачты наклонялись так низко, будто хотели коснуться бушующих вод. Холодный дождь барабанил, порывистый ветер рвал ослабевшие веревки и канаты. Вода не сходила с нижней палубы, ноги утопали в ней по щиколотку, норовя то и дело подвернуться. Раскаты грома сотрясали тяжелое нависшее небо. Молнии постоянно рассекали свинцовые тучи пугающим белым светом.
Стараясь удержаться на ногах, Патрик схватился за оборванную снасть. В этот миг слабая веревка затрещала и лопнула. Милорд Вэндэр, не удержавшись на скользкой от воды палубе, поскользнулся и камнем полетел в бушующую воду.
– Патрик!!! – заорал что было сил Франсуа.
Никто, кроме дрожащей в каюте Эльзы, не услышал этого вопля. Зато жена Эдуарда, которая уже смирилась с тем, что рано или поздно бриг утонет, решила прийти на помощь. Франсуа продолжал кричать, и Эльза в несколько мгновений выбежала на палубу. Ее тут же окатила огромная волна, от неожиданности она закричала. Не оборачиваясь, слыша женский голос и надеясь, что это Мэри, Франсуа крикнул:
– Возьми штурвал или мы разобьемся! Я должен спасти Патрика.
Эльза подбежала к штурвалу. Увидев, что это не Рыжая Мэри, Сальвино де Мальвинор замер.
– Я справлюсь, спасай Патрика! – уверенно произнесла миссис Левод.
– Если не удержишь штурвал, мы все покойники.
Эльза кивнула и изо всех сил вцепилась белыми руками в руль. Франсуа подбежал к борту и, схватив веревку, бросил ее в море. Он видел Патрика, тот плавал чуть поодаль, борясь с непобедимой стихией из последних сил.
– Пат!!!
Милорд Вэндэр услыхал знакомый голос и постарался подплыть ближе, но новая волна накрыла его. Отплевываясь, он вынырнул, до веревки было невозможно добраться. Подступала очередная огромная волна. Собрав в кулак последние силы, Патрик дождался ее и на гребне волны поплыл к бригу. Он рассчитывал, что доберется до корабля, но не думал, что, перемещаясь на волне такой высоты, может врезаться в него. Патрик уже должен был разбить лицо о корму, когда сильные руки Асканио схватили его за шиворот и втянули на палубу. Тяжело дыша и выплевывая воду, милорд Вэндэр повалился на спину.
Франсуа хрипло засмеялся и побежал к штурвалу. Возле большого, дребезжащего руля, упершись коленями в палубу, стояла Эльза и дрожащими от усилий руками держала штурвал. От напряжения она стала мраморно-белой, пот и вода стекали потоками, тяжело дыша, она держалась из последних сил. Франсуа схватил руль, миссис Левод осела и, тяжело дыша, попыталась унять внутреннюю дрожь. От напряжения и отчаяния сердце ее колотилось, а из глаз лились горячие слезы.
– Ты молодец, – заговорил Сальвино де Мальвинор, чувствуя, что должен благодарить Эльзу, – молодец. Ты спасла Патрика, ты спасла всех нас. А теперь иди в каюту, отдыхай. Тебе нельзя простужаться, твоя рана еще не до конца затянулась. Отдыхай.
– Как я могу отдыхать, когда вы здесь погибаете? – сорвавшимся голосом спросила та, вытирая жгучие слезы.
– Мы не погибаем, – постарался улыбнуться Франсуа, – это просто шторм. Небольшой дождик и ничего более.
Сильнейшая волна накрыла верхнюю палубу. Люди повалились на пол, хватаясь за ближайшие предметы. Вода начала скатываться обратно в море, таща за собой все и всех. Эльза закричала. Не в силах более держать скользкий борт, она покатилась по накренившейся палубе. Патрик обвил вокруг левой руки тонкую веревку и отпустил вторую. Его тут же отнесло назад. Схватив Эльзу за лодыжку, он замер. Новая волна обрушилась на них с новой силой, пригвоздив к палубе. Когда вода стекла, Эльза обхватила обеими руками резную балясину. Франсуа первым встал на ноги и помог подняться Эльзе. Крепкой хваткой, держа ее за локти, шатающейся походкой он направился к каютам.
Патрик с усилием освободился от впившейся в мускулы рук веревки и схватил ходящий ходуном штурвал. Остановить его оказалось довольно трудно. Крепко уперевшись ногами в палубу и держа двумя руками штурвал, Патрик заставил его замереть.
Ведя Эльзу в каюту и придерживаясь за свисающие снасти, чтобы самому не упасть, Франсуа старался ее успокоить. Эльза плакала.
– В любом случае это шторм. В море это частое явление. Не беспокойся, мы выживем, доберемся до Тартуги. Сесилия и Кристофер не впервые в такой передряге. А теперь иди в каюту и постарайся успокоиться.
Эльза жалобно всхлипнула и зашла в каюту. Франсуа захлопнул за ней дверь и выдохнул. Когда он вернулся к Патрику, тот стоял в той же позе, обхватив руль. Под его промокшей до нитки одеждой вздымались напряженные мышцы.
– Ну что, Франсуа, – хрипло окрикнул он, – утонем мы или нет?
