ваша жизнь перейдёт в более спокойное русло. Имей это в виду, чтобы это не стало для тебя неожиданным разочарованием. А уж после того, как Мика забеременеет, так достаточно скоро в твоём распоряжении останется только любовь и нежность. Помни об этом и береги эти чувства».
Что ж, возможно, отец и прав. Хотя, ни для кого не является секретом, что страсть между его родителями не исчезла никуда и через девятнадцать лет счастливого брака. Даст Бог, и у них с Микой тоже всё сложится хорошо в совместной жизни.
Мимо фонтана туда-сюда проходили офицеры, сановники, министры, обслуга усадьбы. Офицеры за три шага, как и предписывает Устав, переходили на строевой шаг и отдавали честь Кесарю, гражданские чиновники останавливались в трёх шагах и склоняли голову, приветствуя Кесаря, прочая обслуга кланялась если не в пояс, то всё равно достаточно выразительно и глубоко. Впрочем, обслуга старалась не попадаться лишний раз на глаза своему Кесарю.
Саша козырял военным, кивал сановникам, обслугу милостиво приветствовал едва заметным кивком. Вроде и привычное дело, но как иной раз хочется просто и тупо побыть одному. Постоять вот так у фонтана, пожмуриться на солнышке, послушать журчание воды.
Александр вздохнул.
Вот откуда они все берутся с самого утра? Кстати, когда Саша выходит сюда с Микой, вся эта публика, словно по мановению волшебной палочки, куда-то исчезает. Почему так? Поди знай. Может боятся произвести плохое впечатление на молодую Кесариссу, а может причина в чём-то другом. В любом случае, солнце начало припекать, очарование места и момента ушло, да и к отцу пора уже явиться.
Саша поправил фуражку на голове, оправил мундир и зашагал к ступеням головной усадьбы, напевая:
— Гремя огнём, сверкая блеском стали
Пойдут машины в яростный поход,
Когда нас в бой пошлёт наш Император,
И Кесарь лично в бой нас поведёт!
* * *
ТЕЛЕГРАФНОЕ АГЕНТСТВО РОССИИ И РОМЕИ (ТАРР). 17 мая 1936 года
БЕРЛИН. Сегодня правительство Великогерманского Рейха выдвинуло фактический ультиматум официальному Лондону и силам так называемого Карлистского Союза Испании. В заявлении министерства иностранных дел Германии заявляется о том, что невзирая на все попытки официального Берлина разрешить возникший кризис дипломатическим путём, германские следователи не были допущены к расследованию обстоятельств гибели немецкого транспорта «Амберг» в Средиземном море, который был торпедирован неизвестной подводной лодкой 3 мая сего года южнее испанского города Малага. В результате этой катастрофы погибло более полутора тысяч немцев.
Прошедшие две недели убедили правительство Германии в том, что данное происшествие не было случайностью и носило осознанный циничный характер.
Не желая мириться с таким положением дел, отвечая на справедливые требования германского народа, правительство Рейха требует от правительства Великобритании незамедлительного прекращения поддержки сил так называемого Карлистского Союза, прекращения поставок любых видов вооружения и боеприпасов в Испанию, а также официального осуждения торпедирования германского транспорта «Амберг». В случае отказа правительства Великобритании исполнить эти справедливые требования немецкого народа, Германия оставляет за собой право установить с 20 мая 1936 г. полную морскую блокаду Испанского королевства.
* * *
ИМПЕРСКОЕ ЕДИНСТВО РОССИИ И РОМЕИ. РОССИЙСКАЯ ИМПЕРИЯ. ИМПЕРАТОРСКАЯ РЕЗИДЕНЦИЯ «МАРФИНО». КАБИНЕТ ЕГО ВСЕВЕЛИЧИЯ. 17 мая 1936 года.
— Чай, кофе?
Сашка потянулся и плюхнулся в кресло напротив.
— Кофе. Покрепче. И большой стакан холодной минералки.
Когда принесли искомое, Александр в несколько глотков осушил стакан и блаженно откинулся на спинку кресла.
Оценив его вид, интересуюсь нейтрально:
— Ну, что? Партейку в шахматы?
Сын без особого интереса кивает:
— Хм… Пожалуй.
Шахматный столик и два кресла в углу дождались своего часа. Сашка сноровисто и привычно снял с доски белую и чёрную пешки и спрятав их за спиной, провёл там обычные манипуляции, призванные сбить меня с толку.
Два кулака вытянуты вперёд, на лице сына играет ехидная улыбка.
— Вот только не говори, что в кулаках у тебя ничего нет.
— Обижаете, начальник. Выбирай.
Мне выпало играть чёрными. Александр просто расцвел. Конечно, я знал, где была белая пешка (её краешек был виден в кулаке), но я решил сыну подыграть и явно попал в масть, судя по тому как он расцвел от своей нехитрой хитрости.
Первый ход белых. Е2-Е4. Ничего неожиданного.
Далее следует быстрый обмен ходами, благо дебют партии не требует особой фантазии или стратегии. Мы просто расставляем фигуры в нужные и значимые места, готовясь приступить к более серьезной фазе игры. Собственно, именно потому шахматы считаются лучшим симулятором войны и межгосударственных отношений.
— Мама на Острове осталась?
Киваю.
— Да, ты же знаешь, как наша мама относится к гостям. Тем более к гостям на Острове.
— Уж, представляю. Всё должно сверкать, кухня должна быть восхитительной, официанты, горничные и прочая обслуга в ливреях должны быть просто безукоризненными, пальмы шуметь будут как положено и даже песчинки на пляже будут лежать строго упорядоченно. Не говоря уж о том, что сама Хозяйка Острова должна быть просто обворожительно холодно блистательной.
Смеюсь.
— Всё-то ты знаешь.
Пожатие плечами.
— Видеть воочию приходилось многократно. Могу себе представить сколько кровушки наша мама выпьет из окружающих за эти дни.
— Да ладно тебе. Позавчера наша мама была в прекрасном расположении духа и даже немного дурачилась на записи очередного ролика в наше Хранилище.
— Хм… И как всё прошло?
— Нормально. Четыре ролика записали. Два в массовую серию, два для твоих потомков.
— Что на этот раз?
— Изменения климата и рост населения на планете.
Сашка сделал очередной ход, и, уже теряя интерес к теме, ехидно прокомментировал:
— Понятно. Опять скука заумная. Мучаете сами себя, как при царском режиме. А так, чтобы по-настоящему, — это нет…
— Опять господина Булгакова перечитывал на досуге?
Пожатие плечами.
— Нет, его произведения я знаю наизусть, да и какой там у меня может быть досуг? Прибыв из поездки сразу отправляюсь в командировку и наоборот… Как ты только столько лет справляешься с таким режимом питания?
— Ничего, втянешься. Мама же втянулась.
Рассеянный кивок. Цепкий взгляд скользит по рядам пешек и фигур на доске.
Миттельшпиль был в самом разгаре, когда я заметил промежду прочим:
— Какой-ты особо помятый сегодня. Государственные дела навалились или молодая жена спать не давала?
Ответный ход.
— И то, и другое. Я же в Питере и Риге был, только вчера вечером вернулся.
Сочувственно:
— Бывает. Дело молодое. Молодая жена соскучилась. Несколько дней разлуки, как никак. Понимаю.
Сашка чётко сечёт мой скрытый сарказм,
