знаю, но почему-то уверен, что он просто блефует. Ему действительно нет никакого дела до дочери. Это всего лишь способ держать тебя на коротком поводке… Тупая бравада и запугивание – и больше ничего.
– А если правда? – жалобно спросила она и, взглянув на ошивающуюся рядом Ляльку, тут же притянула её к себе, крепко обняла, словно не собиралась отпускать от себя никогда-никогда…
Дочь некоторое время послушно терпела, а затем, испытывая явный дискомфорт, принялась решительно высвобождаться из материнских объятий.
– Это не может быть правдой, – твёрдо возразил Вик. – В противном случае он забрал бы её у тебя давным-давно. Если Лялька действительно нужна ему и он беспокоится о ней так же сильно, как сам говорит – то что мешало проводить с ней время все эти годы? Хотя бы, я не знаю… забирать дочь на выходные? Он же этого не делал, я правильно понимаю? – уточнил Вик.
– Какие там выходные, – Саня нервно рассмеялась, – он даже погулять с ней полчаса во дворе самостоятельно не мог. Сразу начинал жаловаться, что ничего не знает, не умеет, не понимает…
– Вот видишь, – Вик удовлетворённо кивнул. – Он просто тебя пугает. Разозлился, приревновал, наболтал лишнего… Даже не думай грузиться на этот счёт. Никто не посмеет забрать у тебя Ляльку. Впрочем… если хочешь, мы можем сейчас закрепить результат.
– В смысле? – непонимающе спросила Саня, снова шмыгнув носом.
– Ты сейчас звонишь своему бывшему мужу…
– Ну вот ещё! Да я теперь и слышать его не хочу! – запротестовала было Саня, но Вик настойчиво повторил:
– Ты сейчас звонишь бывшему мужу. Говоришь, что хорошенько обдумала его слова… и решила согласиться.
– На что? – испуганно уточнила Саня.
– На то, чтобы отныне Лялька постоянно жила с отцом.
Поначалу эта идея показалась ей совершеннейшим вздором. Как это – добровольно отдать Чебе ребёнка?! Ну нет уж, она пока ещё не сошла с ума.
– Да не бойся ты, – убеждал её Вик. – Сама же говорила, что дочь ему совершенно не нужна. А забрать её только ради того, чтобы сделать тебе больно… это как-то уж совсем по-злодейски. Твой бывший, мне кажется, всё-таки не распоследняя сволочь, что-то человеческое в нём ещё осталось.
– Почему ты так решил? – с мрачным скептицизмом осведомилась Саня. – Вы же почти не общались. Что можно понять о человеке, перекинувшись с ним максимум парой фраз?
– Ну, если бы он был совсем конченый, то сразу дал бы мне в морду, – предположил Вик. – А он отчаянно старался держаться в рамках приличий…
– Ну, допустим, он не распоследняя сволочь, – вынуждена была согласиться Саня. – Просто ужасный инфантил и эгоист… но не гад по натуре, откровенной злобы в нём точно нет. Да, как отец он в Ляльке абсолютно не заинтересован, и всё-таки…
– Всё-таки что?
– А вдруг он, наоборот, обрадуется моему предложению? – с сомнением произнесла Саня. – Он же давно хотел использовать Ляльку в своих рекламных целях. Типа, особенный ребёнок – это отличная пиар-кампания, все фанатки обольются слезами жалости и умиления, а рейтинг группы сразу взлетит до небес… С него станется таскать её с собой на интервью, фотосессии для журналов и съёмки клипов, – Саню передёрнуло, стоило лишь только всё это себе представить.
– Ну, ты же прекрасно знаешь свою дочь, – Вик покачал головой. – Разве она позволит, чтобы её вот так запросто таскали туда-сюда по съёмкам и интервью и использовали в своих интересах? Будет безвольно и безропотно ждать, пока её отснимут? Посидит в уголочке, сложив руки на коленях?
Саня усмехнулась, поняв, что это действительно звучит бредово. Лялька – не плюшевая игрушка, которую можно вот так запросто подхватить под мышки, как многострадального ветерана Пушистика, и потащить куда душе угодно. Она не потерпит такого бесцеремонного обращения – скорее всего, устроит истерику или отчебучит ещё что-нибудь похлеще. Если Чеба не понимает этого, то он – полный идиот…
– Звони, – ободряюще кивнул ей Вик. – Обрадуй папашу.
Однако бывший муж не спешил отвечать на Санин звонок. Возможно, просто не слышал, а может быть, игнорировал намеренно – мариновал её, чтобы заставить ещё больше нервничать.
– А что, если свекрови позвонить? – предположила Саня в порядке бреда. – Мол, так и так, глубокоуважаемая Виолетта Эдуардовна, Лялькины вещички я собрала, извольте пожаловать за внучкой, а то что-то ваш сынуля трубку не берёт, а ведь мы с ним договаривались…
– Какие у вас с ней отношения? – с любопытством уточнил Вик.
Саня скорчила красноречивую гримасу, изображая, будто умирает от удушья.
– Она ещё меньше нуждается в Ляльке, чем её отец!
– Ясно, – усмехнулся он. – Тогда и правда – звони. Пусть немного взбодрится…
…Взбодрить бывшую свекровь удалось на славу. Поначалу она не врубилась, о чём идёт речь, а после обстоятельных Саниных разъяснений решила было, что это какая-то глупая шутка.
– Да какие уж тут шутки, Виолетта Эдуардовна, – с деланой озабоченностью вздохнула бывшая невестка. – Ваня заявил, что я недостаточно хорошо воспитываю нашу с ним дочь. Что ж, может быть, это и так… девочке нужна твёрдая отцовская рука. Думаю, Ваня прекрасно справится со своими родительскими обязанностями.
– Но у него работа! – истерично взвизгнула свекровь. – Мальчик так загружен! Ежедневные съёмки, репетиции, концерты! Когда ему ещё и ребёнком заниматься?
– Ну, вы с ней посидите, ничего страшного, – невозмутимо отозвалась Саня. – Вы же всё-таки бабушка…
Свекровь забулькала в трубку что-то маловразумительное. Кажется, она была на грани обморока.
– В общем, передайте Ване, что я звонила. Пусть приезжает и забирает дочь в любое время. Я его жду! – мурлыкнула Саня напоследок и поспешила прервать звонок, чтобы не захохотать в голос.
Информация была передана бывшему мужу с рекордной скоростью. Уже через пять минут совершенно ручной и присмиревший Чеба сам перезвонил Сане и извиняющимся тоном залепетал, что, разумеется, она просто неправильно его поняла: она отличная мама, лучшая в мире, и прекрасно справляется с Лялькиным воспитанием, а он, конечно же, не изверг, чтобы разлучать Саню с ребёнком.
– Ты чёртов гений! – закончив разговор, торжествующе воскликнула Саня и бросилась Вику на шею.
Март
Время летело так быстро, что Саня не успевала даже опомниться. Возможно, потому, что жизнь перестала быть просто “существованием”. Само присутствие Вика наполняло её новыми разнообразными вкусами, чудесными ароматами, волшебными звуками и яркими красками. Саня буквально захлёбывалась в водовороте острых, невероятно волнующих и приятных в своей новизне эмоций – и отчаянно жалела, что в сутках всего двадцать четыре часа. Ей было жаль тратить время на сон, не хотелось упускать ни мгновения, дышать полной грудью, ощущать каждой клеточкой, как она счастлива. Поначалу Саня повторяла это
