– Да что ты? – обрадовался Турецкий, словно объявился его близкий родственник. – И где он засветился?
– В Подмосковье. На этот раз он изменил свои привычкам и вышел на охоту в будни.
– Его и в прошлый раз в Кучково засекли в пятницу.
– Видать, не работает. Или график изменился. Мне позвонил Бурый – рад до смерти. Говорит, задержали его рыбаки – пенсионер и пионер.
– Как пионер?
– Ну это я так, для прикола. Парнишка совсем юный, шестнадцать ему, что ли. Рыбачили и услышали женские крики. Рыбаков с воды не видно было, ветки прикрывали. Видят – лодка, плывет по течению сама собой, а в ней мужик пытается изнасиловать женщину. Они и бросились ей на помощь. Ермилов бросился в воду, хотел сбежать, а старик огрел его веслом по башке, тот ко дну пошел. Дед с парнишкой его вытащили, связали, старик женщине помощь оказал. Искусственное дыхание сделал. Она была без сознания. Похоже, он ее спас. Этот зверюга на ее шею уже петлю намотал, только затянуть не успел.
– Я бы этих рыбаков к награде представил.
– Бурый говорит, что хочет подарить им по японскому спиннингу. Удочки-то они свои растеряли, когда кинулись спасать женщину.
– А что, Ермилова опознали? – решил уточнить Турецкий.
– А что опознавать? При нем паспорт был, со всеми данными. Я сейчас еду с ребятами в Кучково. Хочу присутствовать на первом допросе. Хорошо бы его к нам забрать, у нас жертв-то больше. Но видишь, задержали его тамошние менты. Так что начнут они, а мы потом продолжим.
– Да, он каждому достанется, – хмыкнул Турецкий. – Еще и по делу Клесова пройдет как четвертый участник убийства. Ты звонил Угрюмову?
– Еще нет, не успеваю. Потом сообщу. Просто тебе первому позвонил, как другу и товарищу по совместной работе, – радостно рассмеялся Никита. Его просто распирало от счастья, что опасный преступник наконец арестован.
– Ты мне позвони потом. Мне интересно, почему он убивал по воскресеньям, а сегодня решил нарушить свое правило.
Никита позвонил на следующий день.
– Ермилов действительно выходил на охоту в свои выходные дни. Когда уволился, время освободилось, потому и заявился в знакомых местах в пятницу. А в последний раз его спугнула девушка. Ну та самая, которая работает у Бурого. Он за ней проследил, когда она проплыла мимо него. Говорит, что-то в ее взгляде ему не понравилось. Видел, как она стала звонить по телефону. Побежал к мотоциклу и уехал. Оставил его у бабки Выродовой, как обычно. Вернулся в Москву. Он там остановился у родственника, седьмая вода на киселе. Покантовался в Москве, собрался продолжить привычные ему развлечения. Но просек кого-то из наружки, они на лодочной станции фото вытащили и на какого-то мужика пялились. Понял, что его здесь ждут. Лучше не рисковать. Видишь, как помогла хорошая организация наблюдения? – не удержался и прихвастнул Никита.
– Вижу, молодец, благодаря этому у нас нет новых жертв.
– Первые выходные после того, как пришлось ретироваться из Кучковского района, он пропустил. Решил переждать. Он же не идиот, понял, что мы вычислили систему, он работник выходного дня. Поэтому в этот раз приехал в будни. Говорил, решил в этом районе последний раз оттянуться. Собирался переменить место жительства… Все-таки я считаю, что японские спиннинги – слишком малая награда рыбакам за то, что они задержали опасного преступника. Они ведь спасли женщину. Тем более, старик и подросток, а не побоялись.
– Может, ты через свое ведомство сможешь протолкнуть для них вознаграждение посущественнее? Мы-то совсем в стороне, поисками Ермилова не занимались.
– Постараюсь что-то для них сделать. Все-таки, как ни крути, а они совершили подвиг, – высокопарно произнес Никита.
– Даже передача какая-то есть телевизионная о простых людях, которые совершили подвиг.
– Вот-вот, – обрадовался Никита. – Как закончится следствие, порекомендую рассказать о них. У меня есть на телевидении знакомый режиссер.
– Кого у тебя только нет! – удивился Турецкий.
– Я же говорил: связи – великое дело. Но, как говорится, в данном конкретном случае воспользуюсь связями не в личных корыстных целях. О подвиге простых людей общественность должна знать.
– …И помнить, что в жизни всегда есть место подвигу! – закончил его мысль Турецкий.
Вечером он сидел с Алькой в ресторане. Она сияла, оглядываясь, и была чудо как хороша. Турецкий чувствовал удовлетворение от того, что сдержал слово и вывел девушку в люди. Конечно, ей не хватает его внимания, но что поделаешь, если работа у него на первом месте. Турецкий подумал о превратностях жизни. Потянув за ниточку запутанного клубка, никогда не знаешь, до чего докопаешься. Вспомнить хотя бы последнее расследование. Начали расследовать дело об исчезновении старика Заботина, заодно распутали дело об убийстве его бывшей жены, потом нашли их убийцу Клесова и его соучастников, а параллельно Турецкому удалось поучаствовать в розысках серийного убийцы Ермилова.
– Ну вот, так и знала, – услышал он обиженный голос Альки. – Опять о работе думаешь?
– Да ты ешь, ешь, – улыбнулся ей Турецкий.
– Мы что, сюда есть пришли? – возмущенно спросила она.
– А разве нет? – осторожно спросил ее возлюбленный.
– Поговорить. Нам же совсем некогда поговорить!
– Ну, говори, дорогая, я слушаю.
Турецкий улыбался и смотрел на Альку, которая сразу оживилась, личико ее просияло, и она защебетала, рассказывая какие-то милые глупости.
