Дядя Альберт прочистил горло:
— Э-э, Дуглас, тетя Милдред имеет в виду отца твоего отца, но никак не дорогого отца твоей матушки. Тот, если ты помнишь, погиб во время охоты, когда ему было семьдесят девять лет.
— Все мы слышали о поклявшемся своей головой Чарлзе, — сказал Тони. — Но не могло случиться так, что лиса выследила своего охотника и до того напугала его, что он свалился с лошади и сломал себе шею?
— Конечно же, нет, Тони, — ответил дядя Альберт. — Лошадь вовсе не была испугана. Просто ему не повезло, вот и все. Скорее всего, Чарлз по обыкновению задумался о своих химических опытах и утратил бдительность. И, прошу тебя, не будь таким легкомысленным. Тебе это не идет.
Тетя Милдред развернулась на стуле с неожиданной для ее возраста быстротой:
— Возможно, что причиной его смерти и стал несчастный случай на охоте, но надо сказать, он был не в себе уже задолго до этого. Его разговоры и поведение были совершенно неприемлемы — чего стоила только эта троица говорящих попугаев, которых он вечно таскал с собой! А эти его бесконечные эксперименты в восточном крыле! От них по всему дому распространялись какие-то удушливые запахи, от которых у всех слезились глаза.
Дуглас слушал, не перебивая. Все они выросли на рассказах об эксцентричном дедушке. Но со временем часть этих ужасных историй стерлась из его памяти. Когда тетя Милдред замолчала, он невозмутимо спросил:
— Так вы говорите, тетя, что дочь маркиза Дэкре должна вот-вот приехать?
— Конечно. Мы с твоим дядей пригласили ее. Мы решили, что пора, наконец, взять под контроль это недопустимое положение вещей. Ты вел себя неподобающим образом, Дуглас. Но то, что ты сделал сейчас, уже вряд ли можно исправить. Ты женился на ней вместо этой обворожительной девушки, на которой женился Тони, и в довершение всего сюда с минуты на минуту должна приехать Джульетта. Ума не приложу, что теперь делать. Единственное, что меня утешает во всей этой истории, это то, что я тут ни при чем. Тебе придется самому как-то выкручиваться из всего этого, Дуглас.
«Интересно, как, — подумал Дуглас, — как я могу выкрутиться из всего этого?»
Тетя Милдред с чувством выполненного долга выпрямилась и угрюмо пододвинула к себе тарелку.
Вдовствующая графиня Нортклифф произнесла громким ясным голосом:
— Я согласна с тобой, Милдред. Все это просто ужасно. Но Дуглас ни в чем не виноват. Это все Тони и эта девушка. Тони взял себе Мелисанду, а Дугласу оставил эту… эту…
— Мама, — остановил ее Дуглас, наклоняясь вперед, его голос звучал глухо, но четко. — Мама, ты должна следить за своей речью. Я здесь хозяин и мне решать, кому в этом доме быть или не быть.
— Ах, — засмеялась Синджен, — вот в чем вопрос, да?
Дуглас пропустил это мимо ушей. Похоже, никто в этом доме ему уже не подчиняется, даже его пятнадцатилетняя сестра.
Вдовствующей графине потребовалась всего минута, чтобы прийти в себя от его отповеди. Сделав вид, что ничего не произошло, она ласково обратилась к Мелисанде.
— Леди Мелисанда, давайте я положу вам кусочек яблочного торта. Он очень вкусный, это предмет гордости нашего повара.
Мелисанда отрицательно покачала головой и тихонько спросила своего мужа:
— Кто такая эта Джульетта?
— О, моя любовь, она вторая красавица Англии после тебя. Но ты — первая, клянусь тебе.
— Хотелось бы посмотреть на нее, — сказала Мелисанда. — Звучит очень интригующе.
«О, Боже, — подумал Дуглас, — это как раз то, о чем я мечтал. Две изумительные женщины под моей крышей, женщины, от которых все мужчины сходят с ума и теряют дар речи».
— Ну, — после некоторого молчания снова подала голос леди Милдред, — по-видимому, сейчас уже невозможно предотвратить ее приезд, разве что на нее нападут разбойники с большой дороги.
— А что, это — мысль, — сказал Тони, с улыбкой взглянув на Дугласа, который в это время смотрел на Александру. — Что ты на это скажешь, Тайсон? Что-то ты очень тихий сегодня. Хотел бы поухаживать за этой Джульеттой?
— О нет, — ответила за него Синджен. — Тайсон влюблен в Мелинду Беатрис, хотя все мы надеемся, что он скоро избавится от этого наваждения.
Синджен словно в молитве сложила руки. Тайсон, казалось, готов был надрать сестрице уши. С усилием взяв себя в руки, он со всей серьезностью, на какую был способен, сказал:
— Совсем скоро я должен вернуться в Оксфорд. Чтобы завершить мое духовное образование. Так что, как бы ни была очаровательна эта Джульетта, я все равно не смогу остаться. Мне очень жаль, Тони.
На этом беседа закончилась. Дуглас посмотрел на Александру.
Она очень ловко отгородилась от всех своим молчанием. Спряталась в свою ракушку и закрылась там. О, она очень тихо сидела на своем стуле, опустив глаза. Но когда она поднимала их, у него каждый раз тревожно сжималось сердце от полыхавшего в них огня. Для остальных она была просто бледной, холодной и неприступной.
Дуглас больше не мог ждать. Он бросил салфетку в тарелку, резко отодвинул стул и встал:
— Александра, я прошу вас оказать мне любезность и пройти со мной в библиотеку.
На этот раз он не вышел из столовой, предоставив ей следовать за ним, а в ожидании стоял за ее стулом. Она подняла на него глаза и вздохнула. Обойдемся без сцен, подумала она, зная, что все в этой комнате, включая Холлиса и двух лакеев, затаили дыхание и ждали, какой еще номер выкинет новобрачная Дугласа.
— Конечно, милорд, — сказала она и поднялась, позволив лакею отодвинуть свой стул. Встав, она положила руку на предложенный ей локоть.
— Прошу нас извинить, — обратился Дуглас к остальным. — Пожалуйста, продолжайте без нас. Тони, я поручаю тебе следить, за беседой. И больше не испытывай моего терпения, как ты уже сделал это однажды.
— Я расскажу какой-нибудь анекдот времен нашей веселой юности, — ответил Тони, не сводя глаз с Александры.
— О да, пожалуйста, — поддержала Синджен. — Я точно помню, у Райдера и Дугласа была очень веселая юность.
Уже в дверях Дуглас и Александра услышали, как вдовствующая графиня с сожалением в голосе сказала:
— Бедный Дуглас. И что он будет с ней делать? Все-таки очень нехорошо с твоей стороны, Тони, подсунуть ему такую, как она, а для себя оставить такой бриллиант, как Мелисанда.
Мелисанда удивила Дугласа резкостью, с которой она одернула графиню.
— Александра — моя сестра, мадам. И я просила бы вас воздержаться от подобных замечаний в ее адрес.
— Хммм… — было ответом.
— Отлично, дорогая, — прошептал Тони в маленькое ушко.
— Да, — сказала Мелисанда, — я так и подумала, что ты это одобришь.
