В тех же легких доспехах, в которых бился на мечах, мужчина несся навстречу острому копью. Кота обомлела. Он или глупец, или смельчак… что, впрочем, одно и то же. Удар. Оба копья разлетелись в щепки, сломавшись друг о друга. Противник храбреца, не выдержав, полетел на землю. Тот, подхватив с седла секиру, изящным движением сымитировав отсечение головы поверженного.
Тут же со всех сторон раздались скрипучие звуки труб, оглушив на миг присутствующих. В воздух взметнулись многочисленные флаги. Видимо, этот человек и стал победителем турнира. Кота зевнула и огляделась в поисках Солдеса. Брата нигде не было видно. На поле в это время выбежали слуги, спешно помогая воину спуститься. Другие оттащили поверженного противника и увели лошадей. Двое мальчишек, пыхтя, старательно разматывали огромный ковер, по которому, раскинув руки в стороны, уже шел улыбающийся вельможа средних лет.
— Алайдер! — подчеркнуто радостно вскричал он. — Я знал, что ты — достойный наследник харца! — Обернулся и грозно гаркнул: — Приз победителю турнира!
К харцу, задыхаясь, суетливо подбежал невысокий толстяк и почтительно протянул золотой обруч, в середине которого на ярком солнце сверкал и переливался золотистый камень. Вельможа торжественно поднял украшение над головой воина. Тот опустился на одно колено и снял с головы шлем, открыв миру золотистые локоны. Харц медленно опустил приз на голову победителя. В это время плавно, как корабли с поднятыми парусами, к харцу приблизились две молодые дамы. Одна из них держала в руках бархатную подушечку, на которой покоилось нечто блестящее.
— Второй приз, — кокетливо проронила она, протягивая ношу харцу.
— И кто же победил в этом году в поединках на мечах? — чуть снисходительно уточнил тот, окидывая тяжелым взглядом рыцарей. Но они остались неподвижны. И лишь его сын поднялся с колен.
Что-то кольнуло Коту в самое сердце. Молодой человек, стоящий перед напыщенным от собственной важности вельможей со спины чем-то напоминал старого знакомого. Присмотревшись, она качнула головой. Нет, невозможно. Это — наследник харца. Молодой человек выше Лая, у него широкие плечи и сильное тело. Она усмехнулась: да и сражался он гораздо лучше. Харц тем временем сверлил сына мрачнеющим взглядом. Потом через силу улыбнулся.
— Поздравляю, Алайдер! — громко провозгласил он. — Хоть я всегда считал, что меч — оружие простых воинов… Но ты все равно — победитель! И заслужил это! — Быстро, словно приз жег ему руки, харц схватил серебряный обруч, намного тоньше того, что был у победителя на голове, и всунул в ладонь сына. — Думаю, ты не пожелаешь менять золото на серебро… — едва усмехнулся он. Затем быстро развернулся и, под изумленными взглядами прелестных спутниц, пошагал по ковру обратно.
Наследник растерянно потоптался на месте, потом двинулся следом, подхваченный под руки высокородными красавицами.
— Как разозлился харц, — с сарказмом хмыкнул незнакомый мужчина рядом с Котой, обращаясь к соседу. — Конечно! Пятнадцатилетний сынуля оказался удивительно силен! Алодлор приказал, чтобы пацана никто не учил бою на мечах, — человек в темной одежде сплюнул под ноги. — Не хотел, чтобы тот затмил славу самого харца. А теперь выросший Алайдер того и гляди, захочет ускорить события…
— Помолчал бы ты, Нола, — чуть слышно прошептал сосед, беспокойно оглядываясь. — Навлечешь беду своим язвительным языком.
— Да это все знают, — презрительно фыркнул мужик и кивнул на Коту. — Даже эти…
Сосед побледнел и, схватив приятеля, от которого ощутимо пахло селянской самогонкой, потащил в сторону. Кота растерянно проводила их взглядом, размышляя, что селянин хотел сказать. Тут руку схватил неслышно возникший из толпы Солдес
— Идем, — тихо приказал он и потащил сестру в сторону.
Турнир закончился, но никто расходиться не спешил. Вельможи удалились во внутренний двор замка для празднования, а простой народ уже отмечал победу наследника прямо в предзамковом укреплении. Изгороди, разделяющие площадь, были сметены и служили низкими столами для кружек всех мастей, которые наполнялись дармовой выпивкой из многочисленных бочек. Их только что выкатили из распахнутых дверей харцской кладовой.
Лавируя между спонтанными компаниями собутыльников, Солдес все тянул Коту к небольшому обшарпанному зданию, внешне немного похожему на старую, давно опустевшую башню, в которой некогда ютился погибший Глом. Сглотнув комок в горле, возникший от тошнотворных винных паров, девушка сунула руку под маску и с силой зажала нос, потому что она терпеть не могла запаха спиртного. Тот напоминал о злополучном дне, когда пьяный Врадес ввалился в землянку, да о кровавом месиве, в которое заклинание Уоза превратило тело старого мага.
Распахнутая дверь, чуть поскрипывающая на ветерке, зазывала путников внутрь. Солдес протолкнул Коту в дом, а сам медленно оглядел празднующую толпу. Не почуяв опасности, захлопнул за собой дверь. Девушка быстро оглядела помещение. Внутри все оказалось не так страшно. Вполне ухоженный холл, похожий на многие другие в гостеприимных домах горных городишек, в которых они с Даласом иногда оставались на ночлег. Немного вытертый ворс ковра, чуть замусоленные стены и покосившиеся от времени ставни… Но было чисто и приятно пахло. После смрада, который разносила жара по городскому воздуху от огромных бочек, сладкий привкус был благом для чувствительного носа Коты.
Солдес прошел в следующее помещение, поманив ее за собой. Поспешив следом, девушка оказалась в длинном просторном коридоре, изредка освещенном настенными канделябрами. Растерянно оглянувшись, провела рукой по влажным камням, которыми были тщательно выложены стены. Брат бесшумно двигался вперед, и только шуршание одежды, усиленное эхом, разносилось под сводами, напоминая шелест крыльев летучих мышей из темных пещер гор Колхи, навевая ощущение нереальности происходящего.
Кота сбросила наваждение и побежала следом. Идти пришлось довольно долго. Даже тайный ход, показанный ей Лаем, был гораздо короче. Но, в конце концов, коридор закончился, успев изрядно надоесть однообразием. Еще некоторое время перед глазами еще мелькали свечи канделябров, развешанных по стенам ровно через каждые пять шагов. Кота помотала головой и уставилась на высокого горбатого человека в кожаной безрукавке, который стоял в небольшой комнатке, сплошь обитой синим бархатом. Тот, в свою очередь, сверлил недоверчивым взглядом вошедших. Солдес сбросил плащ и маску и шагнул навстречу.
— Приветствую, — чуть склонился он.
Горбун сухо кивнул и открыл небольшую дверь, из которой буквально выплыла дама в шикарном платье. Лицо женщины скрывала темная вуаль.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
