Читаем без скачивания Долина смертных теней (СИ) - Владимир Пекальчук

— Мы в западне, значит, выход отсюда только один, — констатировал Латышевский.

Все остальные молча переглядывались, сжимая в руках оружие.

— Почему они не нападают? С кем дерутся? — спросил Виктор, — может, друг с другом поцапались и…

Ответом ему стал выстрел, донесшийся сквозь закрытую дверь.

— Значит, не друг с другом, — подытожил Петруха, — или, может быть, это алчущие с автоматами…

Он бледен, словно смерть, но Макс отметил, что пулемет в его руках не дрожит. Второй пулемет покоится на плече Сергея, опустившегося на одно колено и играющего роль живого пулеметного станка, за ним, глядя на дверь через прицел, стоит старый инженер. У самой двери с гранатой в руке Ворон, Виктор присел сбоку и торопливо раскладывает в ряд запасные обоймы. Пустынник с непроницаемым лицом держит в руках автоматический дробовик, бандитка Ольга чуть позади него, нездорово бледная, но уж она-то точно будет драться до конца — хищник он и есть хищник, неважно, одна у него пара ног или две. Даже Слепнев, хоть и откровенно трусит, но за чужими спинами не прячется.

Паники нет, подумал Макс, маленький отряд готов встретиться лицом к лицу с любым врагом. И если этот враг будет слишком силен — что ж, умереть в одном строю с такими людьми не так уж и страшно. Вот только Кира…

— Давайте гранаты, — сказал он, облизав внезапно пересохшие губы, положил автомат рядом с Вороном и протянул вперед руки.

— Что ты задумал? — насторожился Влад.

— Вложите мне по три гранаты между пальцами, я прижму скобы, и вы вытащите чеки. Тогда я кинусь им навстречу и постараюсь разбросать подарки во все стороны, чтобы взрывная волна накрыла как можно большую площадь.

— Ты погибнешь! — воскликнул Сергей.

— Зато у вас будет шанс. Должен же кто-то проявить героизм.

Хотя какой это героизм… Просто трусость. Нет ничего хуже, чем умирать в когтях монстров, зная, что и Кира там, далеко на севере, тоже обречена. А так, выйдя навстречу голодной толпе мутантов с полными гранат руками, он умрет с надеждой, что его самопожертвование спасет отряд и, в конечном итоге, Киру.

Игорь сглотнул и потянулся к подсумку.

— Не дури, — сказал Ворон, но и его рука нырнула в карман за гранатой.

— Тише, — сказал внезапно Пустынник и прислушался к звукам за дверью.

— Кажется, похоже на слова, — заметил Сергей.

— Это и есть слова.

Он повернулся к остальным:

— Теперь, слушайте меня очень внимательно и делайте в точности, что я говорю. Никаких выстрелов, оружие только стволами кверху. Не дергайтесь, не паникуйте, не делайте резких движений.

— Что ты задумал в этот раз?! — занервничал сильнее Сергей.

Сталкер посмотрел на молодого ученого снисходительно:

— Ну, раз мы с тобой пришли к выводу, что слышим слова — отчего бы не поговорить?

— С алчущими?!!

— Я не думаю, что это алчущие. Вы слышали звуки боя — значит, они алчущим враги. А враг нашего врага…

— Такое впечатление, что вы опять больше нас знаете, но не рассказываете, — заметил Латышевский и снял с плеча Сергея пулемет.

— А зачем рассказывать? Если я прав, вы сами все скоро поймете.

Макс проверил, в порядке ли его гранатомет и граната в нем, и поднял оружие дулом кверху, непринужденно положив на плечо:

— Надеюсь, ты знаешь, что делаешь.

— Я тоже так думаю.

С этими словами он открыл дверь. Глаза Макса медленно поползли на лоб, послышался вздох удивления Ольги, кто-то тихо чертыхнулся.

Те, что стояли в обширном холле, ничуть не походили на алчущих. Но и людьми их тоже не назвать.

Огромные, метра два росту все как один, а кое-кто и побольше, с кожей цвета крови и черными длинными волосами, заплетенными в косички, они могли бы сойти за индейцев в сумерках, если б не глаза ярко-желтого цвета и длинные когти на руках, придававшие этим существам сходство с ужасными демонами.

Макс сразу же отметил одежду — набедренные повязки, штаны, безрукавки. Кое-кто держал в руках оружие, которое он видел разве только на картинках — в основном, американского и немецкого производства. У многих с когтей все ещё капала кровь.

Их лица с непривычными пропорциями ничего не выражали, но глаза, вполне человеческие, если не принимать во внимание их цвет, смотрели мрачно и решительно.

— Это ещё что за тридцать три богатыря? — сдавленным голосом спросил Михаил.

— Черт… Черт… — твердил Виктор.

— Следи за положением ствола! — прошипел ему Игорь, — вспомни про жену и детей, твою мать, и держи себя в руках!

Вожак краснокожих, здоровенный детина ростом метра в два, полтора центнера литых мышц и со шрамом через правую часть лица, как-то странно наклонил голову, глядя на Пустынника.

— Давно не виделись, Веффрн, — негромко сказал сталкер.

— Восемь с половиной лет, — гортанным голосом подтвердил тот, кого назвали Веффрном, и добавил: — ты сильно изменился, Душа-без-Тени.

Глава 12. Душа-без-Тени

Они стояли друг напротив друга, человек с «Винторезом» в опущенной руке и краснокожее существо, немного похожее на человека, и оттого еще более чуждое, и беседовали, словно старые приятели.

— Где Сханнф? — поинтересовался Пустынник, — странно видеть тебя без нее.

— Дома, ждет второго ребенка, — негромко ответил Веффрн.

— Я очень рад за вас.

— Спасибо. Мы тоже очень рады.

Сталкер улыбнулся:

— Вы весьма вовремя. Не думаю, что это совпадение.

— Ты прав, — согласился Веффрн, — наблюдатель заметил бой между вами и степняками и подобрался поближе, посмотреть, чем кончится. А когда подобрался — узнал тебя в лицо и заметил, что твои спутники не похожи на железных шапок. Железные шапки слишком трусливы, чтобы ходить малыми отрядами без своих панцирных жуков. Но теперь им и жуки не помогают — ведь ты научил нас жечь их.

— Жаль, что вам пришлось использовать мои знания.

— Нам тоже, но железные шапки не оставили выбора. Мы вспоминали о тебе время от времени, но я не ждал, что увижу когда-нибудь снова. Что привело тебя обратно, и кто твои спутники? Люди из страны льдов? Они нам враги?

— Из страны льдов. И всего пять минут назад они вообще не знали, что вы существуете.

Веффрн выглядел слегка озадаченным:

— Почему ты им не сказал? Почему не подал знак и не встретился с наблюдателями? И когда собирался сказать им и нам?

— Я не собирался. Хотел повидать вас, но решил, что было бы проще для всех, если бы они не знали о вас, а вы — о них. А теперь мне приходится объяснять вам, кто такие они и зачем тут, а потом ещё придется объяснять им, кто такие вы. Я хотел избежать этих сложностей.

Несколько других краснокожих переглянулись, но ничего не сказали. Макс мимоходом отметил, что у некоторых разные глаза и даже руки различаются: у кого-то длинные когти, у некоторых одна рука превратилась вообще в когтистую лапу с негнущимися пальцами, у многих правая или левая рука почти не отличается от человеческой. Вся эта асимметрия глаз и рук делала краснокожих более чем странным зрелищем: двух похожих среди них Макс не заметил. И вместе с тем в их облике чувствовалась некая гармония, так нехарактерная для уродливых, омерзительных алчущих.

— Так зачем ты привел их сюда?

— Их предки оставили тут неподалеку одно особое лекарство, которое очень нужно на севере. Я привел их, чтобы они взяли это лекарство и ушли обратно в страну льдов. Они не враги никому, жаль лишь, что степняки напали на нас, приняв за железноголовых.

— Мы сообщим им, что вы не железные шапки, — сказал Веффрн.

— Вы с ними теперь общаетесь? — удивился сталкер.

— Да. Железноголовые заставили их. И нас тоже. Общий враг сближает.

Пустынник повернулся к отряду, в молчаливом удивлении наблюдающему за диалогом:

— Мне надо сходить поговорить со старыми знакомыми. Просто оставайтесь в этой комнате. Они не враги вам, хоть и немного похожи на алчущих. Повторяю: оставайтесь тут и отдыхайте перед ночным походом. Я скоро вернусь.

— Куда ты?! — встрепенулась Ольга.

— Я же говорю — пойду побеседую. Не нужно за меня опасаться — они мои друзья.

— Странный выбор друзей, — прокомментировал Михаил.

— А я и не выбирал. Они оказались первыми, кого я встретил после… после того как попал сюда без памяти.

И он притворил за собой дверь.

— Охренеть, — выдохнул ему вслед Виктор.

— Я насчитал семнадцать краснокожих, — сообщил Михаил, — это слишком много для нас, они же просто растерзали тучу алчущих.

Люди, все ещё не в силах справиться с удивлением, смотрели друг на друга, потом Влад спросил:

— Что это было? Умные алчущие?

— Навряд ли, — покачал головой Слепнев, — они ничем на них не похожи, разве только цвет кожного покрова такой же. Я не знаю, кто они такие, но предчувствие у меня нехорошее.