Стратиграфия приложима к археологическим памятникам в намного меньшей мере, чем в геологии (Хэррис — E. C. Harris, 1989). Большая часть археологической относительной хронологии заключается в тщательном изучении последовательности слоев обитания, а также в их корреляции с культурными последовательностями на других памятниках в той же местности. Последующие слои обитания могут быть найдены в том же месте, как в пещере, так и в форте или холме, там, где многие поколения жителей жили в описанной или ограниченной области (рис. 7.5). На других памятниках последовательности могут быть горизонтальными, как, например, в случаях, когда экономические или политические условия вынуждали периодические перемещения поселений при истощении земель полей или при изменении правил проживания. В этом случае культурная последовательность может быть рассеяна по ряду однослойных поселений на большой территории и может быть собрана вместе только посредством продуманной исследовательской работы и тщательного анализа артефактов, найденных в разных памятниках.
Рис. 7.5. Разрез пещеры Гилд Нагитц в долине Оахака в Мексике, показывающий различные зоны заселения. Большинство пещер и укрытий являются более сложными, чем эта. Источник: Брюс Смит. Возникновение земледелия (Bruce Smith, The Emergence of Agriculture. © Bruce D. Smith. Reprinted by permission of the author)
Стратиграфия памятника Костер на Среднем Западе США менее сложна, чем в древних городах, где в доме могло жить целое поколение, и даже не одно. Потом дом сносили и на его месте строили новый. Обитатели могли потерять какие-то украшения и втоптать их в грунт. Потом стелили новые полы, укладывали плитку. Предыдущие слои обитания могло покрыть несколькими сантиметрами жидкого навоза или строительной пылью. Эти слои разрушались наводнениями, пожары уничтожали целые кварталы. Жители выкапывали могилы и ямы, ремонтировали улицы, расширяли храмы и строили площади. Относительная хронология является результатом расшифровки подобных хронологических головоломок.
Закон ассоциации также играет свою роль, так как артефакты, остатки пищи и другие находки из разных слоев обитания столь же важны, как и сама стратиграфия. Каждый слой, будь он большим или нет, содержит в себе связанные с ним артефакты, объекты, которые выступают для археологов в качестве хронологических индикаторов и свидетельством культурных изменений. Стратиграфическое исследование редко бывает простым. Некоторые ключевые вопросы никогда не оставляют исследователя: в этом месте жили постоянно? Прерывалась ли последовательность естественным явлением, наводнением например, или из поселения просто ушли, а через несколько поколений здесь опять поселились люди? Это нечто большее, чем просто изучение разных слоев. В принципе раскопщик должен реконструировать естественные и культурные трансформации памятника, после того как его покинули жители.
Естественные трансформации являются результатом природных явлений, таких как извержение вулкана, похоронившее римский город Помпеи в 79 году н. э., или землетрясение, разрушившее в 365 году н. э. другой римский город — Курион на Кипре (см. рис. 15.4). В случае с землетрясением в Курионе раскопщик Дэвид Сорен смог воспользоваться историческими материалами и установить точный момент сдвига пород (Ссорен и Джеймс — Soren and James, 1988). Ориентация изломов черепичных крыш позволила определить общее направление эпицентра, находившегося к юго-западу от города далеко в море. Как в Геркулануме, так и в Помпеях имелись графические свидетельства ужасной трагедии, вызванной облаками пепла. К ним (свидетельствам) относятся «слепки» тел людей, пытавшихся бежать от пепла и лавы (см. рис. 2.1). В подобных случаях вулканический пепел «останавливал» момент времени, дав уникальную возможность взглянуть на жизнь города в определенный период.
Грязевые оползни, наводнения, бури и песчаные дюны могут изолировать слои обитания от последующих слоев. С другой стороны, норные животные могут прорыть ходы в мягких грунтах и превратить четко выраженные слои в причудливые лабиринты.
Относительная хронология зависит от точных и тщательных наблюдений, изучения и интерпретации. (Еще о стратиграфических исследованиях смотри главу 9.)
ПАМЯТНИК КОСТЕР, ИЛЛИНОЙС
Немногие археологические памятники имеют такую исключительную стратиграфию, как хорошо известный памятник Костер в долине реки Иллинойс (Струвер и Холтон — Struever and Holton, 1979). Здесь слои обитания разделяются стерильными прослойками начиная даже ранее чем с 7500 года до н. э. и до прошлого тысячелетия. Во время своих крупномасштабных раскопок археологи выделили 14 уровней обитания (см. рис. 9.2). Это дало уникальную хронику использования человеком среды долины реки в период с 7500 года до н. э. до 1200 года н. э.
Раскопки помогли вычленить отдельные места обитания и открыть большие участки на них, начиная с мимолетных посещений палеоиндейских пришельцев, затем сезонный лагерь площадью около 0,3 га с временными жилищами, построенными приблизительно в 6500 году до н. э. Археологи отследили повторяющиеся приходы обширной семейной группы в 20–25 человек в одно и то же место в течение нескольких веков, время прихода, возможно, было связано с созреванием урожая орехов. Между 5600 и 5000 годами до н. э. возникла большая постоянная стоянка с длинными домами, крытыми шкурами или циновками. Обитатели селения использовали для еды ограниченный спектр продуктов, но изобильных круглый год. К 3900 году до н. э. люди круглогодично жили в Костере в селении, занимавшем 2 га. Раскопки установили по крайней мере шесть домов с углубленными земляными полами, обитатели которых ловили рыбу в тихих озерах, а осенью собирали орехи. Селение Костер было оставлено обитателями приблизительно в 2800 году до н. э. и через 800 лет было вновь кратковременно заселено. Раскопки в Костере дали ценную хронологическую информацию, позволившую создать основу изучения основных изменений в обществе коренных американцев на протяжении многих тысяч лет.
Артефакты и относительная хронология
Изготовленные человеком предметы любого рода являются главными источниками информации, используемой археологами при изучении деятельности человека в прошлом. Артефакты являются отражением деятельности древнего человека, из этого следует, что они изменяются по мере изменения технологий, укладов жизни, и сменой акцентов в видах деятельности человека на протяжении тысячелетий. Рассмотрим простые заостренные кремневые ножи и чопперы (колуны), которыми пользовались наши древние предки 2,5 миллиона лет назад (рис. 11.3). Эксперименты показали, что эти предметы были эффективны при нарезке мяса и разделке туш. Сравним эти инструменты с современными суперкомпьютерами, используемыми в банках и других компаниях. В конце концов, вы можете спорить с тем, что они произошли от ножей, но миллионы миллионов мельчайших технологических изменений и изменений в поведении человека имели место на пути от простейших предметов прошлого ко все более усложняющимся инструментам для специализированной деятельности. Эти изменения были крохотными, порою незаметными: чуть более эффективный метод заточки каменного лезвия; другой угол края глиняного горшка или иное украшение на нем, что в итоге вело к появления совершенно другого сосуда; появление новых сплавов — к меди добавляется олово и получается более твердая бронза. Такие накопленные изменения являются отличным путем к установлению относительных хронологий.
Датирование последовательности теперь известно как принцип серийности (seriation) — методика упорядочивания артефактов по их строению и внешнему виду. Построение серий достигло высокой степени изощренности в 1920-х годах. При частотной серийности используется процентное соотношение артефактов и их характерных черт в развитии культурных последовательностей (Джонсон и Маркуорд — L. Johnson, 1968; Marquardt, 1978).
Мы живем в мире бушующей моды. Сначала автомобилям нужны выступающие кили. Спустя несколько лет «писком» стали закругленные контуры. Вот в моде белобокие покрышки, спустя 10 лет их нигде не увидишь. Мини-вэны приходят на смену фургонам, а потом правит бал спортивный стиль. Юбки, прежде чем стать еще короче, вдруг опускаются до щиколоток. Всякого рода моды ветрены и постоянно меняются, включая рейтинг музыкальных дисков или цвет стеклянных бус, которыми торгуют где-нибудь в удаленных уголках Африки. В противоположность этому, потребовались сотни тысяч лет для того, чтобы рубила каменного века приобрели наиболее совершенную форму. Все эти изменения, головокружительно быстрые или отупляюще медленные, имеют одну общую черту — в некий момент времени эти предметы имели длительную или кратковременную популярность. Все серии артефактов начинаются с этого допущения.
