так сильно, что опираюсь на локти, чтобы наблюдать за ним, смотрю на его член, чтобы увидеть, твердый ли он снова, зная, что если да, то я буду умолять парня трахнуть меня — любая уважающая себя девушка сделала бы это.
Я так хочу, чтобы он был внутри меня.
Я заслужила жесткий член после того месяца, который у меня был!
Мои мысли блуждают…
Презервативы.
«В прикроватном ящике есть презервативы», — кричит мой мозг.
Я купила их, когда подумала, что должна быть готова, если Диего придет ко мне в квартиру, чего так и не случилось, и совершенно новая коробка в верхнем ящике пылится там.
Да… спасибо тебе, Господи.
Даллас двигает бедрами на покрывале, толкаясь в матрас. Его толстые бедра — просто прелесть. Я наблюдаю за ним несколько секунд, прежде чем потянуть его за плечо.
Парень поднимает голову.
Глаза расфокусированы. Губы блестят.
Волосы в беспорядке.
— Я хочу, чтобы ты меня трахнул, — говорю я ему совершенно искренне, не тратя времени на застенчивость. — Пожалуйста.
Почему я говорю «пожалуйста»? Господи, Райан, он же не собирается тебе отказывать. Он уже готов, и ты уже знаешь, что ты ему нравишься.
Так вот каково это — иметь друга с привилегиями?
— У меня нет защиты. — Его пальцы не покинули своего места на моем клиторе, большой палец все еще прижат к его верхушке.
Хороший мальчик.
Умница.
— У меня есть, — говорю я, поднимая подбородок. — Верхний ящик.
Даллас колеблется всего долю секунды, прежде чем броситься к ящику, протягивает руку, пальцами открывает его, хватает маленькую коробку с тремя презервативами, которые я купила на заправке несколько недель назад, в то же время как заправила свой бак и купила лотерейный билет.
Он разрывает коробку.
Вытаскивает один, разрывает упаковку.
Я завороженно наблюдаю, как он надевает резинку на свой член, натягивая до самого основания.
Боже, какой же он сексуальный.
Настоящее произведение искусства.
Даллас тянется ко мне, но я отталкиваю его, толкаю так, что парень ложится, вжимаясь спиной в матрас.
Мой.
По крайней мере, на эту ночь.
— Я хочу быть сверху.
Он кивает, широко расставив руки в ожидании.
— Да, мэм.
Так вежливо.
Так по-техасски.
Я сажусь на него так же, как сидела в гостиной, но на этот раз мы оба полностью обнажены, и наши намерения ясны: мы собираемся заняться сексом.
Я инициировала это. Я хочу этого.
Даллас держит меня руками за талию, внимательно наблюдая за моим лицом.
Готова ли я к этому?
Готова ли я к тому, что он будет во мне?
Изменит ли это что-то? Будет ли он относиться ко мне по-другому, когда я войду в класс на этой неделе, или все останется по-прежнему?
«Еще не поздно передумать, Райан».
Я не хочу менять свое мнение.
Я хочу секса, и я хочу его с ним.
Медленно, я двигаюсь над ним, дразня щель киски кончиком его члена, потирая вверх и вниз, возбуждая себя. Его член пульсирует и становится толще подо мной.
У меня раньше было не так много секса, но природа и инстинкты подсказывают мне, что делать, больше, чем мой собственный прошлый опыт, и я задыхаюсь от ощущений, когда опускаюсь на него.
Это немного больно — он больше, чем я думала, — что заставляет меня приостановиться, прежде чем двигаться дальше.
Даллас не двигается, его руки все еще лежат на моих бедрах, а брови приподняты.
У него то, что я называю сексуальным лицом.
Порозовевшая кожа, приоткрытые губы, безумные глаза.
Он хорошо контролирует себя, но глаза не лгут — парень невероятно возбужден сейчас, это тело, привыкшее к выносливости и адреналину.
Я вижу, как он возбужден.
Даллас вдыхает и выдыхает, и я почти вижу, как он считает в уме, как человек считает овец, когда пытается заснуть, но в данном случае, чтобы перефокусироваться, чтобы не начать толкаться.
Странно, как можно узнать человека, когда общаетесь с ним непринужденно, без дополнительного давления, не пытаясь форсировать это, как делают люди, вступающие в отношения — полные решимости найти что-то общее, стремясь быть совместимыми.
Даллас и я просто… есть.
Я нависаю над ним, положив руки ему на плечи, наклоняясь ближе, чтобы положить их на подушки по обе стороны от его головы, его член полностью внутри меня.
Я двигаюсь медленно, привыкая к его размеру.
Отклоняюсь назад…
Нет, слишком глубоко.
Двигаю бедрами, двигаясь вперед и назад, наблюдая за его лицом, потому что не могу удержаться.
Его губы все еще приоткрыты, и я целую их, наши языки влажные и жаждущие, почти отчаянные.
Грязные поцелуи во время секса — моя новая любимая вещь, и Даллас хорош в этом, засовывая свой член и язык глубоко, одной рукой схватившись за мою задницу, другой за голову, притягивая меня ближе.
Притягивает меня так, что наши лбы соприкасаются, целует и трахает, трахает и целует. Бешеный сеанс поцелуев только делает меня еще более влажной, если это возможно.
Как поцелуи во время секса могут возбудить кого-то еще больше, чем уже есть?
Его глаза такие темные.
Такие серьезные.
Рот приоткрыт.
Ладонь Далласа перемещается с моей задницы на грудь, обхватывая ее, пока он делает толчок вверх, наконец, теперь, когда я привыкла к размеру его члена. Мы попадаем в ритм.
Синхронно.
Вперед-назад, вперед-назад…
Так хорошо.
Так мокро.
Он весь потный, пот на лбу.
— Ты пытаешься не кончить? — спрашиваю я вслух, выражение его лица, несомненно, прямо-таки паническое.
Он кивает.
— Пытаюсь.
— Хорошо. — Потому что он уже кончил, и вряд ли будет справедливо, если во второй раз кончит только один из нас…
— Ты такая чертовски тугая, — бормочет он. — Клянусь, я умер и попал в рай.
«Ты ведь не сможешь меня отпустить, да?» — думаю я про себя, глядя на него сверху вниз, наклоняясь, чтобы поцеловать его снова, его жадные руки все еще на моей груди и теле.
Тугой.
Влажный.
Рай.
Я прикусываю нижнюю губу, испытывая искушение сказать что-нибудь непристойное, зная, что ему это понравится, но не имея практики.
Даллас так терпелив; я хочу удивить его сексуальными словами, и делаю это, откинувшись назад, садясь и медленно двигаясь. Его взгляд устремляется прямо на мои сиськи.
Руки тянуться к ним.
Я отбрасываю волосы.
— Тебе это нравится? — Я стону, накрывая его руки своими.
Он задыхается.
— Да.
— Я лучшая фальшивая девушка, которая у тебя когда-либо была?
Он кивает.
— Да.
— Твой член так хорошо ощущается.
Даллас раздвигает губы. Кивает.
— Ты хочешь кончить, не так ли?
Снова кивок.
Я кручу бедрами, представляя себя сексуальной порнозвездой, трахающей
