Мне поначалу никто не поверил. Лишь мама, которая за эти дни стала похожей на привидение, и дядя Яков согласились подняться со мной. Спасательная команда ушла примерно через 3 часа, а к ночи они принесли папу и дядю Виктора — единственных возвратившихся из 15 человек второй группы. Сегодня впервые попробовал масло — очень вкусно. Продуктов было мало и каждому досталось очень немного.
Папа сказал, что это к лучшему — ребята из снежной команды Подгорного набросились на еду и умерли оттого, что организм не справился с непривычной пищей.
И. О. синоптика Артем Конечников.»
Управитель остановил чтеца.
— Полная мура, — скривилась Управительница. Избавь от необходимости это выслушивать…
— Ну что ты, — иронически заметил Живой Бог, — как можно. Так сказать — от сердца к сердцу. Так можно заставить жечь того, кого любишь на самом деле, и миловаться с теми, кого ненавидишь.
Мужчина и женщина долго молчали.
— Ну и… — не выдержала Рогнеда. — Ты хочешь сказать, что понимаешь, как это работает? Отлично. Метода старая как мир, а вот до тебя Пастушонок только дошло. Мои поздравления…
— Я все думал, где ты научилась всему этому, — сказал Управитель. — Все просто. Ты ведь читала эти летописи. А, прочитав, поняла, как можно все это использовать. Сколько таких вот посланий далеким потомкам было состряпано с твоей легкой руки.
— Да, я читала. В те времена, когда Бальдуро II искал повод для почетной капитуляции, — ответила она. — И это та правда, которая была растиражирована десятками тысяч неправд, которые толкали людей к исполнению наших целей.
— А я думал, что это твое ноу-хау. Что ты сама до этого дошла. Но чтобы использовать отработанный материал и извлечь из него золотой принцип манипулирования, — это могла сделать только ты. Верно говорили — «У князя и петух яйцо снесет».
— И что из того? — напряженно поинтересовалась Управительница.
— Что ты молодец, — с улыбкой ответил Живой Бог. — Эти записи изучали многие, и только ты додумалась, как их можно применить себе на пользу. Представляю, сколько закладок было сделано тобой, как много потенциальных героев и тиранов ждали своего часа. И дождались бы, если бы ты не застряла на Мороне… Я, наконец, понял, зачем Совет изолировал тебя так надолго. Чтобы наверняка…
— А зачем поминать Амальгаму? Там ведь все получилось без моего участия.
— Извини, не удержался… Хотел обрадовать. Теперь я знаю, как с этим бороться, — усмехнулся Андрей.
— И каким же способом?
— Способ простой. Не бери в голову и суй, пока дают, — Управитель неприятно рассмеялся.
— Все ты врешь, — заметила Живая Богиня.
— А вот и нет, — весело ответил Андрей. — Почитай пока без меня.
Живой Бог помахал рукой Рогнеде и отправился по своим делам.
Рогнеда продолжила чтение.
* * * продолжение
Глава 7
ТАНЦЫ-ОБЖИМАНЦЫ
Друзья снова собрались на обычном месте в ответвлении темного коридора. Стараниями Василия на картонке появился обычный набор: стаканчики, сухарик, лавровый лист. Второй лейтенант, подумав, добавил по случаю праздника десяток мятных леденцов, разрезанный на три части бутерброд с сыром, емкость с водой и пачку жевательной резинки.
— Ну что, парни попарим нынче концы?! — поинтересовался Стрельников, скорее утверждая, чем спрашивая.
Он встряхнулся точно мокрый пес, изобразив на лице удовольствие. Василий старательно отпускал обычные плоские шуточки, надеясь развеселить друзей.
Но настроения не было, несмотря на все усилия Стрелкина. Конечников и Авраам сегодня были в миноре и не велись на разудалое веселье. Пить не было никакого желания. Конечников курил, выпуская дым в потолок, Авраам задумчиво смотрел на приготовления второго лейтенанта.
Василий, видя состояние приятелей, не требовал от них участия в подготовке застолья.
— Разве руки у нас отсохли? — поинтересовался Гут, грустно взглянув на Стрелкина. — Регулярно, быстро, по потребности. Удобно и просто.
— Во блин тебя заколбасило, — поразился Василий. — Так ведь надо разнообразить. Живая пизда она завсегда лучше. Сегодня тетки дают.
— А оно и получается разнообразно. Левая — правая, правая — левая, — с усмешкой ответил Авраам.
— Вы в очко друг с другом лучше толкнитесь, — иронически посоветовал второй лейтенант.
— Вот сказал не подумавши, — заметил Авраам. — И без нас «голубков» полно.
Конечникову всегда становилось неудобно и стыдно, когда Гут говорил о руках. Ирония и показная бравада Авраама не могли скрыть его горечи и боли. Судьба капитана сделала неожиданный и страшный поворот. Приведенный в порядок медиками крепостного лазарета, почти здоровый капитан Кинг был отправлен на поправку в стационарный госпиталь.
Корабль был перехвачен эланцами… Жив остался один Гуталин. Можно было только догадываться, что творили «виркоко» с ранеными. Единственный свидетель предпочитал отмалчиваться.
Рассказывали, что палубы госпитального судна больше напоминали скотобойню. Гуту повезло, если это можно считать везением. 20 миллиметровый шарик картечи оторвал капитану кисть. Его, залитого своей и чужой кровью, посчитали мертвым…
С тех пор 4 эскадра забыла одно из правил благородного боя. Ракетоносцы стали безо всякого стеснения взрывать гражданские лайнеры и санитарные транспорты эланцев.
Большие корабли обычно высаживали абордажные команды. И озверелый десант устраивал эланским звездолетчикам то, что проделали подданные регул-императора с их товарищами.
Капитан Кинг пожелтел и высох. Гуталина списали с корабля и отправили в интендантскую службу, заведовать одним из складов крепости.
Конечников догадывался, что дело здесь не в нейроуправляемом протезе, почти неотличимом от живой руки.
Непереносимый ужас, который испытал капитан на борту летающего госпиталя, разъедал когда-то храброго Гута изнутри. Первый лейтенант помнил слова Лары и догадывался, что на месте Авраама должен был оказаться он.
Василий использовал последний козырь. Он вынул тайника бутылку и показал приятелям. Гут принял из рук Стрелкина емкость, посмотрел на этикетку, уважительно покивал головой.
— Круто, — сказал он. — Респект…
— А то… — с довольной улыбкой сказал Стрелкин.
— Васька, а по какому поводу? — поинтересовался Конечников, бросив взгляд на пузырь в руках Авраама.
— Так это… Праздник нынче, день Военно-Космических сил, — ответил второй лейтенант.
Он забрал емкость у Гута и старательно отмерил каждому дозу выпивки.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
