— Верни. Меня. Туда, — прошипел Кувалда прямо в лицо напуганному учёному. — А если я ещё раз от тебя услышу «невозможно», ты отправишься проверять, возможно ли вытащить голову из собственной задницы.
— Н-нужны тесты! Эксперименты! — проблеял учёный.
Майор аккуратно поставил его на место.
— Уже лучше. Но недостаточно. Твою дивизию, просто пальни в меня из аннигиляторной пушки! — разозлился Кувалда.
— Но тебя тогда расщепит на атомы, — хмыкнул адмирал. — Прости, сынок.
Он сделал жест рукой, все делегаты отошли, и на Кувалду накинулись дюжие санитары, пытаясь упаковать его в смирительную рубашку.
— Очень необычный случай ПТСР, — произнёс один из присутствующих докторов. — Он даже не подвергает сомнению свои галлюцинации.
Санитары с двух сторон пытались скрутить Краснослава, но он упорно боролся, словно от этого зависела не только его жизнь. Безопасники выхватили бластеры и взяли его на прицел, но не более, в их инструкции не было приказа стрелять при сопротивлении санитарам.
Кувалда вывернулся из цепких лап, сам схватил одного из санитаров, поднял над головой и швырнул в делегатов. Адмиралы, учёные и врачи повалились, как кегли, и Краснослав рванул к лифту, отчаянно надеясь, что лифт не защищён уровнем допуска.
Безопасники открыли огонь, лучи бластеров промелькнули совсем рядом с головой майора. Двери лифта обзавелись несколькими новыми отверстиями с оплавленными краями, но Краснослав успел нажать кнопку и уехать вниз прежде, чем его настигнут.
Лифт остановился в ангаре. Кувалда выбежал из него, не обращая внимания на удивлённые взгляды техников, осмотрелся в поисках своей «Победы». Любимый корвет стоял на стапеле, а вокруг него роилась целая армада ремонтных дронов, которые латали броню и чинили повреждённые сегменты.
Краснослав подбежал к своему кораблю, консоль управления стапелем показывала, что ремонт не завершён. Майор попытался отменить его, остановить, но тщетно, система отказывалась взаимодействовать без нужного уровня допуска. Кувалда разъярился. Его кулак вспыхнул белым пламенем и обрушился на консоль управления. Консоль пискнула, дроны остановились, но стапель не отключился и не отпустил корабль. Майор подбежал к стальной колонне, обхватил её руками. Вздулись вены, мускулы напряглись тугими корабельными канатами, Краснослав изо всех сил пытался вырвать стапель вместе с корветом.
Он почувствовал, как что-то рвётся внутри, жилы, напряжённые до предела, не могли больше выдерживать такую нагрузку. Кувалда собрал всю Живу и раскрутил её до предела.
Колонна заскрипела и затрещала, корвет опасно накренился, но Краснослав только усилил нажим, рискуя уронить корабль со стапеля.
Лифт открылся снова, из него высыпали сотрудники службы безопасности, беглым огнём из бластеров пытаясь достать Кувалду. Майор стиснул зубы и сделал последний рывок, наконец отсоединяя стапель от платформы.
Краснослав тут же запрыгнул в кабину, чувствуя, как на него накатывает чудовищная слабость. Но отступать было уже поздно. Он запустил двигатель, слушая, как барабанят по броне выстрелы бластеров, проверил все системы. Всё было в порядке, и Кувалда начал взлетать, рискуя присоединённым обломком стапеля разнести весь ангар.
Корвет «Победа» снова вышел в космическое пространство, и майор хищно улыбнулся, наслаждаясь тянущим чувством перегрузки, когда его вдавило в кресло от резкого ускорения. Он отлетел подальше от космической станции, переключил реле управления главным калибром, набрал воздуха в грудь, как перед нырком. Он выстрелил в пустоту перед собой, и багровый комок энергии снова начал затягивать его корвет. На этот раз Кувалда только этого и ждал.
Глава 48
Он вскочил на кровати, жадно хватая воздух грудью и ощупывая себя. Он снова оказался в теле Славки Сычёва, а значит, всё прошло как надо.
Майор Краснослав Кувалда сел, проверил энергетические потоки тела, хрустнул костяшками. Похоже, время текло одинаково и здесь, и там, и его перенесло только в пространстве. Он был в той же кожанке, с револьвером под мышкой, только теперь за окном светило яркое солнце. Кувалда ещё раз посмотрел на солнце за окном, перевёл взгляд на часы, а потом подорвался, как ужаленный, пулей вылетая из комнаты.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
Опоздание на уроки сурово наказывалось. Но Краснослав плевать хотел на эти уроки. Совсем скоро бомбисты попытаются убить императора, и опоздать туда было гораздо страшнее.
Он пролетел по коридорам школы, словно вихрь, не обращая внимания на удивлённые взгляды гимназистов и окрики учителей. На выходе его остановил директор. Немец загородил собой дверь и сложил руки на груди.
— Кута-то спешите, Сычёфф? — произнёс он.
— Прочь с дороги, — рыкнул Кувалда.
— Вы переходите фсе рамки приличия, Сычёфф! — воскликнул директор. — Впроччем, я фас не дершу. Сегодня днём соперётся комиссия по фашему исключению.
Кувалда презрительно поморщился, плечом отпихнул Немца с дороги и выскочил на улицу. Солнце подбиралось к зениту, день сегодня был на удивление погожий и приятный. В самый раз для императорской прогулки. Майор отчаянно надеялся, что хоть что-нибудь задержит царя, но он не знал, во сколько именно Государь изволит отправиться с кортежем. Времени могло быть ещё очень много, и в то же время его могло совсем не быть.
На счастье Краснослава, почти возле ворот Гимназии скучал Гришка, сидя на козлах новой кареты. Завидев Кувалду, он страшно обрадовался и замахал рукой.
— Вашбродь, доброго денёчку! — улыбнулся он.
— Гони, Гришка, изо всех сил, — выдохнул Кувалда и бросил извозчику пачку денег.
Он не стал забираться внутрь, залез на козлы рядом с Григорием, чтобы можно было быстро спрыгнуть в случае чего.
— Случилось что, вашбродь? — извозчик задумчиво почесал затылок.
— Гони! — приказал майор, кое-как сдерживая желание забрать поводья и ехать самому.
Гришка хлестнул коней, потом хлестнул ещё и ещё. Краснослав вспомнил, что не сказал, куда ехать, и назвал ему адрес того неприметного дворика, в котором провёл несколько чудесных часов в компании агентов Леонтия и Парфентия. Майор решил, что стоит предупредить Третье Отделение, а может, даже заручиться какой-нибудь помощью.
Схваченные вчера бомбисты могли, конечно, расколоться, выдать всю информацию о грядущем покушении, но Краснослав на это не рассчитывал. Рептилии хорошо промывали мозги своим слугам, и колоть их могут ещё долго, даже самыми жестокими методами.
Карета летела по мостовой, словно пущенная стрела, прохожие едва успевали разбежаться. Григорий не щадил ни коней, ни карету, оплата с лихвой покрывала и то, и другое.
— Ништо, вашбродь, успеем… — бормотал он, нахлёстывая лошадок по лоснящимся вспотевшим бокам.
На одном из перекрёстков они едва не врезались в трамвай, Григорий чудом успел вырулить. Засвистел городовой, призывая их остановиться, но Кувалда помотал головой, и Гришка только ещё сильнее хлестнул лошадок. Останавливаться нельзя.
Они повернули в тот самый переулок, и Кувалда спрыгнул с кареты прямо на ходу.
— Я вас ждать буду тут, вашбродь! — крикнул извозчик вдогонку.
Краснослав уже колотил в знакомые ворота. Никто не открывал.
— Да хто ж там, ёлки-моталки! — дребезжащий старческий голос из-за ворот прозвучал настоящей издёвкой. — Иду!
Створка приоткрылась, Кувалда увидел седого дворника, древнего, какэти казематы. Старик подслеповато вгляделся в лицо Краснослава.
— Чево надо? — спросил он.
— Мне нужен агент Парфентий, срочно, — выпалил Кувалда.
Дворник непонимающе посмотрел на него из-под кустистых седых бровей.
— Хто? Нету здесь таких.
— Срочно! Дело государственной важности! — начал закипать Краснослав.
Он увидел, как во взгляде старика мелькнуло сомнение. Кувалда попытался оттеснить его, пройти внутрь, но едва он коснулся створки ворот, как в руке дворника очутился наган. Майор вывернул его отточенным движением, окончательно убеждаясь, что не перепутал место, оттолкнул дворника и забежал внутрь.
