Впрочем, писать Бармин не собирался, а вот почитать хотел, поскольку ради той единственной книги, что лежала на пюпитре из темного дерева, он сегодня сюда и пришел. Однако, прежде чем обратиться к «Родовой книге Менгденов», Ингвар решил рассмотреть другие находящиеся в пещере вещи, и, следует сказать, здесь было на что посмотреть. На длинных деревянных полках, закрепленных прямо на грубо обработанной каменной стене, лежало и стояло довольно много предметов, буквально притягивающих к себе внимание Бармина. Но не только. Магия этого места была такова, что стоило взгляду остановиться на чем-нибудь определенном, как ты тут же узнавал, что это такое и отчего оказалось именно в этой тайной сокровищнице:
Секира Ретвина - сына богини Марены и Бера Менгдена, корона принцессы Ведис дочери Сигурда, правившего графством в XV веке, и меч ее мужа Кальва по прозвищу Ворон Тюра… Оружие, женские и мужские украшения, латная перчатка Гейры Менгден по прозвищу Богиня копья, - она была регентом при своем малолетнем сыне Ингваре, - и предметы обихода такие, как зеркало в серебряной оправе, золотой кубок или стальной веер. Все эти вещи были очень старыми, а то и вовсе древними, но всех объединяло одно – все они являлись довольно сильными артефактами. А книга… Что ж, книга оказалась не только большой, - ин-кварто[2], - но и толстой, хотя текста в ней было гораздо меньше, чем в современной книге того же формата: слишком толстые страницы из настоящего пергамента, слишком широкие поля и слишком много рисунков, гравюр и всяческих виньеток. И все-таки прочесть весь текст и понять его смысл за один раз Бармину не удалось. Однако за четыре часа работы он успел узнать много интересного и, в частности, то, что такое «Шесть Первых Умений». Оказалось, это то, что считалось базовым набором «колдовских техник», которыми, по мнению людей, живших больше тысячи лет назад, - дело происходило еще в древней Свее, - должен владеть настоящий стихийный маг. Со временем, предкам Ингвара удалось создать так называемое «общее знание» - знание, передаваемое в готовом виде из поколения в поколение, то есть, от отца к сыну или вот так, как случилось с Барминым, через «спуд» большой емкости.
В принципе, Ингвар уже знал, что при всех сущностных отличиях стихийного колдовства от классической магии, магия всегда остается магией, то есть является некой особой энергией или даже субстанцией, наподобие несуществующего на самом деле эфира[3], и одновременно - врожденной способностью, которую можно и нужно развивать. Точно так же, как пища перерабатывается человеческим организмом в энергию, энергия, поступающая из внутренних и внешних источников, преобразуется в магию. В этом, собственно, и заключается Дар мага. Таким образом, Одаренный – это человек, который способен генерировать магию, накапливать ее в своем организме и манипулировать ею с помощью различных техник, будь то вербальные формулы и жестовое кастование, если иметь в виду классическую магию, или, как в случае стихийной магии, волевое управление потоками Силы. Некоторые ученые, впрочем, утверждают, что магия существует и вне человеческого тела. Что ее, пусть и в малых дозах, генерируют все живые организмы, и что она растворена в воздухе и воде, в земле и камне. Есть и такие ученые маги, кто идет еще дальше, утверждая, что, являясь особым видом энергии, магия легко «прилипает» к другим энергетическим потокам, и поэтому ее так много в грозовых облаках и молниях, в штормовом ветре и в колебаниях грунта во время землетрясений, в вулканической магме и в океанических волнах, обрушивающихся на берег.
Итак, чтобы стать магом, нужно им родиться. В обычном случае, Дар открывается в возрастном интервале от 3 до 12 лет. И закономерность тут проста: чем раньше обнаруживается Дар, тем сильнее со временем будет маг. Впрочем, есть еще один важный показатель: скорость обучения. Маги с большим потенциалом быстрее овладевают различными техниками и, следовательно, быстрее прогрессируют. Но, если классическая магия – это, грубо говоря, Освоенная Земля, стихийное колдовство – настоящая Терра Инкогнита. И объясняется это, прежде всего, тем, что колдунов едва ли не на три порядка меньше, чем классических магов: где-то 1-2 колдуна на 700-900 магов. Редкий Дар, мало изученный и, по большому счету, непонятный. И вот еще что: владеют им преимущественно представители по-настоящему древних родов и эльфийские маги. Однако внутри семей, отмеченных наличием именно этого Дара, со временем, - а это, между прочим, долгие века, - возникли техники обучения подрастающего поколения. Разумеется, они сильно отличались, - не могли не отличаться, - от принципов и методов, используемых для обучения «классических» магов. Вот в рамках этой древней традиции, тщательно скрытой от глаз общественности и имеющей черты родовой тайны и семейных секретов мастерства, и возникли в давние времена способы передачи «Общего знания». Обычно это делал старший родственник, передававший наследнику «из рук в руки», - и, разумеется, только после инициации Дара, - «пакет», содержащий «Шесть Первых Умений». Причем, Первыми они были назначены не только потому что три из них были очевидно базовыми техниками, а потому что все шесть относительно легко поддавались «свертыванию» и «развертыванию». То есть, путем прямой передачи научить кого-то другим техникам и приемам не удавалось, а эти шесть – без проблем.
Все это Бармин узнал из «Родовой книги Менгденов». Там, вообще, много чего было написано о всяком и разном, и вот что ценно – это было именно систематическое описание стихийной магии. Все другие записи, с которыми в тайных архивах рода успел уже ознакомиться Ингвар, были сродни заметкам профессионального физика, которому нет надобности объяснять базовые понятия и прочее все в том же духе. Многое из этого Бармин все-таки понимал, но только потому что и сам уже в той или иной степени владел этим типом колдовства. Однако, как теперь выяснилось, многое из этого он понимал неверно и использовал неправильно, а значит, и неэффективно, поскольку попросту не имел систематического образования. Теперь же, по прочтении первой части содержащегося в книге текста, он стал понимать многие вещи совсем не так, как прежде. Новое знание расширяло перспективу и давало Бармину инструменты для продвижения вперед. Но это же знание заставило его снова вернуться к своей собственной истории и посмотреть на нее, если и не новыми глазами, то уж точно под другим углом зрения.
Был ли отрок Ингвар одаренным по праву крови? Скорее всего, так все и обстояло, но вот ответить на следующий вопрос, - когда открылся его Дар, - Бармин уже не мог. Впрочем, кое-что он про
