убийства. Дело получило большую огласку, но он держался твердо. И постепенно злоба против него сменилась уважением к мужеству и высокой морали. Как говорил Масарик позднее, известность может начаться с ненависти. Ненависть же постепенно растает. Так филолог стал вождем чехов. В Первую мировую войну он был в эмиграции, боролся как мог на стороне Антанты против немцев. В 1915 году под руководством Масарика в Париже был создан чешский (позднее чехословацкий) Национальный совет, который выпустил манифест об участии в войне на стороне Антанты. Это послание постарались донести до чешских и словацких солдат австро-венгерской армии. И желание их воевать, и без того невысокое, упало ещё ниже.
После Первой мировой войны Масарик основал Чехословакию, которую назвали единственной настоящей демократией в Восточной Европе. Евреям там не приходилось жаловаться. Правда, красивая история?
А есть и другая, не менее красивая. Нигде не оказали в 20-е годы такой помощи русским белоэмигрантам, как в Чехословакии. Масарик в своей политике до Первой мировой войны ориентировался не на Россию, а на западные демократии. На Россию ориентировались его друзья-соперники. Но в тяжелый час он пришел на помощь русским эмигрантам. Тут много можно было бы еще рассказать, но это уже за пределами нашей темы. А для нас важно, что в 1927 году в ходе турне по Средиземноморью Масарик посетил с дружеским визитом Страну Израиля. Это был первый за время английского мандата визит к нам главы иностранного государства. И он был воспринят всем миром как поддержка сионизма. Словом, Томаш Масарик остался хорошим человеком в памяти людей. У нас есть поселок, названный в его честь — Кфар-Масарик, основанный в 1938 году выходцами из Чехословакии.
Впоследствии в Праге коммунисты старались стереть о нем память, но теперь его имя вновь возвращено всему, названному в его честь.
Но были и люди, не согласные с такой оценкой. Например, у судетских немцев было о нем другое мнение. Ибо когда они в 1919 году стали бурно возражать против присоединения Судет к Чехословакии, масариковского либерализма и гуманизма как не бывало. На улицах Карлсбада[51] лилась кровь: чехи расстреляли немецкую демонстрацию протеста. Ведь в Судетах немцы выступали отнюдь не как национальное меньшинство, а как конкурентная группа. А это совсем не одно и то же. Тогда, весной 1919 года, в Судетах погибло более 50-ти немцев, более 80-ти было тяжело ранено. По числу жертв похоже на Кишиневский погром. А ведь Масарик считался врагом насилия. Но признавал, что в самом крайнем случае может возникнуть нужда в применении оружия. Вот, надо понимать, такой случай и произошел.
Глава 86
Судетско-немецкая партия
В 1938 году Томаша Масарика с его огромным международным авторитетом уже не было. Он ушел в отставку по старости еще в 1935 году, в возрасте 85 лет. В 1937 году он умер, что было на руку Гитлеру. Достойной замены Масарику не нашлось. Президент Чехословакии Бенеш был фигурой помельче. И сын Томаша Масарика, Масарик-младший, тоже до уровня отца не дотягивал. А время наступало грозное. Как только Гитлер проглотил Австрию, все почувствовали, что и над Чехословакией собрались тучи. Три с половиной миллиона судетских немцев приободрились: для них появился свет в конце тоннеля. Хотя вовсе не были они под властью Праги так уж несчастны. Пока сидели тихо — их не трогали. Жить давали, и язык немецкий не преследовался. В Судетской области на немецком шло преподавание не только в школах, но и в высших учебных заведениях, кстати, хороших. Но… Все понятно, надеюсь. Собственно говоря, пробуждаться судетские немцы начали еще раньше. В 1933 году создается судетско-немецкая партия. Ее руководитель, школьный учитель Гейнлейн, объявляет, что начинает борьбу за автономию. Для начала всегда говорят об автономии, а уж потом выдвигаются более крупные требования. Кстати, Чехословакия и состояла из автономий: из Чехии, Словакии и закарпатской Украины, о которой речь тоже будет. И вот немцы вроде хотят лишь образования еще одной автономии. Чем они хуже других? Ничто еще не предвещает будущей грозы. Судетско-немецкая партия — не национал-социалисты. Борются демократическими методами. Запрещать не за что — вполне респектабельны. Однако в Праге не верят своим давним врагам и понимают, что будет означать немецкая автономия в Чехословакии, на западной границе, рядом с германским миром. И на уступки не идут. А Германия между тем быстро усиливается. Борющиеся с угнетением в Судетах соотечественники становятся там все более популярны, даже в тех кругах, где к нацистам еще относятся с сомнением. Впрочем, и в других странах они вызывают сочувствие. Как все угнетенные. Понимая это, судетско-немецкая партия ведет себя все нахальнее. В 1937 году уже завязывает связи с германской разведкой, начинает копить оружие. В феврале 1938 года Гитлер говорит о 10 миллионах соотечественников, которые должны объединиться с рейхом. 6,5 миллионов — это австрийцы. Они соединились с рейхом в марте 1938 года. 3,5 миллиона — судетские немцы. Было отчего встревожиться чехам! В самые первые дни после захвата Австрии немцы делают успокоительные заявления. Но Гейнлейн тут же едет к Гитлеру. Получает от него все нужные заверения. И в конце апреля на массовом митинге в Карлсбаде ультимативно требует не только широкой автономии (пока еще автономии!), но и легализации в Судетах национал-социалистов. Итак, маска сброшена. Судетский кризис начался.
Глава 87
«Бык с рогами улитки»
Вначале казалось, что Гитлеру дадут отпор. В мае чехи объявили мобилизацию резервистов. Тут надо сказать, что Чехословакия, хоть и не была великой державой, считалась-таки страной довольно сильной, а евреям на Земле Израильской представлялась еще значительнее. Чехия была развитой, имела солидную авиационную и танковую промышленность, которая, кстати сказать, способна была потягаться с танковой промышленностью великих держав и по качеству продукции, и по ее количеству (при этом часть танков шла на экспорт). Пушки завода «Шкода» славились ещё со времён Австро-Венгрии.
Лирическое отступление
В советских школах, когда на уроках географии изучали Чехословакию, врали.
Старались доказать, что страна была при капитализме хоть и не отсталой, но не слишком развитой. Доказательство: в чехословацком экспорте до войны стоимость продукции тяжелой промышленности была меньше стоимости легкой. А при социализме стало наоборот. Это была бесстыдная коммунистическая агитка. Во-первых, легкая промышленность Чехословакии имела мировое значение (особенно обувная, но не только). Оттуда и большой экспорт ее продукции. А во-вторых (и в главных), все цифры экспорта довоенной Чехословакии давались без учета экспорта оружия, а он был огромен — 10 %
