— Какой именно? — заданный вопрос заставил его искренне удивиться.
— Блондинки, что была со мной в твоём кабинете. Ей же шла короткая стрижка.
— Я отвечу по-другому. Когда женщина обнажена, мне нравится, чтобы волосы струились по спине и плечам, прикрывая грудь. Вот так, — спокойно сказал Ал’Берит и, взяв одну её прядь, положил спереди, касаясь при этом тыльной стороной ладони шеи и декольте.
Кожа Леи покрылась мурашками, хотя рука демона была очень горячей, и девушка, не смотря на опьянение, смутилась.
— Тебе лучше попрощаться со всеми и уехать домой.
— Возможно, — ответила она, понимая, что именно этого делать и не хочется.
— Я уже распорядился, чтобы Кхалисси Дагна ждала тебя на выходе из этого зала.
Напоминание о телохранительнице заставило Лею послушно последовать совету начальства. Ей стало стыдно, что она совсем забыла о подруге.
Странно, но прощание вышло лёгким. На этот раз никаких сложностей с подбором фраз не возникло. Герцог выразил сожаление, что гостья так быстро их покидает, но никто не стал её удерживать. И молодая женщина спокойно вышла, закрывая за собой дверь.
В помещении, где она находилась ранее, было довольно прохладно, а в коридоре, наоборот, очень жарко. От такого перехода температуры её резко разморило.
— Наконец-то, — недовольно проворчала Дайна, и Лея поспешила её «порадовать»:
— Я такая счастливая!
— Не сомневаюсь, — угрюмо хмыкнула демонесса в ответ. — До утра во всяком случае.
Девушка ничего не ответила. Она сделала несколько шагов и, вспомнив, что вроде как не обязана больше идти в обуви, сняла туфли. Это оказалось ошибкой. Мышцы никак не хотели расслабиться и вернуться в прежнее положение. Измученная лодыжка подкосилась. Давно нарушенная от алкоголя координация закончила дело. Лея грузно упала на пол.
— Дайна. Я не могу идти.
Она выразительно посмотрела на туфли, зажатые в правой руке. Воительница мучительно закатила глаза.
— Надеюсь, ты хоть петь не будешь? — ворчливо проговорила Дагна и помогла высокосветской особе подняться. Затем приобняла её, помогая идти.
— Не буду, — Лея энергично отрицательно помотала головой. — Я что? Алкоголик в одиночку петь? Хотя, давай вместе споём, а?
Телохранительница прошептала нечто нецензурное в ответ.
* * *
— Нет, вы представляете, как человек меня оскорбила? — неистово возмутился после ухода Леи Вердельит — известный соблазнитель женщин.
Одна из расшалившихся красоток, скрашивающих этот вечер Его превосходительства, рывком расстегнула мужскую сорочку, срывая пуговицы. Её глаза засияли вожделением. Ладони заскользили по телу, а губы с жаром начали целовать грудь демона, опускаясь всё ниже и ниже. Однако он лишь с силой оттолкнул живую игрушку ногой. Та приползла обратно, возобновляя занятие. На этот раз сие было принято Высшим более благосклонно.
— А в чём, собственно, оскорбление? Я бы могла сказать тоже самое, — язвительно заметила Ахрисса и, усмехаясь, взяла новый кубок. — После этой выходки мне даже захотелось переманить её у Ал’Берита к себе. Мои заместители такие занудные!
— Не получится, дорогая. Уж слишком жарко для неё в Крудэллисе.
Отказ виконта прозвучал с хорошо сыгранной долей сожаления. Так он выглядел и достаточно небрежно по отношению к человеку, и вместе с тем ставил точку в данном вопросе.
Баронесса с деланной обидой прищёлкнула языком, но ничего не сказала. Ал’Бериту стало понятно, что дальнейших притязаний не последует. Интерес азартной демонессы остался не затронут.
— Шутка вышла неплохая, но ничего более человек из себя не представляет. И потому очень быстро надоест, — холодно произнёс Хдархет, и герцог ему возразил:
— А я думаю, что не так уж проста эта женщина. Может, она и сама этого не осознаёт, но что-то в ней есть. Чего только стоит удача выжить после посещения Ада Херувимом и одним из Властей.
— И почему же она до сих пор жива?
Сей момент тревожил заместителя. Без подробностей стало бы безрассудством выбирать ту или иную стратегию. А разузнать нюансы не выходило. Те, кто явно должен был знать подоплёку вопроса, уходили от ответа, давая этим понять, что всё не так просто.
— Таково неофициальное распоряжение Князя и моя прихоть, — невозмутимо ответил Дзэпар, умалчивая, что это попутно является и требованием ангелов.
Конечно, на последнее обстоятельство можно было бы и не обратить внимание — не такая уж важность. Но это бы оскорбило и без того обидчивых жителей Рая. Лишние проблемы же Аду сейчас были ни к чему. Но докладывать обо всём этом и многих других обстоятельствах первому заместителю наместника Аджитанта герцог не собирался.
Между тем брови бескрылого горгула, являющиеся просто бугорками над глазами, поползли вверх.
— Распоряжение самого Светоносного?
— Я рассчитываю получить удовольствие от её присутствия в Аду, — Дзэпар, словно в неком предвкушении, громко засмеялся. — И пока получаю. Да и Князю нравятся забавные истории. Например, как та с домами развлечений.
Хдархет никак не отреагировал на неприкрытую подначку герцога и ядовитую улыбку своего повелителя. Он понял главное — смерть человека приведёт к не самым лучшим последствиям для него. Собственно, заместитель и не собирался устранять проблему таким образом. Это было бы крайне примитивно. Не таким уж противником являлась женщина, чтобы нельзя было доказать её несостоятельность. Другое дело, что предстояло сделать это так, чтобы Высшие оценили изобретательность самого Хдархета. Только так он мог восстановить своё пошатнувшееся положение и вернуть влияние на утраченные области. А там… Вполне и достигнуть большего.
— Может, хватит обсуждать человека? Я вот всё ещё жду сюрприза. Он ведь есть Ал’Берит? — перевела разговор на другую тему Ахрисса.
— Никак не мог тебя разочаровать, дорогая, — развёл руками виконт и с задором подмигнул демонессе.
После этих слов плитки пола начали скрываться по диагональным линиям одна под другую и открыли под собой огромную арену. Присутствующие воодушевились в ожидании зрелища.
* * *
Несколько позже в зале остались только Дзэпар, Ахрисса, Вердельит и Ал’Берит. Они сидели на смежных диванчиках и вели неспешную беседу. Герцог не стал нейтрализовать воздействие алкоголя, а потому его хорошее настроение привело к тому, что Ахрисса сидела у него на коленях, хотя он и не собирался возвращать бывшую любовницу.
— Знаешь, дорогая, — хитро посмотрев на демонессу, выпачканную кровью с ног до головы, сказал Ал’Берит. — Это ещё не все сюрпризы.
— И что ты от нас утаил? — игриво полюбопытствовала баронесса.
Виконт осмотрел своих гостей, выдерживая интригующую паузу. Затем на столике возле него появился сундучок, прекрасно знакомый всем присутствующим. Наместник Аджитанта поднял крышку и достал помятые бумаги. Вердельит с удивлением приподнял бровь. На его памяти глава службы архивов Ада никогда не обращался с хранимыми документами столь небрежно. Тем более странным ему показался напечатанный текст на одном из человеческих языков и оборотная сторона, исписанная корявым неровным почерком.
— И что это? Неужели стоит внимания? — скучающе осведомился герцог.
— Я зачитаю один отрывок. Если это покажется интересным, то могу и продолжить. Послушайте описание одного из членов клана Нирбасса… «И вот стоит этот трёхметровый дистрофик-богомол. Красный, как рак ошпаренный. Лапки передние хлипкие перебирает, словно наркоман во время ломки. Язык высовывает со свистом. Голова дурная и малюсенькая, а зад огромный. Но это оправданно, иначе его шесть страусиных ножек не поместятся. Кентавры из фаллаута отдыхают. О, на скольких животных похож! Тетраморф, блин, настоящий. И надето на это чудо генетических недоразумений ярко синее безобразие с жабо. Невообразимая жаба Шапокляк».
Демоны не смеялись только потому, что ошарашено смотрели на виконта. Затем, наконец-то заходясь в смехе, близком к истеричному, Ведельит нарушил молчание:
