— Эта программа производства новых лайнеров обещает стать для нас самой прибыльной за всю историю. Этот контракт принесет нам очень много денег. Дом Верниусов будет получать двадцать пять процентов той суммы, которую удастся сэкономить Гильдии в течение первых десяти лет эксплуатации новых кораблей.
Ошеломленный Лето вспомнил мелкий бизнес Каладана: выращивание риса-пунди, разгрузка морских судов и та невероятная радость, которую жители планеты изливали на старого герцога после боя быков.
Из громкоговорителей, вмонтированных в стены огромной пещеры, оглушительно завыла сирена. Внизу, словно подхваченные магнитным полем железные опилки, субоиды в спешке покидали стены корпуса готового к вылету корабля. В окнах высоких домов-сталактитов начали мигать огоньки. Зрителей заметно прибавилось. Лето мог рассмотреть маленькие фигурки, прилипшие к стеклам окон.
Ромбур встал рядом с Лето, среди зрителей воцарилась благоговейная тишина.
— Что же будет дальше? — спросил Лето.
— Навигатор уведет отсюда корабль, — ответил К'тэр.
— Он улетит с Икса и начнет свои полеты, — добавил Д'мурр.
Лето посмотрел на монолитный каменный потолок исполинской пещеры, непроницаемый барьер из коры планеты, и понял, что это физически невозможно. В этот момент он услышал какое-то едва слышное жужжание.
— Вывести отсюда этот корабль нетрудно — э… по крайней мере не так трудно, как посадить его сюда или в такое же замкнутое пространство. На такое способны только самые опытные штурманы Гильдии.
Лето смотрел во все глаза, как, впрочем, и все остальные зрители, стремясь не упустить ни малейшей подробности диковинного чуда. На его глазах корабль начал терять свои очертания и вдруг вовсе исчез.
Воздух внутри пещеры содрогнулся от страшного удара волна прошла в вакуум, образовавшийся на месте только что бывшего здесь огромного корпуса межзвездного корабля. Здание содрогнулось, и Лето почувствовал, что у него вот-вот лопнут барабанные перепонки.
Грот был совершенно пуст — огромное пространство без всяких следов лайнера; осталось только монтажное оборудование, да на полу и стенах пещеры были видны выгоревшие пятна.
— Ты на всю жизнь запомнишь, как: навигатор управляется с кораблем, — сказал Д'мурр, видя замешательство Лето.
— Он свертывает пространство, — сказал К’тэр. — Лайнеры не проходят сквозь кору Икса. Навигатор просто улетает отсюда к месту назначения.
Некоторые зрители принялись аплодировать. Ромбур не мог скрыть удовольствия, глядя на опустевший стапель, протянувшийся, на сколько хватало глаз.
— Теперь у нас есть место для строительства нового корабля!
— Простая экономика, ~ сказала Кайлея, с притворной застенчивостью потупив взор. — Мы не тратим времени даром.
~ ~ ~
Наложницы-рабыни, разрешенные моему отцу соглашением между Бене Гессерит и Гильдией, не могли, конечно, рожать наследников, но интриги не прекращались и угнетали своей похожестью. Мы, я, мои сестры и мать, приобрели немалую сноровку в умении избегать смерти от яда.
Принцесса Ирулан. «В доме моего отца»
Класс для учебных занятий кронпринца Шаддама, расположенный в императорском дворце, своими размерами превосходят деревню средней величины. Наследник Дома Коррино грустил возле обучающей машины, а Фенринг внимательно наблюдал за своим патроном.
— Мой отец все еще хочет, чтобы я, словно малый ребенок, сидел в классе и зубрил уроки. — Шаддам с отвращением покосился на мигающие огоньки дисплея обучающей машины. — Мне уже давно пора жениться и самому иметь наследников императорского престола.
Фенринг хмыкнул:
— Зачем? В таком случае трон может перейти к наследнику через поколение, если, не дай бог, ваш сын успеет вырасти.
Шаддаму было уже тридцать четыре года, но до получения императорской власти, казалось, была вечность. Каждый раз, когда старик выпивал свое любимое пряное пиво, тайный яд начинал свое разрушительное действие, но н'ки работает медленно, а пока его действие проявлялось только в усилении иррационального поведения императора. Стоило ради этого идти на преступление!
Не далее как сегодня утром Эльруд снова упрекнул Шаддама за нерадение в учебе.
— Учись как следует, — сказал ему отец. — Учись у Фенринга.
С самого детства Фенринг посещал занятия вместе с кронпринцем. Усердие Фенринга, впрочем, было показным. Он составлял компанию принцу только для того, чтобы проникнуть в механику придворных интриг и тайны закулисной политики. Правда, успехи Фенринга в учебе были куда лучше, чем у его августейшего товарища. Хазимир буквально пожирал любую информацию, которая могла укрепить его позиции.
Мать Фенринга, Чаола, скрытная придворная фрейлина после смерти четвертой жены императора Хаблы уединилась в доме и жила на имперскую пенсию. Воспитывая двух сыновей и одновременно служа императрице, Чаола дала им шанс стать чем-то большим, нежели простыми слугами. Было такое впечатление, что она спланировала это заранее.
В последнее время Чаола делала вид, что не понимает, чем ее сын занят при дворе, хотя и была воспитана в Общине Сестер Бене Гессерит. Фенринг же был достаточно хитер для того, чтобы понимать, что его мать знает гораздо больше, чем ей положено по чину, и что он вряд ли знает о тех планах и селекционных схемах, в воплощении которых участвовала Чаола.
В этот миг Шаддам издал горестный стон и отвернулся от машины.
— Ну почему эта старая тварь не может просто умереть? Как бы это упростило все дело! — Слова вырвались неожиданно, и Шаддам в смятении приложил ладонь ко рту.
Фенринг прошел по длинному залу, глядя на свисавшие со стен знамена Ландсраада. Кронпринцу полагалось знать флаги и гербы всех Великих и Малых Домов, но Шаддам с трудом запоминал даже имена своих ближайших родственников.
— Терпение, мой друг. Все придет в свое время.
В одной из ниш Фенринг остановился у курящейся палочки, пахнувшей ванилью, и с наслаждением вдохнул ароматный дым.
— А пока изучай предметы, важные в деле правления. Эти сведения понадобятся тебе в самом ближайшем будущем, ахххм, да?
— Оставь наконец свое бесконечное хмыканье, Хазимир. Оно меня раздражает.
— Хммх?
— Оно раздражало меня еще в детстве и, как ты знаешь, злит до сих пор. Прекрати немедленно!
Из расположенной рядом комнаты, отделенной от класса якобы звукоизолирующим экраном, раздавались хихиканье тутора, шелест одежд, скрип кровати и сладострастный звук соприкосновения обнаженных тел. Тутор проводил день в обществе порочной, дьявольски красивой женщины, прошедшей специальную сексуальную подготовку. Шаддам отдал ей соответствующий приказ, и теперь тутор нисколько не мешал им с Фенрингом. Они могли вести свои опасные тайные разговоры, не опасаясь подсматривающих глаз и подслушивающих ушей, которыми дворец буквально кишел от подвала до крыши.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
