Леди Доусон резко повернулась и зашагала к другим гостям. Мэг даже не посмотрела ей вслед. Она была слишком зла.
Эта женщина невыносима! Обвинить Мэг в том, что она играет чувствами Паркса…
Гром и молния! Нет слов, чтобы выразить свое возмущение по этому поводу!
– Мисс Петерсон, как я рада вас видеть! – На мисс Уизерспун сегодня было надето сари цвета терракоты, а волосы украшены двумяжелтыми перьями. Она улыбнулась Мэг, накладывая себе на тарелку целую гору пирожков с омаром. Схватив последний она виновато посмотрела на Мэг, замерла, не донеся пирожок до своей тарелки, и со вздохом отпустила свою добычу. – Попробуйте пирожки с омарами, пока они не закончились.
– Вы их рекомендуете?
Мэг осмотрелась. Кроме мисс Уизерспун и ее самой, в комнате, где были приготовлены закуски, никого не оказалось.
– Да, безусловно. Они самые лучшие из всего, что мне приходилось пробовать, а я, поверьте, настоящий знаток!
– Понятно. – Мэг снова посмотрела на стол. Она всмотрелась в одинокий кусочек теста с начинкой из омаров. Обычно ей нравилось это блюдо, но сейчас она все еще была слишком взбудоражена встречей с леди Доусон и не могла даже помыслить о еде. – К сожалению, мне не хочется есть.
Мисс Уизерспун схватила последний пирожок раньше, чем Мэг успела закончить фразу.
– Может, вы отведаете тушеного угря?
– Нет.
Мисс Уизерспун положила себе на тарелку порцию угря.
– Не могу понять, зачем вы пришли сюда, если вам не хочется есть, мисс Петерсон.
– Э…
Мэг не нашлась что ответить. Просто ей было необходимо как можно дальше уйти от леди Доусон и площадки для. Крокета. И как можно дальше от Паркса. Господи! Пытаясь не столкнуться с леди Доусон, она едва не наткнулась на него: он разговаривал с Чарлзом у декоративного пруда.
Может, бокат лимонада поможет ей успокоить нервы.
– Эти аристократические собрания довольно скучны, вы не находите? – Мисс Уизерспун завершила свой выбор, отправив на тарелку ложку пудинга. – Уровень бесед прискорбно низкий.
– Гм…
Лимонад не помог. Какая-то женщина хотела войти в комнату, но, увидев мисс Уизерспун, ушла.
– Пожалуйста, посидите со мной. – Мисс Уизерспун схватила Мэг за локоть и повела к столику у окна. – Я хотела с вами поговорить.
Надо надеяться, что Паркc не проголодается. Мэг посмотрела в окно. Ей хорошо был виден газон у дома. Как только она заметит, что он приближается, тотчас сбежит.
– Я получила письмо от моей приятельницы Пруденс. Через две недели мы отправляемся в Южную Америку. Поплывем вверх по Амазонке и будем исследовать джунгли. Я сразу же подумала о вас. Присоединяйтесь к нам!
Мэг перестала всматриваться в окно и воззрилась на мисс Уизерспун. Та подцепила на вилку тушеного угря и улыбнулась.
– Ох, я…
Амазонка! Это же ботанический рай! Мэг даже не мечтала о том, чтобы попасть на Амазонку. Богатство и разнообразие растительности. Она наверняка найдет там новые виды.
Но почему она не испытывает восторга? И почему постоянно думает о Парксе, хотя старается изгнать его из своих мыслей?
– Не знаю, право…
– Чепуха! – Мисс Уизерспун нацепила на вилку еще кусок угря. – Будьте решительной, мисс Петерсон. Вам ведь уже исполнился двадцать один год, верно?
– Да, но Эмма…
– Ха! Пора вашей сестре перестать опекать вас. Вы взрослая женщина. Вам надо найти свое место в жизни. – Мисс Уизерспун подалась к ней: – Послушайте меня, мисс Петерсон. Если вы не изберете свой путь, ваша сестрица и моя подруга Сесилия выберут его за вас, и он приведет вас прямо в постель к Пинки!
Мэг судорожно глотнула. Мысль о том, чтобы попасть в постель к мистеру Паркеру-Роту, вызвала множество пугающих перемен в ее теле, перемен, которые стали в последнее время для нее почти привычными. Она приказала своему предательскому телу прекратить трепетать от радостного предвкушения. Этот мужчина либо до сих пор страдает по леди Доусон, либо решил никогда не жениться. А возможно, и то и другое.
– Ну, что скажете, мисс Петерсон? Присоединяетесь к нам? Жизнь должна быть полна приключений.
– Да-да, вы правы. Простояне…Это так неожиданно. Мне надо подумать.
– Ну, думайте, но не слишком долго. Удачный шанс стучит в дверь всего раз. Вы должны быть готовы открыть ему…
– Э…
Единственная дверь, которую она смогла в этот момент себе представить, была дверь спальни мистера Паркера-Рота.
Печально, что слово «приключение» наводит ее на мысль о физиологии, а не о ботанике.
– Непременно подумаю.
– Фелисити, это неподходящее место для таких занятий! Нас в любой момент могут заметить.
– Бенни, не надо так тревожиться. Сосредоточься на главном.
Фелисити ласково погладила «главное», и виконт резко втянул в себя воздух.
– Фелисити!
Его голос понизился до напряженного шепота. Он поворачивал голову то вправо, то влево, его взгляд постоянно обшаривал местность. Но его…
– Мы же на виду!
– Только для тех, кто пойдет со стороны дома. Возвращающиеся от крокетной площадки или от реки смогут нас увидеть, лишь когда обойдут эту чудесную живую изгородь. – Она расстегнула его панталоны. – А в доме почти никого не осталось.
Он схватил ее за запястье.
– «Почти» не значит «никого».
Фелисити рассмеялась и пустила в ход вторую руку. Было так забавно его дразнить! Ей еще не приходилось флиртовать со столь степенным мужчиной!
А так, как сейчас, вообще никогда. Она считала, что все мужчины одинаковы.
Фелисити ошибалась. Бенни оказался совершенно уникальным!
– Я буду начеку.
Она провела пальцем по его удлиняющемуся жезлу. Бенни оказался на редкость сильным мужчиной. Она ждет не дождется, когда сможет полностью насладиться им, точнее, его жезлом.
Говоря по правде, она просто не может ждать. Финансовое положение отца стремительно ухудшается. Не исключено, что Беннингтон бросит ее, если узнает о его долговых обязательствах до того, как они сочетаются браком. Это станет скандалом, но в свете его простят. Она ведь просто дочь графа-греховодника, лорда Нидема.
Нелепая боль возникла у нее в области сердца. Неужели Бенни бросит ее, если узнает, что она на грани нищеты? Вполне возможно. У нее нет оснований считать, что он питает к ней какие-то чувства, кроме плотского желания. Но ведь мужчинами часто движут именно плотские желания!
Ей необходимо надеть обручальное кольцо прежде, чем и свете пройдет слух о финансовом крахе ее отца. Проблема в том, что лорд Беннингтон изъявил желание устроить. пышную свадьбу, чувство собственного достоинства было у него весьма велико.
Фелисити надеялась, что именно плотское желание убедит его собственное достоинство в том, что поспешное принесение обетов по специальному разрешению было бы намного более удачным вариантом.
