судьями, которые стояли на балконе.
Вспыхнула молния, и мы увидели парящую над нами Гекату: её руки и ноги были раскинуты в стороны, а лицо искажено гневом.
– Как ты смеешь спорить со мной, Анубис? – закричала она. – С Мелом должны были разобраться мы. Я сказала, что мы арестуем его, но вместо этого ты привел его на суд.
Осирис начал медленно отступать, и когда молния вспыхнула в очередной раз, я увидела, что он исчез.
Однако Анубис, кажется, стал выше ростом. Его уши почернели, собачьи глаза сузились, он зарычал и оскалился.
– Теперь ты в наших руках, Геката. Здесь мы живём по своим правилам. Твой преступник нарушил наши законы и получил доступ к книге, воспользовавшись телом другого человека, что запрещено. Он также при помощи колдовства заставил существ из подземного царства следовать за ним, определённо с дурными намерениями, поэтому и был наказан. Твоё правосудие здесь не работает.
А потом произошло нечто ещё более странное: тело Гекаты вытянулось, и она превратилась в огромную белоснежную кошку с сияющими голубыми глазами.
Анубис громко залаял, подпрыгнул вверх и бросился в погоню. Они начали бороться, оглашая окрестности громким кошачьим воем и лаем.
Я вспомнила, что Геката могла менять свой внешний облик, и подумала, зачем она решила превратиться в кошку, ведь у Анубиса была голова собаки.
Словно прочитав мои мысли, Эди шепнул:
– Она не совсем сумасшедшая. Он её не убьёт. Египтяне любили кошек.
Я подняла брови, надеясь, что он прав. Раздался последний удар грома, сверкнула молния, а потом посветлело, и наступила тишина.
Бедняжка Лоис, которая успела зажмуриться от страха, медленно открыла глаза, продолжая крепко держаться за маму.
– Всё закончилось? – спросила она. – Мы уже дома? Я проголодалась.
Я увидела, как Эди с отвращением наморщил нос.
– Что, опять? – со вздохом спросила я и подумала, что хуже уже быть не может. Эди смущённо кивнул.
– Лоис! – простонала я. – Ты не могла бы держать свои газы при себе?
– Это не я, – надулась она.
– Милая, и мы тут тоже ни при чём, – ласково сказала мама.
– Я ничего не почувствовала, – заявила Лоис, как будто ничего не произошло.
– Значит, не считается, – нехотя согласилась мама.
– Погодите! – испуганно воскликнул Эди. – А где все?
Мы огляделись – огромный зал был пуст. Судьи ушли. Осирис и весы исчезли. Анубис и Геката больше не боролись в небе.
Я огляделась в поисках последнего, что осталось от Мела Вайна – его золотого зуба, – но и он тоже загадочным образом исчез.
Мама выбежала наружу, и мы последовали за ней, надеясь, что кто-нибудь скажет нам, как вернуться домой. Река была неподвижна. Не было больше камней, акул и лодок.
– О нет! – растерянно воскликнула мама. – Что же нам теперь делать?
Внезапно меня осенило, и я улыбнулась.
– Я кое-что достану из рюкзака и вытащу нас отсюда.
Я сунула руку в рюкзак и с довольным видом достала оттуда белую свечу.
31
Мечты сбываются
– Свеча? – удивилась мама. – Как это нам поможет, Рози?
– Ребята, помните, – обратилась я к Эди и Лоис, – когда мы искали Филлис, у нас было три свечи, и мы с Эди использовали наши?
– Да, я использовал свою свечу, чтобы отправиться в Индию и увидеться с двоюродной сестрой, а твою мы зажгли на пути к кротовой норе, – вспомнил Эди.
– Это моя свеча! – воскликнула Лоис. – Я так и не использовала свою. Ура! – Внезапно её лицо погрустнело. – Не могу вспомнить, что я пожелала…
– Зато я могу. – Я улыбнулась и зашептала Лоис на ухо.
Лоис широко улыбнулась, схватила Би и начала приплясывать на месте.
Мама с недоумением уставилась на нас.
– Кто-нибудь объяснит мне, что происходит? Я очень хочу отсюда выбраться. Ужасно хочется чаю.
– Если мы зажжём свечу, желание Лоис сбудется, ну, я на это надеюсь. А она хотела полетать на метле Фрэнсис. Если нам повезёт, Фрэнсис появится и отнесёт нас домой. – Я дала свечу Лоис, и она торжественно взяла её в руки, как будто это была Нобелевская премия мира. Я заметила на лице Эди недоумение.
– Я знаю, что ведьмы не могут входить в библиотеку Акаши, но мы ведь вызываем её не туда, а в книгу, – объяснила я.
Эди с сомнением посмотрел на меня, но я надеялась, что права. Я порылась в рюкзаке, вытащила коробку спичек и осторожно зажгла свечу.
Кажется, мы все затаили дыхание. Я увидела, что Эди закрыл глаза. Сестрёнка выглядела восторженной, мама – взволнованной, а я спокойно ждала, хотя моё сердце бешено билось.
Внезапно мы услышали в небе тихое гитарное соло. Мы подняли головы, и музыка стала громче. Мы прищурились и разглядели фигуру, стоявшую или, точнее, балансирующую на метле и делающую вид, будто играет на гитаре, роль которой выполняла метла поменьше.
Конечно, это была Фрэнсис. Музыка оказалась необыкновенно заразительной, и когда Фрэнсис с широкой улыбкой на лице приблизилась к нам, мы начали приплясывать на месте.
Её юбка развевалась на ветру, открывая гольфы телесного цвета – один из них был наполовину спущенным. Кажется, Фрэнсис знала все слова наизусть. Конечно, это была её любимая Queen. А в припеве она вместо «упадёт молот» пела «упадёт метла».
Мы любезно дали ей закончить, потому что Фрэнсис любила петь. После этого она осторожно посадила метлу Венди на берегу реки рядом с Залом двух истин.
– Привет, ребята! – взволнованно закричала она. – Привет, Рэй! – осторожно добавила она, обращаясь к маме. – Рада вас видеть. Я как раз думала, что же там происходит, когда Венди постучала меня по плечу, и мы полетели!
Лоис бросилась к Фрэнсис, обняла её и поцеловала.
– Я пожелала тебя, Фрэнсис, чтобы полетать на твоей метле.
– Но ты ведь уже на ней летала, крошка. Разве не помнишь? – рассмеялась Фрэнсис.
– Мы не были уверены, что это сработает, потому что тебе нельзя входить в библиотеку Акаши, – сказала я, чувствуя огромное облегчение.
– Конечно, ты права, Рози, но, чтобы попасть сюда, мне не нужно было входить в библиотеку. Желание, которое Лоис загадала на свечу – очень могущественная магия, потому что её создали во время одного события, обладавшего сильной энергией. В ней заключена сила не одного человека, а сотен людей.
– Благодаря мне мы можем вернуться домой, – с гордостью заявила Лоис.
– Конечно. Подойди-ка сюда, детка. Вам удалось забрать книгу? – серьёзно спросила Фрэнсис.
Эди протянул ей книгу – золотые буквы мерцали в лучах жаркого солнца.
– Вот она,
