– Я – Анри д'Ожерон, а это – моя сестра.
– Д'Ожерон? – удивился Блад. – Не родственник ли моего доброго
приятеля – губернатора острова Тортуга?
– Это мой отец.
– Да сохранят нас все святые! Вы что, Левасер, совсем сошли с ума?
Сначала вы нападаете на наших друзей – голландцев, потом берете в плен двухсвоих соотечественников. А на поверку выходит, что эти молодые люди – детигубернатора Тортуги, острова, который является единственным нашим убежищем вэтих морях…Левасер сердито прервал его:
– В последний раз повторяю, что это мое личное дело! Я сам отвечу за
это перед губернатором Тортуги.
– А двадцать тысяч песо? Это тоже ваше личное дело?
– Да, мое.
– Ну, знаете, я совсем не намерен соглашаться с вами. – И капитан
Блад спокойно уселся на бочонок, на котором недавно сидел Левасер. – Небудем зря тратить время! – сказал он резко. – Я отчетливо слышалпредложение, сделанное вами этой леди и этому джентльмену. Должен такженапомнить вам, что мы с вами связаны совершенно строгим договором. Выопределили сумму их выкупа в двадцать тысяч песо. Следовательно, эта суммапринадлежит вашей и моей командам, в тех долях, какие установлены договором.Надеюсь, вы не станете этого отрицать. А самое неприятное и печальное – этото, что вы утаили от меня часть трофеев. Такие поступки, согласно нашемудоговору, караются, и, как вам известно, довольно сурово.
– Ого! – нагло засмеялся Левасер, а затем добавил: – Если вам не
нравится мое поведение, то мы можем расторгнуть наш союз.
– Не премину это сделать, – с готовностью ответил Блад. – Но мы
расторгнем его только тогда и только так, как я найду нужным, и это случитсянемедленно после выполнения вами условий соглашения, заключенного нами передотправлением в плавание.
– Что вы имеете в виду?
– Постараюсь быть предельно кратким, – сказал капитан Блад. – Я не
буду касаться недопустимости военных действий против голландцев, захватафранцузских пленников и риска навлечь гнев губернатора Тортуги. Я принимаювсе дела в таком виде, в каком их нашел. Вы сами назначили сумму выкупа заэтих людей в двадцать тысяч песо, и, насколько я понимаю, леди должнаперейти в вашу собственность. Но почему она должна принадлежать вам, когда,по нашему обоюдному соглашению, этот трофей принадлежит всем нам?Лицо Левасера стало мрачнее грозовой тучи.
– Тем не менее, – добавил Блад, – я не намерен отнимать ее у вас,
если вы ее купите.
– Куплю ее?
– Да, за ту же сумму, которая вами назначена.
Левасер с трудом сдерживал бушевавшую в нем ярость, пытаясь как-тодоговориться с ирландцем:
– Это сумма выкупа за мужчину, а внести ее должен губернатор Тортуги.
– Нет, нет! Вы объединили этих людей и, должен признаться, сделали это
как-то странно. Их стоимость определена именно вами, и вы, разумеется,можете их получить за установленную вами сумму. Вам придется заплатить заних двадцать тысяч песо, и эти деньги должны быть поделены среди нашихкоманд. Тогда наши люди, быть может, снисходительно отнесутся к нарушениювами соглашения, которое мы вместе подписали.Левасер зло рассмеялся:
– Вот как?! Черт побери! Это неплохая шутка.
– Полностью с вами согласен, – заметил капитан Блад.
Смысл этой шутки заключался для Левасера в том, что капитан Блад сдюжиной своих людей осмелился явиться сюда, чтобы запугать его, хотя он,Левасер, мог бы легко собрать здесь до сотни своих головорезов. Однако приэтих своих подсчетах Левасер упустил из виду одно важное обстоятельство,которое правильно учел его противник. И когда Левасер, все еще смеясь,
повернулся к своим офицерам, чтобы пригласить их посмеяться за компанию, онувидел то, от чего его напускная веселость мгновенно померкла. Капитан Бладискусно сыграл на алчности авантюристов, побуждавшей их заниматься ремесломпиратов. Левасер прочел на их лицах полное согласие с предложением Бладаподелить между всеми выкуп, который их вожак думал себе присвоить.Головорез на минуту задумался и, мысленно кляня жадность своих людей,вовремя сообразил, что он должен действовать осторожно.
– Вы не поняли меня, – сказал он, подавляя в себе бешенство. –
Выкуп, как только он будет получен, мы поделим между всеми. А пока девушкаостанется у меня.
– Это дело другое, – проворчал Каузак. – Тогда все устраивается само
собой.
– Вы так полагаете? – заметил капитан Блад. – А если губернатор
д'Ожерон откажется внести этот выкуп? Тогда что? – Он засмеялся и не спешавстал. – Нет, нет! Капитан Левасер хочет пока оставить у себя девушку?Хорошо. Пусть будет так. Но до этого он обязан внести выкуп и взять на себяриск, связанный с тем, что мы можем и не получить его.
– Правильно! – воскликнул один из офицеров Левасера.
А Каузак добавил:
– Капитан Блад прав. Это соответствует нашему договору.
– Что соответствует договору? Болваны! – Левасер терял самообладание.
– Дьявол вас разорви! Откуда я возьму двадцать тысяч песо? У меня нет и
половины этой суммы. Я буду вашим должником, пока не заработаю таких денег.Вас это устраивает?Пираты одобрительно зашумели. Можно было не сомневаться, что это ихустраивало бы, но у капитана Блада были иные соображения:
– А если вы умрете до того, как заработаете такую сумму? Ведь наша
профессия полна неожиданностей, мой капитан.
– Будьте вы прокляты! – заревел Левасер, побагровев от злости. – Вас
ничто не удовлетворит!
– О, совсем нет. Двадцать тысяч песо и немедленный дележ.
– У меня их нет.
– Тогда пусть пленников купит тот, у кого есть такие деньги.
– А у кого же, по-вашему, они есть, если их нет у меня? Кто может
