Вигор потрепал своего друга по плечу, подбадривая его.
Потупив взгляд, Иосип признался в своем преступлении.
– Ночью я кувалдой разбил мраморный фасад склепа и проник внутрь.
– И ты нашел череп и книгу.
– Помимо других вещей.
– Каких?
– Я обнаружил завещание епископа, его письменное признание, запаянное в бронзовой трубке. В нем он рассказал про то, что нашел место захоронения Аттилы. Один крестьянин случайно наткнулся на него на дне пересохшего русла – но обнаружил, что склеп пуст, разорен давным-давно. Остался только железный ларец на постаменте, внутри которого лежали ценные реликвии.
– Череп и книга.
– Суеверный страх побудил крестьянина обратиться к своему епископу. Он решил, что наткнулся на место тайного сборища ведьм. Выслушав его рассказ, епископ собрал двенадцать преданных друзей и вместе с ними направился к могиле.
– Это те самые двенадцать человек, которые были сожжены на костре, – вставил Вигор.
– Совершенно правильно. Спустившись на дно реки, искатели обнаружили, кто разорил склеп. Они нашли визитную карточку, оставленную грабителем, – золотой браслет с изображением феникса, сражающегося с демонами, и внизу имя Чингисхана.
Значит, это Чингисхан разыскал могилу Аттилы?..
Вигор рассудил, что это не выходит за рамки возможного. Империи двух великих завоевателей, хотя и разделенные столетиями, пересекались в географическом плане. Судя по всему, до Чингисхана дошли рассказы о тайной гробнице Аттилы и спрятанных в ней сокровищах. Монгольским полчищам так и не удалось полностью покорить Венгрию, но на протяжении нескольких десятилетий они регулярно совершали там опустошительные набеги. Должно быть, как-то раз один из пленников проговорился – скорее всего, под пытками, – и гробница была обнаружена и разорена.
Однако все это не давало ответ на главный вопрос.
Вигор пристально посмотрел на своего друга.
– Но каким образом в склепе Аттилы оказались череп Чингисхана и книга, переплетенная в его кожу?
– Все это произошло из-за пророчества, предвещающего конец света.
Иосип кивнул Санджару, который только и ждал этого знака. Он принес несколько листов бумаги, каждый из которых был бережно уложен в отдельный файл.
– Эти страницы также были обнаружены в склепе Аттилы.
Санджар разложил листы перед Вигором. Тот взглянул на древние документы с едва различимым рукописным текстом. Прищурившись, монсеньор прочитал слова, написанные на латыни, и перевел вслух первые строчки:
– «Это последнее свидетельство Ильдико, родной дочери короля Бургундии Гундиоха. На пороге смерти я обращаюсь этими словами из прошлого в будущее…»
Узнав это имя, Вигор оторвал взгляд от старинного текста.
– Ильдико была последней женой Аттилы. Многие считают, что она отравила предводителя гуннов во время свадебного пиршества.
– Она прямо признаётся в своем преступлении на этих страницах. – Иосип похлопал по листам. – Читай не спеша. Ильдико написала свое признание, погребенная живьем в склепе рядом с телом Аттилы, которого она убила по приказу церкви.
– Что? – в голосе Вигора прозвучало потрясение.
– Папа Лев Великий через посредников поручил ей вернуть то, что он сам передал Аттиле год назад, – зловещий дар, призванный запугать суеверного предводителя гуннов и заставить его отвернуть свои полчища от ворот Рима.
Вигор знал об этой судьбоносной встрече – знал все, кроме одной существенной подробности.
– Что именно передал понтифик Аттиле?
– Шкатулку. Точнее, три шкатулки, вложенных одна в другую. Наружная железная, затем серебряная и, наконец, золотая.
Такими же в точности были гробы Аттилы.
Предводитель гуннов скопировал дар понтифика для своей собственной гробницы?
– Что находилось внутри шкатулки? – спросила Рейчел, сразу переходя к сути дела.
– Во-первых, череп с надписью на арамейском языке.
Вигор представил себе письмена, которые изучал в Риме.
– Значит, в шкатулке лежал оригинал реликвии, который был использован как образец для работы над черепом Чингисхана.
Монк ткнул большим пальцем в сторону завернутых в упаковочную пленку предметов.
– То есть череп Чингисхана – это лишь ксерокопия другого, древнего черепа. Зачем это понадобилось?
На этот вопрос ответила Рейчел.
– Кто-то хотел, чтобы надпись на черепе – молитва с просьбой предотвратить конец света – сохранилась в истории.
– Но зачем? – обиженно вмешалась Джада. – К чему такие усилия, чтобы сберечь эту информацию, если с пророчеством о конце света ничего нельзя сделать?
– Кто сказал, что с ним ничего нельзя сделать? – встрепенулся Иосип. – Я сказал, что череп был одним из предметов, спрятанных в трех вложенных друг в друга шкатулках.
– Что там еще было? – спросил Вигор.
– Если верить Ильдико, шкатулки вместе со своим содержимым прибыли из Персии, от несторианской секты христианской церкви. Драгоценная реликвия была отправлена в Вечный город на хранение в расчете на то, что она будет оставаться там нетронутой до скончания времен.
– Или, по крайней мере, до даты, указанной на черепе, – поправил Вигор.
Иосип кивнул, признавая правоту его слов.
– Папа Лев передал этот дар Аттиле, не сознавая в полной мере, что это такое. Лишь после того, как посланник-несторианец прибыл из Персии и объяснил понтифику истинное значение реликвий, папа понял свою роковую ошибку.
– И отправил девчонку вызволять сокровище, – презрительно фыркнул Монк.
– Возможно, это был единственный способ приблизиться к Аттиле, – возразил Иосип. – Но в конечном счете Ильдико потерпела неудачу. Должно быть, предводитель гуннов каким-то образом проведал, что оказалось у него в руках, и надежно спрятал дар папы Льва.
– Так что же это было? – спросил Вигор.
– По словам самой Ильдико, небесный крест, высеченный из звезды, которая упала на землю далеко на востоке.
– Метеорит, – встрепенувшись, вставила Джада.
– Скорее всего, – согласился Иосип. – Из упавшей звезды был высечен крест, который затем преподнесли святому гостю, пришедшему на восточные берега распространять слово нового Бога, имеющего воскресшего сына.
Вигор снова бросил взгляд на завернутые реликвии, представляя себе Евангелие, переплетенное в человеческую кожу.
– Ты говоришь о святом Фоме, – с благоговейным почтением произнес он. – Китайский император, ко двору которого прибыл апостол Фома, преподнес ему недавно вырезанный крест.
Историки с готовностью принимали утверждение о том, что святой Фома добрался до Индии, где и принял мученическую смерть. Однако некоторые ученые считали, что апостол мог побывать и в Китае, а может быть, даже и в Японии.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
