Тушь для ресниц, контур для губ, тональный крем, румяна… НЕОБХОДИМЫ КАК ВОЗДУХ.
Пижама… да!
Запасной свитер… просто чтобы обновить одежду на следующий день… глупости… ВЗЯТЬ ОБЯЗАТЕЛЬНО!
Еще одни брюки… вдруг эти испачкаются… поездка всего на два дня… а если Барков не уложится со своими делами в два дня?.. Ох… брать или нет?.. Лучше оставить… прощайте, брючки…
Черные бархатные туфли… надо же в чем-то ходить по гостинице… БЕЗ НИХ НИКАК.
Тапочки… в пижаме и в туфлях с каблуком семь сантиметров – смешно?.. Нет, ну почему же… тапочки остаются дома.
И так далее.
Промучившись час, Таня собрала вещи (к ее собственному удивлению, они поместились в одной небольшой сумке), позавтракала на дорожку кусочком лимонного кекса с чаем и села за стол в ожидании звонка от Баркова.
«Как мы поедем?.. Будем молчать или разговаривать?.. Хорошо это все или плохо? Интересно, какие у него дела в Нижнем Новгороде… и зачем он берет меня с собой? Надо его об этом спросить… Четыре часа на машине… или пять… туда и обратно. Ночь в гостинице. Задольская… как она отнеслась к тому, что мы едем вдвоем?.. Какая разница! А все же…»
Мобильный телефон запел, и Таня вздрогнула.
– Да, проснулась… да, жду… Очень рада, что вы не опоздали, – она оторвала трубку от уха, показала ей язык и продолжила разговор. – Спущусь через пару минут.
Около двери Таня на миг задержалась, глубоко вздохнула и улыбнулась. Счастливо улыбнулась.
– А куда же делась ваша вечная небритость?
– Захотелось перемен, – ответил Павел и автоматически потер чисто выбритую щеку. Он положил руки на руль и спросил: – Поехали?
– Ага, – кивнула Таня и расстегнула «молнию» куртки.
Все оказалось не так, как она себе представляла, – стоило сесть в машину, и напряжение улетучилось, обиды растворились в воздухе, и даже положение «начальник – подчиненный» поблекло и не слишком-то задевало. То ли дорога сблизила, то ли изменения во внешности Баркова внесли свои коррективы, но споры и перепалки показались абсолютно лишними. Тепло, уютно, тихая музыка и рядом мужчина, который… Таня покосилась влево и сжала губы. И рядом мужчина, который… нравится. Она закрыла глаза и услышала громкое «у-ух!» – сердце в знак согласия громыхнуло и тут же сжалось.
Когда же это случилось? На встрече одноклассников? Нет. В первый рабочий день? Нет. Когда Задольская пришла в офис?.. Наверное, раньше… А может… какая разница. КАКАЯ РАЗНИЦА.
– А зачем вы едете в Нижний Новгород?
– Повод не слишком приятный, – ответил Павел. – Заместитель директора проворовался, и сейчас мое присутствие в филиале необходимо. Всыплю хорошенько кому следует, проведу с остальными воспитательную работу, поучаствую в двух собеседованиях, выберу нового заместителя, просмотрю документацию…
– А меня зачем взяли? Чем мне предстоит заниматься?
Хорошие вопросы. И у Павла был вечер, чтобы придумать на них ответы. Он мог бы организовать совещание (благо проблем и поводов полно) и посадить Таню в угол переговорной – пусть конспектирует его речь, но душа к подобным сценариям совершенно не лежала, душа требовала свободы…
– Не знаю, – честно ответил он. Почти честно.
Полчаса они молчали, делая вид, что тема исчерпана и ни у кого больше нет никаких вопросов. Мысли путались и где-то там – высоко-высоко – встречались и наталкивались друг на друга.
«Зачем вы так сказали?»
«Не знаю…»
«Отвечайте немедленно! Зачем вы так сказали?»
«Я… хочу, чтобы ты была рядом… сегодня… завтра…»
«А потом? Нет, молчите… я просто так спросила… Сегодня… завтра – это понятно».
«Тебя так много и так мало…»
«Больше не говорите ничего, пожалуйста…»
«Хорошо».
– Как ты оказалась в ресторане на мальчишнике? – спросил Павел, улыбаясь.
– Деньги зарабатывала, – честно призналась Таня и тоже улыбнулась.
– Давай-ка рассказывай в подробностях, я уже измучился, ломая голову над этой загадкой. Ты шокировала меня так, что я теперь с опаской прохожу мимо витрин с тортами…
– Боитесь, что я выскочу из самого большого?
– Очень боюсь.
Он на секунду повернул голову в ее сторону – взгляды встретились, и в машине раздался дружный хохот.
– Да если бы вы знали, в каком я была шоке, когда стащила с себя платок и подскочила…
– Ну, допустим, подскочить тебе не удалось.
– Проклятые каблуки и кокошник! К тому же коробка рассчитана на более миниатюрную девушку, вот Зойка в ней отлично помещалась…
Веселясь, Таня стала рассказывать о том, как докатилась до жизни такой. Барьеры и взаимные претензии остались далеко позади, волнение замерло, позволяя передышку, и помех для легкого общения не осталось (почему бы не сделать вид, что этот день самый обычный, ничем не отличающийся от других).
– …из-за фейерверка я на некоторое время потеряла ориентиры – в глазах все плывет и рябит, ну я танцую и танцую… а потом увидела вас! Чуть с инфарктом обратно в коробку не рухнула!
– Значит, это Зоя тебе с заработком помогла?
– Да. Я сначала не хотела, но потом… – Таня осеклась и пожала плечами. Не рассказывать же, что последней каплей, переполнившей чашу обиды, стало появление в офисе Задольской. – Но потом подумала, что внуки мне не простят, если я в своей жизни не совершу пару-тройку безумных поступков.
– Ты прекрасно пела и танцевала… – без тени усмешки сказал Павел.
– Настроение было хорошее, – тихо ответила Таня.
Вообще-то в тот вечер настроение было опасное. И держалось оно почти два дня.
– До Нового года осталось совсем немного, – резко сменил тему Павел, – уже решила, где будешь отмечать?
Елка, сверкающие шары, разноцветная мишура, традиционная комедия «Ирония судьбы, или С легким паром!», суета на кухне, любимая «селедка под шубой», хлопок шампанского, дзинь-дзинь – короткая встреча бокалов, и бой курантов… Желание! Надо обязательно загадать желание!
– Забегу сначала к маме, а потом поеду к Зойке. Я еще никому не купила подарки… кошмар. Вернусь из командировки, – нарочно добавляя голосу важности, сказала Таня, – и займусь приятными покупками.
Дорога до Нижнего Новгорода не показалась длинной. Только что за окошком мелькали белые поля, деревья, низенькие дома, кафешки и ресторанчики, автозаправочные станции, и вот – большущий плакат с гербом города: олень на геральдическом щите, мягкие волны ленты и сверху башенная корона с пятью зубцами. Приехали.
– Сейчас устроимся в гостинице, пообедаем и отправимся в офис наводить порядок, – ровно произнес Павел, перестраиваясь в соседний ряд.
