Читаем без скачивания Создатель снов - Андрей Фролов

– Ну же, Витька, давай! – прикрикнул на него Дмитрий, не находящий себе места.

– А где оборотень? – вдруг спросил тот, медленно опуская руку с заполненной капсулой. – Где она?

– Да вот же я, мои хорошие… – донеслось до них сверху, и дети разом вскрикнули, отшатываясь от Анализатора. – Потеряли меня, сладенькие? Это радует, что вы о бабушке Красе заботитесь. Она о вас тоже позаботится…

Все трое задрали головы, в ужасе рассматривая чудовище, спускавшееся к ним по массивной сердцевине прибора. Неспешно переставляя лапы по выступам Анализатора, оборотень кралась к тройняшкам сверху вниз, жадно облизывая хоботки.

Было заметно, что Красимире крепко досталось в схватке – она была помята и травмирована, а часть зрительных линз последнего сложносоставного глаза потускнела. Но даже в таком состоянии тварь оставалась полна сил и желания отомстить своей несостоявшейся добыче.

– Не шевелитесь, мои аппетитные, – мерзким женским голосом шептала она, почти докарабкавшись до дырявого «воротника», кольцевавшего установку над приборными панелями. – Не бегите, это бесполезно. Лучше расслабьтесь, и все закончится очень-очень быстро… Пожалуй, сегодня устрою себе пир – сожру сразу двоих!

И огромное насекомое еще быстрее засучило лапками, нависая прямо над нашими героями. Те, словно парализованные, стояли неподвижно, не сводя с чудовища взглядов, и впервые за долгое время совсем не подумывали о бегстве (так сильно напугала их ненавистная Красимира).

А затем близнецы вдруг временно оглохли, потому что воздух наполнился грохотом выстрелов, звонким эхом заметавшимся по залу.

Один, другой, третий, четвертый, пятый – выстрелы продолжали громыхать где-то за спинами ребят, и те невольно пригнулись, закрывая уши ладонями. Но даже зажмурившись от испуга, они успели увидеть, как на груди хищницы (уже почти дотянувшейся до них своими когтями) расцветают красные пятнышки, брызжущие кровью.

Оборотень зарычала. Взвизгнула, сорвалась с Анализатора и тяжело грохнулась об пол. Лежа на спине, тварь беспомощно засучила конечностями, оцепенело уставившись в чешуйчатый потолок купола.

Первым обернулся Димка.

Обернулся и закричал (во-первых, у него от пальбы были заложены уши, а во-вторых, он и правда был очень рад):

– Папа!

И тут же бросился к Петру Петровичу, стоявшему над неподвижным телом Смотрителя.

Отбросив пистолет (как вы догадались, победив Карла, механик завладел оружием и стрелял из него в оборотня), тот обнял сына, крепко-крепко прижав к груди его светловолосую голову. Застонал, чуть отодвигаясь, и теперь все заметили, что первый выстрел ненавистного старика все же нашел свою цель – у Петра Петровича кровоточила левая рука (кстати, почти в том же месте, где нож Маргариты в свое время оставил отметину на Димкином предплечье).

Вскинув ладонь, словно пока удерживая Настю и Витьку от радостных объятий, отец торопливо кивнул на Анализатор, молчаливо призывая завершить начатое, а уже потом радоваться победе. Он был прав, это признали все трое: действовать по-прежнему нужно было быстро – охрана Смотрителя наверняка вызвала подкрепление.

Поэтому Виктор послушно развернулся, боязливо обходя тушу поверженной бабки-оборотня по основательной дуге. Приблизился к сверкавшему молочно-белым пластиком прибору, держа капсулу наготове.

Краем глаза он видел Каната, присоединившегося к их папе, – завладев пистолетом, староста Ходящих По Стенам разоружил оставшихся гвардейцев, заставив сдаться. Видел он и Настю, смотрящую вслед со смесью надежды и отчаяния. Чувствовал на себе взгляды отца и брата, все еще стоявших в обнимку над оглушенным стариком Карлом.

Встав на цыпочки (иначе мальчик попросту не доставал до отверстий «дуршлага»), Витька поднес капсулу с едой к дыре в нижнем ряду. С глухим металлическим лязгом приставил к сотам, попробовал протолкнуть. И вдруг белая сфера исчезла внутри, втянутая в Анализатор с громким и звонким хлопком пневматического насоса.

Этот хлопок словно ознаменовал собой окончание длинного и страшного пути, пройденного детьми за этот бесконечный год. Судьбоносное путешествие, так неожиданно начавшееся неким ранним утром, подошло к своему концу (все дороги когда-нибудь и где-нибудь заканчиваются, не правда ли?). Но вот каким станет этот конец, еще не представлял никто…

Все присутствовавшие в главном зале Центрального Модуля (оставшиеся в сознании, разумеется) сейчас смотрели на Анализатор с одинаковым любопытством, будь то школьники или Стражи Смотрителей. Черное отверстие, буквально вырвавшее из рук мальчика заполненную птичьим мясом капсулу, притягивало взгляды, как медальон гипнотизера.

А затем…

Затем ничего не произошло, а горстка воителей так и стояла перед могучим прибором, в котором некоторые усмотрели ключ к спасению всего Спасгорода. Анализатор по-прежнему молчал, горделиво поблескивая глянцевыми белоснежными щитками. Зал, еще недавно наполненный шумом драки, окутался тишиной.

Разгоряченные, утомленные событиями люди не издавали ни звука.

По лицу Петра Петровича пробежала тень сомнения, когда он вдруг представил, что все произошедшее за последние минуты стало одной огромной ошибкой. Канат нахмурился, вытирая вспотевшую ладонь о штанину комбинезона. Витька, Настя и Димка, ни на миг не сводящие с Анализатора жадных взглядов, наконец переглянулись, словно спрашивая друг друга о чем-то.

– Кажется, ты ошибся, – неуверенно произнес Дмитрий, раздосадованно махнув рукой. – Если бы Анализатор работал, он бы уже…

– Тише! – вдруг воскликнула Настя.

Ей показалось, что-то происходит. Девочка даже шагнула вперед, наклоняясь над планшетами управления.

– Я слышу…

За ней начали прислушиваться остальные, и вдруг в глазах уцелевших что-то зажглось – сначала Витя, а за ним и его отец разобрали в недрах машины какие-то новые звуки. Будто запускался, преодолевая сопротивление, некий спящий механизм. Сначала появился тихий гул, набирающий громкость. Затем, отчетливо различимые в тишине, раздались щелчки, будто включались многочисленные реле.

Гул становился все отчетливее, резче, сочнее.

И вдруг весь прибор, названный Анализатором, активировался, одновременно засверкав сотнями ламп, экранов и датчиков. Вспыхнул от основания до стеклянного потолка, как загораются искусственные елки, под Новый год украшенные блестящими гирляндами.

– Смотрите! – закричал Витька, хотя сейчас на машину с нескрываемым удивлением и так смотрели все, даже пленные Стражники в черной униформе.

И уже в следующий миг Анализатор вдруг заговорил, наполнив помещение спокойным мужским голосом, внушавшим уважение и трепет.

– Ковчег номер четыре, кодовое название «Спасгород», – сказал прибор, заставив присутствующих открыть рты. – Экстренное начало работы Анализатора, консервация окончена. Аварийные источники питания, автономная работа без обслуживающего персонала, режим два.

Внутри что-то зашумело, зашевелилось, загудело еще сильнее. По экранам побежали многочисленные цифры. Рычаги и тумблеры начали переключаться сами собой.

– Начало молекулярного анализа на секторе номер один-девять, – продолжал чудо-прибор, не обращая никакого внимания на окружавших его людей. – Образец внешнего мира под номенклатурой шестьсот четырнадцать тысяч, запятая, триста шесть, запятая, одиннадцать. Чужеродность материала подтверждена.

Витя обернулся к сестре, заметив, что та снова старается не заплакать (на этот раз девочка утирала слезы радостного удивления и надежды). Посмотрел на отца и брата, стоящих поодаль, и они тепло улыбнулись в ответ.

– Предварительные данные по предоставленному образцу: уровень угрозы светло-зеленый, – продолжал рассуждать Анализатор, изучая вложенную в него капсулу. – Опасности радиоактивного заражения нет. Опасности токсического заражения нет. Опасности бактериологического или вирусного заражения нет. Чистота образца составляет девяносто один процент. Анализатор подтверждает чистоту предоставленного образца.

В это самое мгновение близнецы услышали два звука – радостный возглас Каната, взволнованно и очень по-детски подпрыгнувшего на месте, а также сдавленный стон разочарования и злобы – это очнулся Смотритель, снизу вверх наблюдавший за разбуженной машиной.

В этот момент Виктор догадался, что отчет Анализатора слышен не только в Центральном Модуле Лаборатории – сейчас его речь транслировалась на все внутренние динамики Спасгорода, от самой верхней поляны до подземной Реакторной Станции.

Мальчик представил себе, как люди (а еще грибы, солдаты, черви, психолептоны, крысы и другие существа) сейчас задирают головы к потолкам, с непониманием вслушиваясь в незнакомый голос установки, изучавшей подарок внешнего мира.