— По-моему очень символичненько получится. «Теремок» — это и есть дом, а восход солнца — надежда на лучшее и всё такое…
— Э-э, а ты когда последний раз оригинал-то слушала, — удивился Виктор.
— Да я только инструментальные каверы слушаю. — смутилась Маша, — мне вот этот особенно нравится, — и она запустила запись на своём смартфоне.
— Понятно! — Руденко потыкал в экран своего смарта, — музыка божественная, не спорю… а теперь вслушайся в слова, которые изначально, до всяких слёзно-романтических переводов были. Там же какой-то декаданс сплошной, позитива ни грамма. — и он запустил свой вариант, специально выбрал с титрами. — Так что пойдёт только как вступление. На несколько секунд, не больше. И без слов, само собой.
— Ну и ищите сами другую музыку! — обиделась Маша.
Два дня она на всех дулась, даже с бабушкой и дедом почти не разговаривала. Руденко тоже пребывал в не самом радужном настроении, без конца терзаясь сомнениями по поводу перспектив незаконченного клипа. Наталья же, слышавшая Машин разговор с Виктором по поводу шедевра группы «The Animals», но тогда не сказавшая ни слова, два дня просидела за ноутбуком, не снимая наушников. И когда племянница в воскресенье, двадцать восьмого, вернулась домой в приподнятом настроении после очередного свидания с Алексеем, после ужина поскреблась к ней в комнату.
— Машунь, — робко проговорила Наташа, входя к племяннице после приглашения, — мне кажется, я нашла то, что может подойти… . Тут, — она протянула племяннице флэшку, — две песни. Можно «Дом восходящего солнца» как заставку использовать, а потом — вот эти. Только я не знаю, в какой последовательности. Это вы уже с Витей решите… Если понравится, конечно.
Маша, удивлённо посмотрев на тётушку, молча взяла флэшку, сунула её в свой ноутбук и надела наушники. Она слушала, закрыв глаза и беззвучно пощелкивая пальцами. Иногда она принималась что-то рисовать в воздухе, покачивая головой в такт звучащих песен. Судя по времени, девушка прослушала обе композиции раза по три. Потом резко сняла наушники и начала что-то быстро-быстро набирать. Её пальцы летали по клавиатуре так стремительно, что у Натальи зарябило в глазах, когда она перевела взгляд на Машины руки. Затем племянница резко встала, выскочила из комнаты и через некоторое время притащила Виктора. Наташа, пока никого не было, еле успела пробежать глазами текст. Усадив дядюшку перед экраном, Маша ткнула пальцем в набранный текст.
— Читай! А потом слушай, — она кликнула пару раз мышкой, показывая, что именно и в какой последовательности. — И только попробуй потом сказать, что тебе не понравилось.
Услышав так оригинально высказанную похвалу, Наташа облегчённо выдохнула и стала наблюдать за реакцией мужа. Прочитав текст, он посмотрел на своих женщин ничего не выражающим взглядом и запустил первый трэк. Послушав второй, снова вернулся к первому, уже постоянно скользя глазами по тексту. Проделав то же самое со вторым, посидел пару минут не шевелясь, и наконец повернулся к Маше.
— Говорить, что это гениально, я не буду… — Руденко стоически выдержал пару гневных взглядов и сердитое сопение, — это и так понятно…
— Вот ты… зануда, — укоризненно сказала Наталья, хотя по её глазам было видно, что она готова прямо сейчас расцеловать Виктора за такие слова.
— Между прочим, это наше совместное творчество, — заметила Маша, — текст мой, прямо сейчас за пять минут написанный, песни — Наташины.
— Ну, я к ним, естественно, отношения не имею, только нашла их, — усмехнулась Наталья в ответ на вопросительный взгляд мужа.
— Единственное… — Виктор задумчиво потёр подбородок, — можно с текстом поколдовать… Но, возможно, вот так спонтанно родившийся, лучшим вариантом окажется.
— Поколдуем, конечно, — согласилась Маша, — да и подводку какую-никакую по-любому сделать надо.
«Колдовство» затянулось аж до двух часов ночи, пока случайно проснувшийся Андрей Кириллович не пристыдил и не разогнал полуночников. Пришлось продолжить утром, сразу после завтрака. Закончили к обеду, после которого, довольные собой, приступили к записи. Как обычно — по очереди, по одной фразе или строчке. Получилось длинновато — из-за пауз и выделения стихотворных строк, но пытаться что-либо сокращать на этот раз не стали. И Виктор, и Маша понимали, что здесь слова важны не меньше, если не больше, чем видеоряд:
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
Мы хотим рассказать вам о доме. О доме, в котором живёт или мечтает жить каждый…
Каждый автор, создавая свое произведение, хочет что-то сказать своим зрителям, слушателям или читателям. Но часто не говорит об этом напрямую, используя разные художественные приёмы. Особенно в сказках.
Сейчас вы увидите новую сказочную историю, которую мы рассказали немного не так, как обычно. Где будет сразу несколько мелодий и песен. В одной из них есть такие слова:
«Дом, как известно всем давно, это не стены, не окно, Даже не стулья за столом Это не дом, это не дом…»
Здесь с авторами песни можно поспорить, потому что со стенами, окнами и крышей хороший дом может и не получиться, но без них — вообще никакого не будет, ни хорошего, ни плохого.
А что такое дом для каждого человека?
«Дом — это там, где вас поймут, Там, где надеются и ждут…»
Правда, хорошо сказано?… Только дом может и должен быть ещё и убежищем…
И есть другая, в которой говорится:
«Среди городов, шумящих и ночью, и днем, И тысяч домов, Нам нужен единственный дом…»
Не один. А именно единственный.
«Среди перемен, шатающих мир до основ Покой этих стен всегда защитит от ветров…»
Нам кажется, что главное слово здесь — «покой».
Смотрите! Слушайте! Думайте! И помните: сказка — ложь, да в ней намёк, добрым молодцам урок…
А что же мы? Не мы придумали эту сказку и эти песни. Мы просто показываем её немного по-другому, не как обычно.
И мы хотим сказать совершенно чётко и недвусмысленно, без всяких метафор и аллегорий: не надо лезть в чужой дом. Даже из лучших побуждений или по незнанию. Последствия могут оказаться такими, о которых вы и не задумывались. Лучше свой дом строить и обустраивать. И быть со всеми если не друзьями, то хотя бы добрыми соседями.
Показали готовый результат Наталье, которая в «колдовстве» практически не участвовала. Посмотрев, она только покачала головой.
— Никогда не думала, что, изменив несколько слов, можно настолько усилить впечатление от текста. А у меня ещё одна песня была заготовлена, но там столько аллюзий и подтекста, который будет понятен только русскому человеку, что я не решилась вам её показывать.
— Ну-ка, ну-ка, — хором потребовали Маша с Виктором.
— Это Высоцкий. «Сказка о старом доме на Новом Арбате», — и Наташа включила свой смартфон. — Да, пожалуй, — согласилась Маша, когда запись закончилась. — Даже я, хоть и русская, не вполне понимаю.
— Ну, тем более хорошо, что не показала, — кивнул Виктор Наталье. — Антонову будем показывать? — он посмотрел на племянницу.
— Надо бы… Но я буду биться за каждую запятую.
— Я буду участвовать[34], - с интонациями Леонида Ярмольника ответил дядюшка под смех женской половины собрания. — Только давай сначала и сам клип сделаем, а то, боюсь, там много возни будет с подгонкой нужных слов в песнях к подходящим действиям всех зверушек. Ну и готовый продукт у него меньше желания критиковать будет…
Управившись за три дня со съёмками и монтажом, поехали на суд к Олегу Васильевичу. Тот, посмотрев клип, к удивлению авторов, не стал высказывать никаких возражений или пожеланий.
