поддержкой в виде командора Кусланд и сэра Алистера с сэром Пальтом.
Демоны. Призванные на их сторону.
В очередной раз эта мысль породила хаос в его голове из сотен вопросов, предположений, теорий, догадок и робких выводов. Его мозг судорожно искал ответы, вгрызаясь в скудные факты, однако истина ускользала от него. Именно это и не нравилось Матиасу. Что-то было не так, у него не было нужных кусочков информации, а потому картина происходящего не складывалась.
Ещё с раннего детства Матиас осознал простую вещь — он был умнее большинства. Это не было чем-то исключительным, ведь у каждого есть нечто, что выделяет его на общем фоне. Кто-то быстрее бегал, кто-то выглядел красивее, у кого-то был дар вести за собой, а кто-то был умнее. Поэтому Матиас никогда не кичился этим, не испытывал презрения к другим, не гордился. Может этому поспособствовало воспитание отца, а может что иное, он не знал. Но факт оставался фактом, он был умнее многих.
Поначалу это проявлялось в мелочах. Он был послушным ребёнком, редко совершал одну и ту же ошибку дважды, быстро научился говорить. Насколько родители были рады его примерному поведению, настолько же страдали от его вечных и нескончаемых вопросов обо всем вокруг. Тогда Матиас считал, что отец знает всё на свете. Было неприятно осознать ложность этой мысли.
Почему вода течёт? Почему небо голубое? Почему дует ветер?.. Сотни «почему», за которыми следовали неизменными спутниками последующие «зачем». Когда он немного подрос, его, как и ещё десяток детей, отдали в маленькую церковь в соседней деревне на обучение азам грамоты и нехитрому счету. В отличие от других детей, Матиас не противился непонятой «зауми», которой их пыталась обучить преподобная мать. Он не обладал феноменальной памятью, но ему было по началу просто интересно, а затем появилась и то, что впоследствии он узнает как аналитическое мышление.
Каждый новоузнанный факт не просто складывался в хранилище в голове, или забывался, как у многих других детей, а пропускался через пускай и детский, но разум. Счёт мгновенно нашёл применение в хозяйстве, грамматика — в ведении нехитрых записей, чему помогал и способствовал отец. Религиозная же часть, Песнь Света, преподаваемая им, на время ответила на все его нескончаемые «почему». Ведь небо синее потому что Создатель сделал его таким. Какой прекрасный ответ, и мальчик получал его почти на все свои вопросы. Любое почему и зачем — Создатель так повелел. Просто и лаконично. Он пытался понять это, осознать, прояснить, но под строгим взглядом сухопарой старушки в золотых одеяниях с изображением солнца, он тушевался и замолкал. Ему приходилось удовлетворяться этими ответами. Тогда ему и в голову не могло прийти, что уважаемая преподобная мать может лгать или намеренно вводить в заблуждение.
Затем произошёл один случай, который намертво отпечатался в памяти на всю остальную жизнь. Это был ничем не примечательный солнечный день в середине волноцвета. Матиас помогал соседу-плотнику в постройке нового курятника. Мальчику нравилось что-либо мастерить, а дерево привлекало его своей простотой в обработке, и вместе с тем некой постоянностью, чего не дождёшься от глины. Сосед это заметил и потихоньку присматривался, чтобы взять его в ученики, когда тот подрастёт, поэтому и не отказывал в просьбах мальца поучаствовать или просто посмотреть. Матиас держал не тяжёлый инструмент, подавал различные детали и чувствовал себя причастным к созданию чего-то сложного, важного, нужного, разбавляя будни старика.
В тот раз Матиас снова закидывал незлобно бурчащего дедка вопросами, на которые тот даже иногда отвечал. Однако в один момент, что-то заставило мальчика нахмуриться. Он покрутился по сторонам, сравнил почти готовый курятник со стоящими рядом домами, и спросил, почему у тех различаются крыши.
— Потому что мне так проще.
Короткий и не содержательный ответ был совсем не тем, что хотел услышать маленький Матиас, но возглас протеста и возмущения застрял у него в горле, ведь он уже знал характер плотника. Насуплено сопя, он молча наблюдал, как мастер заканчивал работу. Вопрос и ответ все продолжали крутиться у него в голове хороводом, в то время как отец расплачивался и вёл беседу с соседом, пока в какой-то момент, мальчик не заметил их курицу, что опасливо осматривала новое строение во дворе.
Обычная коричневая и упутанная курица крутилась рядом с их будущим домом, резко вертела головой из стороны в сторону, и клювом пробовала стенку ранее неизведанного ей нечто. Ведь раньше здесь ничего не было, а теперь непонятное это! И в этот миг будто некое озарение вспыхнуло в голове мальчика. С точки зрения курицы плотник был Создателем, что повелел и создал курятник. Для птицы неизвестно было как Создатель это сделал, и зачем, уж тем более, почему у этого нечто была именно такая, односкатная крыша, а не двухскатная как у других больших домов. Ей не было известно почти ничего.
Матиас же знал ответ зачем было построено это строение, что оно вообще такое, и что сосед не был никаким Создателем, а просто плотником.
— Мы — курицы...
Это простое осознание словно разбило оковы на его разуме. Ответ «потому что Создатель повелел» не был ошибочным, ведь преподобная мать не будет врать, но и полным не был! Была причина именно в таком «повелении». У всего есть причина! Просто для некоторых вещей, Матиас был слишком «курицей».
Переломный момент для маленького мальчика и выросшего из него мага. Религия не могла дать ответы с такой постановкой вопроса, жители вокруг, казалось, вообще не задавались этими вещами, и потому Матиасу пришлось искать новые пути. Поставив во главу поисков для начала самый первый свой вопрос, который интересовал его почти каждый день, интригуя при каждом взгляде наверх — цвет неба, и почему оно все же синее, а облака разноцветные, он принялся методично перебирать доступные возможности. Опрос жителей деревни, служителей церкви, немногочисленных путешественников, составление возможных источников знания. Он не отступался и усердно искал.
Только спустя месяц, Матиас смог договориться с низеньким, почти с него ростом, но очень широким человеком, странствующим торговцем, о покупке книги, в которой бы нашёлся ответ о небе. С трудом собрав карманные деньги, полученные по доброте душевной от различных мастеров за помощь и различные поделки, купленные сердобольными старушками у него, Матиас внёс залог за столь дорогую вещь. Ожидание прибытия его просто убивало на протяжении ещё одного месяца, он весь извёлся, и каждый день бегал к дороге, силясь высмотреть медленно плетущийся караван, запряжённый бронто.
Когда же наконец прибыл торговец, и передал Матиасу вожделенную книгу, то счастью
