тоже! Вы сами поручали мне задания… Вы такой же, как я! Мы равны!
Хоть Лекса и возмутили столь глупые слова ничтожества, он не вышел из себя, а лишь похлопал по плечу разъяренного Бейли и тихо прошептал:
-Мы никогда не станем равны, насекомое. Хотя бы потому, что в отличие от тебя я не попадаюсь…
Глава «LexCorp» более не видел смысла в беседе, а потому велел Норвуду убираться из его кабинета и забыть о том, что тот вообще его когда-либо знал.
***
Норвуд вернулся домой, открыл очередную бутылку виски и стал в спешном порядке заливать его в себя.
Разговор с Лютором окончательно вывел его из себя, мужчина был просто переполнен бурлящей ненавистью.
Нет, он не может этого так просто оставить! Отомстить… Он должен отомстить!
Бейли подошел к камину, засунул руку в дымоходную трубу и вытащил оттуда маленький телефон, завернутый в прозрачную пленку.
Он набрал номер. Прозвучало несколько коротких гудков, и в трубке раздался веселый мужской голос:
-Привет, Музыка! Как твои дела? Я слышал, что не очень.
-Заткнись!- крикнул Бейли и чуть не разбил телефон в порыве гнева, благо сумел себя сдержать.
-Воу-воу, дела-то серьезные. Ты это, успокойся, выпей валерьяночки…
-Мне нужно заказать убийство…
-Я вас не понимаю,- серьезно сказал неизвестный собеседник. От задорно звенящего голоса не осталось и следа.
-То есть…- спохватился Норвуд, испугавшись своих собственных слов. Нужно было следить за риторикой.- Я хочу заказать торт… Несколько тортов. И хочу, чтобы их изготовил лучший кондитер.
-Лучший кондитер стоит больших денег. Что случилось, Музыка? Ты ведь заказывал сладости у одних и тех же мастеров вот уже десять лет.
-Я хочу, чтобы мои друзья точно остались довольны подарком. Только лучший кондитер может гарантировать, что его выпечка придется по душе всем…
-Ладно, на кого оформляем заказ?
-Лекс Лютор…
В трубке замолчали.
Быть может, это из-за алкоголя, сильно ударившего в голову, или из-за кипящей внутри злобы, но Норвуд в действительности заказал убийство одного из самых влиятельных и богатых людей мира.
Он слишком поздно осознал, что произнес. К сожалению, вылетевшие слова нельзя было вернуть. Бейли занервничал, так как понимал, к чему может привести данный разговор…
-Ты уверен?- наконец спросили его.- Мистер Лютер известный сладкоежка и очень привередливый гурман. Боюсь, даже лучшие кондитеры не смогут удовлетворить его аппетит. К тому же стоимость оригинальных выпечек для знатных персон составляет поистине астрономическое число…
Лютор был не только богатым и влиятельным, но и умным и опасным человеком. В мире было не так много убийц, готовых взяться за эту неблагодарную работу, ибо игра не стоила свеч. Чтобы хоть кто-то согласился пойти на это опасное дело, необходимо было раскошелиться на такую сумму, которой не обладал даже такой богач, как Норвуд Бейли.
Бейли перевел дыхание, успокоился и сказал, что действительно не сможет потянуть такой дорогой подарок и поспешил от затеи отказаться. Теперь вместо Лютера, он хотел заказать торт Алексу Риту и прокурору Кейт Спенсер. Он настоятельно попросил, чтобы сладость испек лучший кондитер и сделал это как можно скорее.
Не имело большого значения сколько мастер запросит, Норвуд готов был раскошелиться ради устранения ненавистных врагов.
Он направил свой гнев на менее сильных противников. Над Лютором он был не властен, но с этими двумя непременно поквитается. Рит не просто насмехался над ним, но и надумал упрятать его за решетку. А Кейт Спенсер решила примерить на себя роль богини справедливости, покаравшей преступников.
По мнению Норвуда, они не имели право жить…
-Ваш заказ оформлен. Спасибо, что пользуетесь нашими услугами,- продолжал бубнить раздражающе-веселый голос из трубки.- И у меня для тебя есть отличная новость. Недавно один из кондитеров высшей лиги закончил печь торт для одного уважаемого человека, и я думаю, что он сможет взяться за твое задание.
-Отлично…
-Только он из высшей лиги, Музыка. Ты ни разу не имел с такими дело, поэтому позволь о них рассказать. Натуры они весьма творческие и не всегда прислушиваются к пожеланиям заказчика. Поэтому лучше их лишний раз не нервировать, а лучше и вовсе не мешать им. Сумма, которую они требуют за свои труды, выше стандартного в несколько раз, а потому будь к этому готов. Помни, они профессионалы в своем деле, лучшие мастера, виртуозы, если пожелаешь. И до сих пор все их изделия были признаны шедеврами в индустрии кулинарии…
***
Через несколько дней после судебного заседания, я вновь встретился с окружным прокурором Кейт Спенсер.
Доказательства причастности Норвуда Бейли к черному рынку, а также доказательства других его преступлений я передал ей в день суда. Надо было, чтобы дело открыли как можно скорее и у Норвуда не осталось времени дело это прикрыть.
Кейт искренне сожалела о том, что была обо мне плохого мнения, но больше всего она досадовала на свою доверчивость и некомпетентность. Осознание того, что Норвуд умело обвел ее вокруг пальца, поднимало в ней бунт. То она хотела уволиться, так как такая оплошность казалась ей непростительной, то норовила лично усадить его за решетку.
Я убедил ее, что последний вариант правильный, что ошибки случаются и что признание их и исправление — верный путь к справедливости. Наконец она взяла себя в руки, дала слово с этого момента изучать документы более осмотрительно, не поддаваться предубеждению и четко следовать букве закона.
Закончив с внутренними противоречиями, она взялась за изучение предоставленных мной документов.
Кейт была человеком с добрым и справедливым сердцем, она давно поклялась защищать простой народ и наказывать преступников. Но как только она увидела, как и какие злодеяния безнаказанно творил Норвуд многие годы, в ней проснулось жгучее чувство ненависти и отвращения. С усилием воли подавив в себе бушующее негодование, она обещала мне во что бы то ни стало посадить злодея и даже выбить для него персональный стул, который отправит его в мир иной.
Сегодня мисс Спенсер назначила мне встречу для того, чтобы обсудить со мной детали и выяснить, как мне попали все эти доказательства. Что ж, она действительно стала более обстоятельной.
Я объяснил ей все настолько подробно, насколько позволяла мне моя честность, остальное умолчал. Но ей для полноты картины и этого было достаточно. Я заранее попросил прокурора, чтобы о моем участии в этом деле нигде не упоминалось и сказал, что я вовсе не против, чтобы она полностью приписала себе все заслуги по данному делу.
Мне не хотелось, чтобы люди думали,
