Он и сам прошелся по всем помещениям усадьбы — там действительно не было ни пылинки, и уж тем более ржавчины и паутины.
— Если эти коридоры действительно существуют, что могло заставить мисс Кару спуститься туда, да еще и поздно ночью? — в запальчивости спросил инспектор.
И прозвучал рассудительный ответ, последовавший за пытливым взглядом:
— Она была очень несчастной женщиной. Думаю, что она просто не могла уснуть. Позвольте узнать, известны ли вам обстоятельства исчезновения мистера Алана Томпсона почти три года тому назад?
Если инспектор и был удивлен подобным вопросом, то ничем этого не выдал.
— Я слышал только разговоры в городе. Это дело так и не было передано в полицию.
— Я и не сомневалась в этом. Вроде бы он забрал деньги и бриллиантовую брошь, принадлежавшую мисс Каре?
— Да, именно об этом болтали на всех углах.
— Что бы вы подумали об этой занимательной истории, если бы узнали, что через несколько дней мисс Кара должна была стать его женой, что давало ей право завещать ему все, что ей принадлежало?
Инспектор от неожиданности вздрогнул и подался вперед:
— Кто вам это сказал?
Мисс Силвер извлекла из кармашка визитную карточку, на которой неброским четким шрифтом было напечатано:
Мисс Мод Силвер
Монтэгю Меншинс, 15,
Вест-Лихэм-стрит.
Еще там был номер телефона и в левом нижнем углу — два слова: «Частные расследования». Надо сказать, на этот раз инспектор был удивлен гораздо меньше, чем полчаса тому назад.
Мисс Силвер поспешила успокоить его:
— Отчим этого молодого человека попросил меня кое-что выяснить. В ходе этого расследования мне удалось поговорить с приходящей прислугой, которая работала в Андерхилле как раз в то время, когда исчез Алан Томпсон.
Она рассказала мне, что мисс Кара подарила молодому человеку монетку, которую считала талисманом на счастье.
Служанка сказала, что тот всегда носил ее на шее на цепочке. Однажды, уже после его исчезновения, она убиралась в комнате мисс Оливии и заметила, что в замке ящика, который всегда был заперт, точит ключ. Она сказала, что ящик не был заперт, но я ей не верю. Не знаю, что там было на самом деле. Главное, что она обнаружила внутри не только монету, которую Алан носил не снимая, но и якобы украденную им бриллиантовую брошь. А встретилась я с ней потому, что она твердила, будто Алан Томпсон никогда не покидал Андерхилл. И уже при встрече она рассказала про свою находку. Она говорит о ней очень неохотно, но я уверена: то, что она сказала, — правда. Если Алан Томпсон не брал брошь, в краже которой его обвиняли, тогда он, скорее всего, не брал и денег. Ему просто незачем было все это проделывать накануне свадьбы с мисс Карой…
— Откуда вам известно про свадьбу? — перебил ее инспектор.
— Полковник Гатлинг из Хилтон-Сент-Джон говорил об этом Стивену Эверсли. Брат полковника, преподобный Сирил Гатлинг согласился их повенчать, хотя и был очень этим удручен, о чем и написал в своем дневнике. После его смерти дневник попал к полковнику Гатлингу. Конечно, полковник не должен был никому выдавать личные тайны брата.
— Если она собиралась за него замуж… — произнес инспектор задумчиво и замолчал.
— Совершенно верно. Ему незачем было исчезать.
— Он мог почувствовать, что все-таки не может решиться на такой брак.
Мисс Силвер неодобрительно кашлянула.
— Судя по тому, что мне удалось узнать, он не склонен был испытывать угрызения совести по поводу этой женитьбы, которая сулила ему очевидную выгоду. Безусловно, мисс Кара исполняла бы любую его прихоть. Совсем не уверена, что он мог повернуться спиной к столь счастливой перспективе. На мой взгляд и этой истории достаточно, чтобы поверить в его поспешное бегство. Принимая во внимание те два случая в восемнадцатом веке и последние события в Андерхилле, версия с поспешным бегством кажется не слишком убедительной.
— Вы полагаете…
Мисс Силвер ответила печально:
— Мистер Томпсон исчез, мисс Сейл — тоже. И он, и она представляли нешуточную угрозу для мисс Оливии Беневент. Если бы ее сестра вышла замуж, мисс Оливия потеряла бы все, кроме весьма скромных средств к существованию. Теперь, когда ее сестра умерла, мисс Оливия оказалась в точно такой же ситуации и тут же обвинила мисс Сейл в том, что это на ее совести смерть мисс Кары. Она запретила мистеру Эверсли появляться в доме, и сообщила мистеру Бердону и мне, что не нуждается в наших услугах.
Нет, положительно не могу представить себе, что мисс Сейл покинула дом добровольно. Боюсь, что ее обманом заманили в один из этих потайных ходов или даже увели туда силой. То, что эти тайные ходы опасны, — несомненно.
Мне кажется, что немедленно нужно получить ордер на обыск и тщательно осмотреть весь дом. Мистер Эверсли, как архитектор, сможет оказать нам неоценимую помощь — мисс Беневент так спешила от него избавиться. Как видите, дело крайне неотложное. Нам неизвестно, что уже могло случиться, но в любом случае нам нельзя терять время.
Глава 35
После короткой, но решительной стычки с мисс Оливией Беневент, инспектор Рок обратился к начальнику полиции. Хорошо рассуждать о том, что нужно с предельным тактом обращаться со старой леди, быть предельно осторожным. Невозможно быть тактичным с едущим на тебя танком или, надев лайковые перчатки, управляться с ядерной бомбой. Инспектор и мечтать не мог о том, чтобы подобные сравнения проскочили в его речах, но они клубились у него в мыслях и всячески мешали.
Майор Уоррендер выслушал Рока весьма благосклонно.
— Грозная дама, — заметил он. — Но постойте, ордер на обыск — что вы сами об этом думаете? Положение, на мой взгляд, весьма затруднительное. Она не возражала, когда вы обыскивали дом?
— Нет, сэр.
— Точнее, ей пришлось согласиться, ведь там была мисс Сейл.
— Именно так, сэр. А теперь мисс Сейл больше нет в Андерхилле, и мисс Оливия закусила удила. Когда я спросил ее о тайных ходах, она сказала только, что их нет. Я сказал ей, что тело ее сестры было перенесено и что видели, как Анна Росси стирала пыль с тапочек мисс Кары и паутину с кисточки ее халата. Она тут же послала за Анной и вынудила ее сказать, что та ничего подобного не делала.
— О боже, Рок, вы не должны были позволять ей!
— Но как я мог остановить ее, сэр? Она только сказала:
«Вам лучше спросить об этом у Анны» и позвонила в колокольчик. И едва служанка успела переступить порог, сказала: «Инспектор утверждает, что вы стерли пыль с тапочек мисс Кары и паутину с ее халата. Я заверила его, что это какое-то недоразумение, но вам лучше самой сказать ему об этом».
— И что сказала Анна?
— Стояла и смотрела на нее, словно собака, которая знает, что ее сейчас будут бить. И, когда я стал ее расспрашивать в соответствии с правилами допроса, она вспыхнула и сказала, что в этом доме не может быть ни пыли, ни паутины. Тогда я уточнил: «Я не говорю о тех частях дома, которые я уже видел, но ведь у вас здесь есть и несколько тайных коридоров, не так ли?» Она уставилась на меня с вытаращенными глазами и заявила, что никогда ни о чем подобном не слышала. А затем расплакалась и начала причитать о своей бедной мисс Каре.
— Вы должны были побеседовать с ней наедине, — сказал майор Уоррендер.
Инспектор Рок про себя заметил, что начальник полиции, как всегда, мудр задним числом.
Вопрос об ордере на обыск повис в воздухе. Трудно сказать, к какому решению пришел бы майор Уоррендер, если бы его оставили в покое. Но было ясно, что в покое его не оставят. Прибытие Стивена Эверсли и мисс Мод Силвер заставило его заняться проблемой вплотную. Стивен выглядел усталым и мрачным, мисс Силвер — довольно решительной. Оба настаивали на том, что у Кандиды Сейл не было ни малейшей причины покидать Андерхилл и, следовательно, она этого не делала.
