Читаем без скачивания Долина прокопиев - Пирс Энтони

– Но как же польстить огню? – спросила Чекс.

– Попытайтесь сказать ему правду, – вновь подсказала лопатка.

– Правду? – удивился Эхс. – То есть мы должны признаться, что не хотим сгореть в огне?

– Нет, объясните огню, что идете по важному делу и нуждаетесь в помощи.

– Ну что ж, попытаюсь, – согласился Эхс.

Обратившись лицом к стене огня, он сказал так:

– О, огонь, нам, четверым путникам, необходимо пройти через твои владения. Можно ли нам обратиться к тебе?

И стена огня окинула их взглядом глаз, пылающих, словно солнца, и из чудовищного рта раздался протяжный звук, похожий на разрешение говорить.

– Мы прошли воздух и землю и теперь пришли к тебе. Мы, живые существа, используем твою силу, чтобы готовить пищу и обогреваться в холода. Мы преклоняемся перед тобой, но если коснемся тебя, то сгорим. Не позволишь ли ты пройти через твои владения?

– Станьте пламенами, – донеслось из огненного рта.

– Но… – начал было возражать Эхс.

– И мы не сгорим? – не дала ему договорить Чекс.

– Да, если поверите…

– И после этого мы сможем перейти в следующую область?

– Да.

– Что ж, мы согласны. Где превращаются в пламена, укажи.

В стене образовался огненный круг. Это и был ответ.

– Я верю огню, – произнесла Чекс и прыгнула в круг.

Чекс исчезла. Лишь танцующее пламя, очертаниями похожее на кентавра, осталось там, где она только что была.

Эхс в страхе замер на месте. «Чекс сгорела!» – прошептал он.

Огненный кентавр повернулся и кивнул, как бы приглашая остальных вслед за собой.

– Нет, она не сгорела, – сказала лопатка. – А просто превратилась в пламя. Теперь моя очередь.

Трясущейся рукой Эхс поднял лопатку и бросил ее в огненное кольцо. Лопатка тут же превратилась в огненного скелета.

– Ничего фтрашного, – прошепелявил копуша. – Прокопий, не труфь. Вперед!

И копуша исчез в пламени.

Настала очередь Эхса. Он смотрел на пламя и не знал, что делать. Неужели через этот огненный круг и в самом деле можно пройти? А вдруг его друзья сгорели, а пламя лишь посмеялось, сотворив на секунду их огненных двойников? Чекс победила свой страх перед замкнутым пространством и спустилась под землю. Теперь и ему надо победить страх перед пламенем, надо доверить свое тело огню.

Эхс все медлил и медлил, не решаясь сделать шаг. Друзья, превратившись в пламена, манили его за собой. Но друзья ли это? Огненным демонам хватило бы секунды, чтобы принять облик Чекс, копуши и Косто.

Но если он не пойдет вперед, то вряд ли сможет вернуться назад. Слишком много на пути преград, ловушек, стен. Нет, в одиночку он все равно не выживет.

И, зажмурив глаза, он погрузился в огонь.

Что-то закружилось…

Потом он приземлился.., на что-то горячее.

– Приветствуем тебя на этой стороне, – раздался голос.

– Чекс! Вот здорово!

– А я уж подумала, что ты так и останешься стоять.

Эхс оглядел себя и понял, что превратился в пламя!

А горячее оказалось источником пламени.

– Осторожно, не отклоняйся от источника, а то потухнешь, – предостерег копуша.

– Копуша! Ты перестал шепелявить! – от удивления еще ярче вспыхнул Эхс.

– А я никогда и не шепелявил, – обиженно ответил огненный Прокопий. – Это вы, люди, уж очень увлекаетесь буквой «с», всюду ее вставляете, и все вам мало.

Эхс решил, что сейчас не время спорить. Лучше проверить, что там с источником пламени. Но оказалось, что даже если он отойдет от одного, то тут же приблизится к другому. Источники были разбросаны на каждом шагу.

Он взглянул на Чекс и увидел, что она изменяется.

– Пламя изменчиво, – пояснила кентаврица, уловив его недоуменный взгляд. Да, именно взгляд.

Все они продолжали видеть, слышать и говорить, но как это происходило, никто из них сказать не мог. – Мне ужасно напекло ягодицы, – продолжала объяснять кентаврица, – и поэтому я решила сменить форму на более походящую в нынешней обстановке.

Кентаврица продолжала изменяться и наконец вовсе перестала походить на кентавра. Теперь она куда больше напоминала огромную свечу.

А вскоре и все остальные, даже Косто, превратились в свечи. И в таком виде продолжили свой путь через царство огня. По дороге они непрерывно подкармливались – то газом, то углем, то деревом. От газа, зеленого и мерцающего, к углю, темно-синему и гладкому, а затем к дереву, желтому и потрескивающему. Без газа, угля и дерева они теперь не могли прожить, потухли бы, умерли. Какой ужас!

И вот, пройдя наконец огонь, путешественники приблизились к кромке воды. Бескрайняя водная гладь расстелилась перед ними. И тропа вела именно к ней.

– Спасибо тебе за помощь, огонь, – сказал Эхс. – Теперь нам нужно преодолеть воду.

Лицо огня показалось вновь.

– Вам не позавидуешь, – произнесло лицо и тут же исчезло.

– О, вода! – обратился Эхс к озеру. – Нас четверо, и нам надо пройти по твоим владениям.

Позволишь ли ты нам сделать это? Не оскорбит ли это тебя?

На поверхности озера образовалось лицо с глазами, похожими на водовороты.

– Ныряйте, – мокро прошлепали губы.

– Но мы все еще горим, – сказал Эхс,» – а вода очень опасна для любого пламени. Мы не погибнем?

На воде образовался широкий, покрытый рябью круг. Это, наверное, и был ответ.

– Я попытаюсь, – сказал скелет. – Мне терять нечего.

Огненный скелет бросился в воду, зашипел и исчез.

– Ух ты! – охнул копуша.

И тут же какая-то рыбешка с белой-пребелой чешуей показалась над водой, выпустила изо рта фонтанчик и вновь с плеском погрузилась в озеро.

Эхс вопросительно посмотрел на Чекс.

– Это был Косто?

– Наверное, – ответила она.

– Тогда нам надо за ним, – сказал Эхс и тоже плюхнулся в воду.

Он всем телом почувствовал, что перестал быть пламенем, но в то же время вода окутала его приятной прохладой. Он вдохнул.., вода прошла сквозь жабры. Да, теперь он стал рыбой.

Раздался еще один всплеск, и одной рыбой в озере стало больше. У этой рыбы чешуйки получились коричневые, и вся она была такая крупная, и белые плавники у нее трепетали.., как крылья!

– Привет, Чекс! – по-рыбьи поприветствовала ее рыба Эхс.

– Я не плыву, а будто летаю! – восторженно произнесла рыба Чекс.

– А я как будто оживаю! – подхватила белая рыба Косто, покачивая костистыми плавниками.

Раздался еще один всплеск.

– Будто в мягких облаках тоннель пролагаю! – пропела откуда-то взявшаяся третья рыбешка, толстенькая, с коротенькими плавничками.

Они проплывали царство воды, стараясь держаться на тропе, обозначенной теперь воздушными пузырьками. Проплывали мимо колыхающихся морских водорослей, мимо булькающих подводных источников; проплывали там, где солнце рассыпало искорки по поверхности воды, проплывали по мелководью, где белый песок лежал, похожий на дюны, проплывали на глубине, где дно терялось во мраке неизвестности.

И это в самом деле было похоже на полет, на какой-то воздушный танец. Расправив легкие плавники, Чекс то подплывала к поверхности, то устремлялась вниз. У Эхса раньше никогда не было желания научиться летать, но теперь и он начал постигать всю прелесть полета. Каким же неуклюжим отныне будет ему казаться пеший путь по земле!

К ним старались приблизиться и другие рыбы, среди них были даже очень большие и грозные, но тропа, очевидно заколдованная, держала их на расстоянии.

И вот наконец они достигли противоположной границы воды. Дорогу им преградила новая стена, но она была прозрачная. Казалось, сквозь нее так легко пройти. Просто надо из рыб превратиться…

– О, Прозрачная стихия! – произнес Эхс. – Нам, четверым путешественникам, надо пройти сквозь тебя…

И тут у Эхса перехватило дыхание. Пустота!

Так это же пустота?

– Пустота! – не выдержав, вскрикнул Эхс. – Отсюда никто не в силах выйти!

– Кроме кобылок-страшилок, никто не в силах, – испуганно подтвердила Чекс. – Моя мама однажды оказалась в пустоте, и кобылка-страшилка вынесла ее. В знак благодарности мама отдала ей половинку своей души!

– И мои отец и мать тоже сюда попали. И им тоже пришлось заплатить! Нет, нам не выйти!

– Но вы забываете, что это не настоящая пустота, а гипнотыквенная, то есть снящаяся, – пояснил скелет. – Это сон о пустоте, пугающий спящих точно так же, как сейчас испугал тебя и Чекс.

Но сон, даже самый страшный, легко можно стряхнуть. Стоит открыть глаза или выйти из гипнотыквы…

Чекс кивнула, что для рыбы было довольно крупным достижением.

– Ну что ж, рискнем, – сказала она. – Тропа ведет именно сквозь стену, а на тропе не страшны никакие опасности.

Она старалась говорить убедительно, но при этом, кажется, очень сильно сомневалась.

– Надо рискнуть, – согласился Эхс. – Иначе мы не найдем то, за чем отправились, – направляющее заклинание.

Эхс надеялся, что сейчас его внешний голос звучит тверже, чем внутренний. На самом деле у него от страха подгибались коленки, и это было вдвойне тревожно, если учесть, что никаких коленок у него сейчас не было.