Читаем без скачивания Тайна голубиного пирога - Джулия Стюарт

Тут мистер Пилгрим поднялся, сообщив, что у него назначена встреча, и направился к двери. Глядя, как он уходит, Минк снова обратила внимание на превосходный покрой его пиджака. Зачем человеку, якобы поглощенному поисками убийцы друга, тратить время и силы на то, чтобы заказывать новый костюм? Если же предположить, что американец воспользовался поездкой в Лондон, где лучшие портные в мире, почему бы ему просто не положить новый костюм в чемодан и не надеть его, когда он вернется домой? Уместна ли подобная озабоченность своим внешним видом, когда принимавший его человек только что умер? Пока лодочник вез Минк обратно через Темзу и ветер поднимал оборки ее платья, в голове принцессы созрел ответ: здесь, определенно, замешана женщина.

Вернувшись во дворец, Минк не обратила ни малейшего внимания на продавца водяного кресса, который смотрел на нее с надеждой во взоре. Она пересекла Часовой двор и направилась вверх по лестнице к Галерее серебряного жезла. Раскрасневшаяся кухарка в заляпанном кровью фартуке и со следами муки на лбу не сразу открыла ей дверь. Взглянув на бирюзовые серьги принцессы, кухарка сообщила ей, что леди Беатрис нет дома. Принцесса сможет найти ее в Цветнике, той части Прудового сада, которая открыта только для жителей дворца.

– Мне надо идти, ваше высочество, – добавила она, – на кухне меня ждет кусок говядины, за которым нужно следить. Чем скорей ее светлость обзаведется новой прислугой, тем лучше. У меня есть более важные дела, чем встречать гостей у входной двери. И кстати, дайте мне знать, когда арестуют вашу служанку. Моя племянница ищет работу.

Минк быстро нашла леди Беатрис на затененной скамейке у стены сада. Рядом с ней стояла корзинка. Глаза леди были закрыты. На ней была большая мятая соломенная шляпа, которую ее хозяйка, как видно, понизила в ранге и стала использовать только для прогулок в саду. Когда принцесса более внимательно присмотрелась к сидящей, она заметила, что та не испытывает столь большого удовольствия от тепла весеннего солнышка, как можно было подумать. Леди Беатрис сидела, крепко сжимая секатор, челюсти ее были плотно сомкнуты. «Неужто эта женщина, обожающая накладные локоны и причудливые шляпки, способна отравить генерала?» – пришло на ум принцессе.

Внезапно леди Беатрис повернулась к ней.

– Рада видеть вас, принцесса, – сказала она, прикладывая руку к сердцу. – Когда я услышала, как заскрипели ворота, на какое-то ужасное мгновение подумала, что это снова полицейский инспектор. Я, право, не отказалась бы выпить немного бренди, но, боюсь, моя кухарка уже с ним разделалась.

– Она была в порядке еще минуту назад, когда я к вам заходила, но до какого состояния дойдет к тому времени, когда говядина будет готова, остается только гадать, – сказала Минк, садясь рядом на скамейку. – Что было нужно этому ужасному инспектору? – спросила она небрежно.

Леди Беатрис объяснила, что он обнаружил в аптеке запись о недавней покупке ею мышьяка.

– К сожалению, я совершенно забыла о нем, как это обычно со мной бывает. И только когда он сказал, что мое имя значится в списке покупавших яды, я все вспомнила. То, что я сначала отрицала этот факт, наверное, показалось ему очень подозрительным, и он принялся строчить в своем проклятом блокноте. Я объяснила ему, что он имеет дело с дочерью маркиза и что мой покойный муж был не только капитаном армии, но и хранителем драгоценностей короны в Тауэре. Однако, по всей видимости, это не имеет значения, когда речь идет об убийстве, – добавила леди Беатрис с негодованием.

В конце концов она была вынуждена сказать инспектору правду: ей потребовался мышьяк потому, что дворцовые коты постоянно угрожали ее птицам.

– Правда, я не зашла слишком далеко: только смешала яд с молоком. Я вдруг подумала обо всех моих соседях, чьи колени эти существа согревают зимой, о радости общения с котами, которую эти люди испытывают. Просто не смогла довести свой замысел до конца. Я чувствую стыд даже оттого, что подобное пришло мне на ум, – сказала она, опустив голову.

Принцесса заверила ее, что не расскажет об этом ни одной живой душе.

– Я должна извиниться за свою служанку, которая пустила слух, что несколько ваших голубей были проданы мяснику. Это, должно быть, шокировало вас, – добавила Минк, пристально наблюдая за собеседницей.

Леди Беатрис еще крепче сжала секатор.

– Да, я слышала про это, – ответила она сердито. – Служанка леди Бессингтон рассказала моей кухарке. Я была в ярости, сами понимаете, но ничуть не удивилась. Генерал постоянно жаловался на моих птиц лорд-гофмейстеру, который попросил миссис Бутс проследить, чтобы я от них избавилась. Но я по-прежнему не обращаю на нее внимания.

– И это правильно, – сказала принцесса, откидываясь на спинку скамьи. – Наши питомцы очень дороги для нас. Однажды у меня жила канарейка. Такая милая птичка. – Она помолчала. – Почему вы решили держать голубей?

Леди Беатрис покрутила в руке колечко горчичного цвета.

– Один из служителей дворца подарил мне пару голубков, – ответила она. – По-видимому, он приятель птичника. К счастью, самец и самочка пришлись по душе друг другу. Это такой захватывающий ритуал! – Она встала и повернулась к принцессе. – Я, пожалуй, начну работу, а то снова пойдет дождь, и сорняков вырастет еще больше. Полицейский отнял у меня много времени, но, по крайней мере, это отвлекло его от вашей служанки. Кажется, некоторые местные жители держат пари, как скоро инспектор ее арестует. Однако я не далее как сегодня утром втолковывала моей кухарке, что на вид Пуки не из таких. Большие ноги совсем не свидетельствуют о преступных наклонностях, сказала я ей. Важный признак здесь – необычная форма головы, хотя Корнелиус Б. Пилгрим, похоже, является исключением. Может, в случае с иностранцами это правило не действует. – Она взяла корзину. – Самое смешное во всей этой истории то, что нынче утром, когда этот ужасный полицейский попросил меня показать ему склянку с ядом, я отвела его на кухню, а мышьяка там уже не было.

Пуки открыла дверь, выходящую в сад, и осторожно выглянула наружу. Ей не хотелось покидать дом, потому что, когда она завязывала ленты на шляпке принцессы, та чихнула три раза. Служанка выразила надежду, что ее хозяйка чихнет еще раз, иначе это будет плохим предзнаменованием. Минк не могла больше сдерживать раздражения и заявила, что, если Пуки действительно не хочет, чтобы ее увезли в полицейском фургоне, пусть поскорее отправится к Элис Кокл и постарается что-нибудь у нее узнать. Ведь из всех слуг эта девушка единственная, кто может посочувствовать в беде, а кроме того, она обожает сплетничать.

Видя, что инспектора Гаппи нет поблизости, Пуки быстро пошла вдоль по Моут-лейн к тюдоровской части дворца, наклонив голову и крепко сжав кулаки. Она и в прошлом уже не раз была близка к смерти. Например, во время штормов, в которые она попадала, когда работала айей – няней, путешествующей со своими хозяевами из Индии в Англию. Бывало, судно качало так сильно, что Пуки мысленно прощалась со своей матерью. Дважды ей доводилось видеть блеск ножа, когда судьба завела Пуки в Лондон, брошенная господами, она слонялась по опасным улицам Ист-Энда. И оба раза Провидение спасало ее. И наконец, был случай, когда махараджа вытащил ее из-под колес экипажа в Сохо, когда она лежала в грязи на дороге, не в силах пошевелиться. Но ничто не страшило Пуки больше, чем мысль о повешении. Ночами ей снилось, как люк эшафота открывается и она падает в него с веревкой на шее, но не теряет сознания сразу, а остается висеть, медленно умирая, и подол платья не закрывает ее больших ног. А пробудившись, Пуки представляла себе, как ее матери рассказывают о бесславном конце дочери, который навлечет позор не только на ее близких, но и на семью махараджи.

Один из солдат показал ей путь к Рыбному двору – высокому узкому проходу со стенами из красного кирпича. Там когда-то хранили свежие продукты для кухни Генриха VIII. Служанка заметила явные признаки жилья. На нескольких окнах пестрели в ящиках весенние цветы, одна из занавесок шевельнулась при звуке ее шагов. Пуки нашла апартаменты графини по табличке с ее именем и, стиснув кулаки, стала ждать перед дверью, когда ей откроют. Вдруг она услышала позади себя шаги и обернулась. Но это оказался всего лишь Пайк, рассыльный мясника, обходивший покупателей с корзиной на плече.

Элис появилась в дверях и сразу же отступила назад, чтобы дать Пуки пройти.

– Нам повезло, – сказала девушка, когда они поднимались по лестнице. – Ее светлость сейчас на собрании Британского птеридологического общества, которое имеет какое-то отношение к папоротникам. Она без ума от этих растений, они даже изображены на ее чайном сервизе.