Категория «гражданин» (в противовес категории «подданный», издавна существовавшей на Древнем Востоке) имела ключевое значение для всего бытия полиса. Гражданин был наделен совокупностью неотъемлемых прав и обязанностей, причем фактически каждое из его прав являлось одновременно и обязанностью. Для того чтобы быть гражданином, человек должен был обладать определенной совокупностью необходимых характеристик. Прежде всего он должен был быть лично свободным. После того как полисный тип социально-политического устройства сформировался в своем окончательном виде, понятия «гражданин» и «раб» стали несовместимы. Далее, гражданином греческого полиса мог стать только мужчина: полисная цивилизация была построена на главенстве мужской части населения. Женщины не имели не только политических, но и вообще никаких (в том числе имущественных) гражданских прав.
Статус человека в докапиталистических обществах прежде всего определялся отношением к земельной собственности. Не являлась исключением и античная Греция. Человек считался полноправным гражданином постольку, поскольку он обладал земельной собственностью. Эти два статуса были, как правило, неотъемлемы друг от друга: только гражданин является землевладельцем и только землевладелец может быть гражданином. Земельная собственность в полисе существовала одновременно в двух формах – государственной и частной, причем государственная собственность выступала первичной по отношению к частной.
Гражданина, т. е. коллективного собственника государственной земли, гражданская община наделяла индивидуальным земельным участком на правах частной собственности, которым мужчина имел право распоряжаться по своему усмотрению. Он оставался землевладельцем, даже если по какой-либо причине терял свой надел, так как статус гражданина обеспечивал ему право на общественную, государственную землю, на которой располагались сдававшиеся в аренду леса, пастбища, рудники и т. д. и от эксплуатации которой каждый гражданин получал свою долю дохода. В античном полисе политический коллектив граждан являлся в то же время коллективом земельных собственников. Лично свободный, но не являвшийся гражданином житель полиса никогда не мог получить в собственность земельный надел, а вместе с этим и права гражданина.
Таким образом, именно община, т. е. коллектив граждан полиса, была владельцем всей земли в государстве. Такая форма собственности, при которой право собственности на основное средство производства (а именно таковым была земля в античную эпоху) в его государственной (общественной) и частной формах обусловливалось статусом гражданина и контролировалось гражданской общиной, называется античной формой собственности. Следует сказать, что этой двуединой форме собственности присуща некоторая противоречивость. Ведь гражданин полиса являлся хозяином своей земли, и его частное право на землю было неотъемлемым лишь до тех пор, пока он оставался гражданином. Коль скоро частный собственник утрачивал гражданские права (например, по приговору суда за определенные преступления), полис на вполне законном основании лишал члена общины принадлежавшего ему надела.
Характерной особенностью полиса было то, что все его граждане имели право принимать участие в управлении государством. Именно гражданский коллектив в форме народного собрания осуществлял – реально или номинально – высшую власть в полисе. Полисная государственность не предусматривала существования особых органов власти. Полисы были государствами без бюрократии, а все магистраты (т. е. должностные лица) выбирались гражданами путем голосования (или с помощью жребия, выбор которого считался проявлением воли богов). Гражданин полиса мог с полным основанием сказать о себе то, что в XVIII в. заявил французский король Людовик XIV: «Государство – это я!» Но при этом гражданин полиса являлся представителем государства не сам по себе, а лишь в составе гражданского коллектива. Таким образом, в греческом полисе впервые в мировой истории сформировалась республиканская государственность, при которой общество и государство не отделены друг от друга, а представляют собой единое целое.
Гражданин был обязан участвовать в военных мероприятиях полиса, т. е. быть членом ее военной организации. Собственно, армия полиса представляла собой ополчение граждан – земельных собственников. При этом воинская повинность, связанная с необходимостью защищать свободу и целостность полиса, его государственность и законы, а также собственность членов гражданской общины, одновременно являлась не только обязанностью гражданина, но и его правом, поскольку она также была одним из критериев гражданского статуса. Лица, не входившие в гражданский коллектив, привлекались в войско лишь в случае самой крайней необходимости.
Таким образом, в античной Греции понятия «гражданин», «член народного собрания», «носитель высшей власти», «член полисного ополчения» и «земельный собственник» были неразрывно связаны. Все граждане были равны перед законом, каждому полис гарантировал личную свободу. Это вело к проявлению в целом ряде полисов эгалитарных (т. е. уравнительных) тенденций, что закономерно в условиях коллективного управления государством. Так, для поддержания равенства в коллективе наиболее богатые знатные граждане зачастую были вынуждены в интересах общества нести наибольшие затраты. Справедливости ради, следует сказать, что в эпоху расцвета полиса эти требования полисной жизни встречались представителями элиты с пониманием.
Естественно, что в силу своего устройства греческий полис мог быть лишь очень небольшим по территории и населению. Так, Спарта (крупнейший в территориальном отношении полис греческого мира), включая завоеванную спартанцами Мессению, имела площадь 8400 квадратных километров и население 200—300 тысяч человек, афинский полис – соответственно 2500 квадратных километров и 250—350 тысяч человек. Но такие крупные полисы были скорее исключениями. Территория большей части полисов не превышала 200 квадратных километров, а население – 10 тысяч человек. Были и совсем маленькие полисы с территорией 30—40 квадратных километров, на которой жили несколько сот человек. Таким образом, типичный полис был крошечным государством, состоявшим из города (или городка) и сельской округи. Большинство жителей такого полиса, который можно было обойти за несколько часов, знали друг друга в лицо.
Город был центром, столицей полиса, зачастую (хотя далеко не всегда) в нем проживало более половины населения государства. Однако город еще не был противопоставлен деревне. Греческое полисное общество принципиально отлично от обществ многих других эпох, когда город являлся средоточием деятельности только торговцев и ремесленников, ведущих специфический городской образ жизни, а крестьянство населяло исключительно сельскую местность. Практически в любом городе Эллады весьма значительную, а порой и преобладающую часть жителей составляли те же крестьяне, ежедневно отправлявшиеся из города на свои земельные участки на хоре. Таким образом, каждый член гражданского коллектива, чем бы он ни занимался (он мог быть, например, владельцем ремесленной мастерской, крупным оптовым торговцем, профессиональным политиком), одновременно являлся землевладельцем (по крайней мере, владел долей общественной земли). А для большинства граждан участок земли был, несомненно, главным средством существования.
Основные характеристики полиса в определенной степени присущи полису «идеальному». Безусловно, при наличии общих тенденций историческое развитие конкретных, реально существовавших полисов имело свои особенности.
Источники
Поскольку архаическая эпоха менее, чем последующие, освещена в трудах древних авторов, большое внимание закономерно привлекают к себе дошедшие от этих времен вещественные памятники, полученные в ходе археологических раскопок. Важные сведения для науки дали систематические исследования историками архаических построек Афин (остатки древнейших храмов Акрополя, ранние сооружения общественного назначения на Агоре), культовых комплексов крупнейших святилищ в Элладе (Дельфы, Олимпия). Очень важные результаты принесло изучение территорий тех полисов, которые были разрушены еще в эпоху архаики и с тех пор не восстанавливались: старой Смирны в Малой Азии, Эмпориона на острове Хиос и др. Так как там древнейшие слои сохранились в неприкосновенности, без позднейших вкраплений, это значительно облегчает их анализ.
Данные эпиграфики для архаической эпохи не имеют большого значения, поскольку письменность появилась лишь недавно и количество надписей было еще невелико. Однако самые ранние греческие надписи чрезвычайно интересны уже в силу их редкости и уникальности. Среди архаических эпиграфических памятников – тексты законов (так, в законе VI в. до н. э. с острова Хиос содержатся упоминания о государственных органах демократического характера), договоры между полисами, списки должностных лиц, а также надписи частного характера. Например, в 591 г. до н. э. греческие воины-наемники на египетской службе во время одного из походов, развлекаясь, начертали на ноге колоссальной статуи Рамсеса II в Южном Египте свои имена. Но и эти немногочисленные свидетельства в совокупности с источниками других типов позволяют ярче увидеть конкретные реалии той эпохи.
