Читаем без скачивания Приговоренный жить - Олег Бажанов

– Вас слушают! – услышал он в трубке голос секретарши.

– Директора, пожалуйста, – попросил Иванов, не здороваясь.

– А кто его спрашивает?

– Начальство нужно узнавать по голосу, Ирина! – наставительно произнес Иванов. – Доброе утро.

– Александр Николаевич, это вы? – извиняющимся тоном заворковали в трубке. – Доброе утро. Одну минуточку, пожалуйста.

– Да? – через пару секунд отозвался Есин.

– Это Иванов. Доброе утро.

После недолгого молчания трубка заговорила:

– Доброе… Где ты?

По голосу стало ясно, что шеф напуган. «Этот все знает» – подумал Иванов.

– Валера, – решил зайти Иванов с дальнего края, – мне, возможно, понадобится твоя помощь. Но пока мне нужно еще пару дней отлежаться. Болею. Но дома не ищи. Извини, пожалуйста, так складываются обстоятельства. Пока больше ничего не могу сказать. При встрече все объясню.

– Ладно, болей, – уже спокойнее заговорил Есин. – Звони, если что. И держи меня в курсе. Ты где?

– Спасибо. Буду звонить, – будто не расслышав последнего вопроса, пообещал Иванов.

– Саня, может, расскажешь, что произошло? Где ты? – поздно встревожился шеф.

– Потом. Я еще позвоню…

Не простившись, Иванов повесил трубку.

Не зная, что предпринять, Александр метался по квартире, как загнанный зверь в клетке. «Сволочь! Тварь продажная!» – ругал он Есина. Как теперь поступить, что предпринять, чтобы не совершить ошибку? Братва, милиция сейчас для Иванова не представляли большой разницы, попади он к ним в руки. Самому уже не выпутаться. Значит, настала пора звонить Быстрову. Иванов снова направился к телефону. Набрав номер, он услышал знакомое «Да?»…

«Как хрупка человеческая жизнь! – думал Иванов, лежа на диване и разглядывая лезвие своего ножа. – Как тонка грань между жизнью и смертью! Не толще этого лезвия. Почему люди не дорожат жизнью других? Почему они бывают так беспощадны и безжалостны друг к другу? Где любовь, где справедливость? Где Бог? Почему он допускает такое?».

Иванов до сих пор до конца не понимал, как он смог в одной драке убить трех человек? Что-то или кто-то попытался удержать его от этого последнего шага на краю пропасти. Но все-таки ему пришлось шагнуть в пропасть! Этот кто-то внутри Иванова, в его голове, теперь твердит постоянно одно и то же: грех… Смертный грех!.. А может, правы те, кто верит, что есть что-то там, во Вселенной? Верит в другую, бестелесную жизнь. Ведь приходило же к Иванову видение женщины в белом, когда он после артобстрела трое суток находился на грани жизни и смерти? Та женщина сказала, что он будет жить. И он выкарабкался.

Иванов стал думать о друзьях, растерянных по жизни: Санек Сучков разбился в Германии через год после выпуска из училища, Толик Морев погиб в Афгане, Вадим Фархеев ушел из армии и летает где-то на Севере, Михаил Ковалев служит в Ростове вместе с Ириной, Виктор Гутов уехал с Оксаной в Белоруссию. Андрей и Марина Ващенки после увольнения из армии тоже уехали в Белоруссию, к родителям Андрея – в Минск. Андрей работает там на стройке. На «гражданке» как-то не обзавелся Иванов настоящими друзьями, так – одни товарищи да знакомые. Тем более, шеф – тот если не предаст из-за трусости, так продаст за деньги. А Юля? Юля – женщина необыкновенная. Но Юля все-таки – женщина. А сейчас Иванову был нужен друг – мужчина, такой, как Виктор Гутов или Андрей Ващенка. Значит, правильно, что позвонил Виктору Быстрову. Тот выручит. Хотя у него в Москве куча неотложных дел. Надо скорее набираться сил самому.

Иванов поднялся и посмотрел на часы. Настало время звонить Ларисе. Быстров уже должен подключить «прослушку». Александр вышел на кухню, плотно прикрыл за собой дверь и набрал прямой служебный номер. На том конце провода трубку не брали, казалось, целую вечность. Наконец, Иванов услышал интонации знакомого голоса:

– Да? Слушаю.

Это была она. Иванов молчал.

– Алло. Я слушаю! – прозвучало более настойчиво.

Иванов произнес в трубку тихо:

– Привет. Узнала?

– Кто это? – недовольно отозвалась трубка.

– Иванов.

– Саша?! – в голосе женщины послышалось изумление. – Ты жив?

– А ты меня уже похоронила? – мрачно пошутил Иванов.

– Саша, это не я…

– Не ты? Лариса, а меня чуть не убили. Почему не ты?

– Саша, приехал Андрей и устроил мне сцену ревности. Весь вечер прахом пошел, встреча сорвалась. Я увела Андрея, не хотела, чтобы он встречался с тобой. Но получилось хуже. Извини…

– Может, это его парни постарались?

– Скорее, нет. Я бы уже знала.

– Ладно. Надо сегодня увидеться.

– Где?

– Если у тебя?

– Приезжай вечером. Часов в девять, – после недолгого молчания ответил голос из трубки. – Только…

– Что?

– Не сильно распространяйся о нашей встрече. Особенно Есину. Ты ему звонил?

– Звонил по поводу себя.

– Не звони больше.

– Спасибо за совет. До встречи!

Теперь Иванов знал, что делать, поэтому почувствовал себя увереннее.

Не принимая возражений жены, Иванов вызвал такси и поехал домой. Нужно было проверить свою квартиру. Подъехав к дому и не заметив ничего подозрительного, он, попросив водителя обождать, вышел из машины, огляделся и вошел в подъезд. На лифте Иванов поднялся на восьмой этаж. Пистолет он держал наготове. В боковом кармане куртки лежала граната. Интуиция не предупреждала об опасности, но напряжение от постоянного ее ожидания не оставляло ни на минуту. На восьмом этаже его никто не встречал. Металлическая дверь в квартиру была закрыта на два замка, как всегда закрывал Иванов. Войдя в квартиру, он, осмотревшись, занялся сортировкой вещей и документов, которые могли понадобиться. Все лежало на своих местах. Похоже, что незваные гости в отсутствие хозяев не приходили.

Переодевшись в чистую рубашку, брюки и джемпер, Иванов стал упаковывать свои вещи: костюм-тройка, пара рубашек с галстуком, спортивный костюм с кроссовками, пара трусов и маек, носки и предметы личной гигиены – этим, пожалуй, можно обойтись на первое время. Взял кое-что из вещей Наташки и Тамары. То, что сюда еще долго возвращаться нельзя, Иванов понимал. Он решил перед уходом проверить содержимое бумажника, который служил ему запасником для «заначки» и всегда хранился дома в потайном месте. В бумажнике оказалось несколько мелких купюр американских долларов. Их Иванов аккуратно сложил в одну стопочку. Крупные российские бумажки – в другую, а оставшуюся мелочь просто сунул в карман. Потом, пересчитав российские рубли, Иванов разложил их поровну в два отдельных кармашка. Теперь нужно еще снять деньги с банковского счета, где у Иванова хранилась офицерская пенсия и небольшая сумма на «черный день».

Кинув с порога на квартиру прощальный взгляд, Иванов закрыл дверь и вышел в подъезд. Не хотелось бы ему сейчас встретить кого-то. Руки занимали сумки. Но обошлось…

За окнами сгустились сумерки. Не дождавшись с работы Юлю и оставив нежелающую ужинать капризничавшую Наташку на попечении жены, Иванов спустился к машине. Запустив двигатель и прогрев салон, он плавно тронул автомобиль с места. К дому Ларисы Иванов подъехал задолго до назначенного времени и остановился на углу так, чтобы иметь возможность просматривать всю улицу.

Глядя на окна и дверь в подъезд, он простоял около двух часов, время от времени запуская двигатель для обогрева. Никто из знакомых из подъезда не выходил и не входил в него. Никаких вызывающих сомнение машин Иванов не заметил. Примерно минут за сорок до встречи у дома остановился, светя фарами, большой темный «Мерседес», из него вышла в расстегнутой длинной шубе Лариса и зашла в подъезд. «Мерседес», осветив машину Иванова, покатил дальше, в конце улицы показав поворот и мигнув стоп-сигналами. Иванов посмотрел вверх: в знакомых окнах зажегся свет. Скользнув взглядом по сторонам, Иванов на всякий случай проверил в кармане пистолет и гранату.

За десять минут до назначенного времени он достал мобильный телефон и, набрав номер, попросил Ларису выйти на улицу.

Ровно в двадцать один ноль-ноль массивная дверь подъезда открылась, и из нее вышла Лариса в короткой норковой шубке. Иванов, еще раз осмотревшись, запустил двигатель и, включив ближний свет, медленно подкатил к ожидающей его женщине.

– Садись! – бросил он ей через опущенное стекло.

– Ну здравствуй, Саша! – красавица разместилась в кабине рядом с водителем. – Ко мне зайти не хочешь?

– Здравствуй, Лора. Ты, как всегда, неотразима! Давай в машине поговорим. – Иванов, чаще обычного поглядывая в зеркало заднего вида, направил автомобиль по освещенным вечерним улицам в сторону окраины города.

– Я закурю? – после короткого молчания спросила Лариса.

– Кури.

Иванов никому не разрешал курить в своей машине, но сегодня расположение этой женщины было ему необходимо.

– Что такого экстренного стряслось, что ты меня из дома вывез? – спросила Лариса, выпуская через тонкие сжатые губы струю дыма. Но ее глаза смотрели настороженно.