Читаем без скачивания Уничтожить взрывом - Альберт Байкалов

– Я так понял, ты агент?

– Что-то в этом роде, – усмехнулся Сергей. – Только ничего не говори Ларисе.

– Через час нас будут встречать, – напомнил Спиридонов. – Имей в виду.

– Хорошо, я пока от трупа избавлюсь.

К тому моменту, когда подошли к Атрашевску, Сергей успел сбросить Дышева за борт и замыть следы крови. Внимательно осмотрел все помещения и нашел взрывное устройство. Так называемый самоликвидатор был вмонтирован в перегородку между каютой Кивинова и экипажа. Три килограмма пластита должны были превратить судно в труху. Взрыватель был простой. Управление осуществлялось по сигналу сотового телефона. Обезвредив его, он позвонил Родимову:

– Нужно срочно эвакуировать двух человек, – едва генерал ответил, выпалил Сергей. – Мне ходу осталось около десяти километров.

– Мы знаем, где ты находишься, – успокоил его генерал. – Но ребята не смогут подойти к катеру. Люди Салеха также крутятся поблизости. Придумай что-нибудь сам.

Сергей открыл шкафчик, в котором хранилась одежда Ильича, и вынул из него несколько пар брюк, рубашку и обувь. Снял с одной из кроватей одеяло и простыни. Повозившись, сделал что-то вроде манекена, одетого в шмотки капитана. Вышел в коридор и постучал в двери каюты Кивинова. Не дожидаясь, когда Лариса откликнется, вошел.

Девушка с задумчивым видом стояла у иллюминатора.

– У тебя, кроме этой, одежда есть?

– Да, – вскинув на него удивленный взгляд, растерянно ответила она. – А зачем тебе?

– Пошли. – Он провел ее обратно в кубрик команды, где на полу лежал манекен старика. – У тебя мало времени. Точно такой должен быть здесь через десять минут.

– Я на него спортивный костюм натяну, – с ходу догадавшись, в чем дело, оживилась Лариса и бросилась обратно. – И парик у меня есть!

– Постой! – он вывел ее в коридор. – Нужно отрепетировать одну сцену…

Как Сергей и предполагал, в назначенном месте к ним на резиновой лодке отправился один человек. Оно и понятно, общий вес контейнеров почти сто килограммов. Вдвоем пришлось бы делать две ходки. На берегу маячили еще фигурки людей.

Пока Лариса стояла рядом с рубкой, следя за тем, чтобы на реке не появились посторонние суда, Ильич с Сергеем перетащили к борту все контейнеры, а затем на веревке спустили их в лодку.

– Там дальше, слева по течению, затон, – махнул парень из лодки рукой, – в нем катер утопишь. За тобой подъедут.

С этими словами он уперся веслом в борт и оттолкнулся.

Сергей бросил взгляд в сторону берега. Сразу несколько человек, затаив дыхание, следили за лодкой. Наверняка в машинах, которые стояли чуть поодаль, за кустарником, тоже люди, среди которых может быть и Салех.

Сергей вынул пистолет и направил его на Ильича.

– Ну что, дед, прощай! – с этими словами он нажал на спуск, целясь левее головы.

Как и договаривались, дед вскрикнул и, схватившись за горло, побежал, шатаясь из стороны в сторону. Над рекой раздался истошный вопль Ларисы, которая метнулась на него сзади. Сбросив ее на палубу, он выстрелил и в нее, а сам подскочил к деду, стоявшему на четвереньках, и снова дважды выстрелил рядом с головой. Тот упал.

Парень, плывший от катера на лодке, сначала перестал грести, однако, быстро взяв себя в руки, принялся работать веслами как мотор.

Сергей развернулся к Ларисе. Держась за живот испачканной красной краской рукой, она мастерски изобразила, как пытается спрыгнуть за борт, но ей не хватает сил перебраться через ограждение. Еще выстрел, и она упала к его ногам.

Схватив ее за щиколотки, он поволок девушку к трапу, находящемуся с другой стороны рубки. Неожиданно зазвонил телефон.

– Ты что творишь! – раздался крик Зарзура. – Лодке не дал уйти!

– Дед услышал, как твой человек инструктировал меня по поводу катера, и обо всем догадался, – соврал Сергей. – Кстати, у него тоже ствол был. А бабу замочил, так вы же сами видели, как она бросалась. Они же родственники!

– Дуй вниз по течению! – сквозь зубы процедил Салех и отключился.

Сергей посмотрел в сторону лодки. Она уже причалила к берегу. Вокруг нее суетились люди. Он вошел в рубку, поднял якорь, включив «малый ход», и, застопорив рули, вернулся на палубу.

С берега Ильича нельзя было разглядеть. Его закрывал небольшой бортик, идущий под ограждением палубы. Ларису и вовсе на глазах террористов он затащил за рубку. Там девушка, спешно сняв с себя спортивный костюм, надевала его на свой муляж. Схватив уже готовый манекен Ильича за ноги, гремя привязанной к ногам гирей, он подтащил его к борту и свалил в воду. Потом обошел рубку и повторил маневр с другим чучелом. Полынцев был уверен, что с берега все выглядит правдоподобно.

– Как думаешь, – провожая взглядом несущиеся по шоссе машины, заговорил сидящий за рулем Пьянов, – не вляпаемся прямо здесь с этим посольством?

Русаков поерзал на сиденье и сокрушенно вздохнул:

– Не должны. – Он посмотрел на свое отражение в зеркало заднего вида. – Мне непонятно, почему мы едем после всего на другой конец острова, а потом возвращаемся в Грецию на катере, тогда как остальные чухнут отсюда еще до взрыва.

– Не волнуйся. – Пьянов достал сигарету и закурил. – Обычные меры предосторожности на крайний случай. Вдруг какая-то неувязка при угоне будет, тогда хоть кто-то до России доберется. Там мы нужнее.

Некоторое время Русаков сидел молча, переваривая в голове ответ. Затем почему-то поднял стекло. Кашлянул в кулак.

– Боюсь, нас используют на станции как пушечное мясо. Сам подумай, – он перевел взгляд на Пьянова, – какой теракт чехи в России ни проводили, все кончалось провалом.

– Ты уверен, что на начальном этапе среди них не было таких же, как мы, наемников? – Пьянов, сощурившись, посмотрел на него. – Просто, когда объект захватывался, таким людям они давали возможность уйти. Это у них джихад. Для нас это только возможность заработать деньги. Разве Аль Фазим не понимает, что, кинув нас, он потом не найдет в свои ряды добровольцев? Только захватим станцию, сразу уйдем с ее территории. Увидишь. Тем более он же говорил, что после всего у нас будут еще дела.

– Хорошо бы, – уже без тревоги в голосе ответил Русаков. – Где этот козел?

– Ты о Егорове? – Пьянов бросил по сторонам взгляд, все еще надеясь, что, опоздав к месту сбора, их третий напарник приедет к аэропорту. – Что-то случилось.

– А вдруг испугался? – выдвинул предположение Русаков.

– Как он потом отсюда свалит без денег? – усмехнулся Вован, посмотрев на компаньона удивленным взглядом.

– Вложит нас, а потом его как-нибудь за счет государства домой отправят, – выдвинул предположение Русаков. – Еще и героем сделают.

– Ага! – хмыкнул Пьянов. – Ты же знаешь, что на нем труп. Так он и разбежался сдаваться, даже грекам.

– Автобус! – указав взглядом на выезд из аэропорта, почти выкрикнул Русаков.

Заведя машину, Пьянов выехал с автостоянки, вслед за грузопассажирским «Фордом» посольства.

– Точно их там всего двое? – заволновался Русаков.

– Не волнуйся, – успокоил его Пьянов, обгоняя вклинившуюся между ними и микроавтобусом машину. – Даже если больше, уделаем их в три секунды…

До условленного места оставалось совсем немного. Русаков позвонил Филиппову и сообщил, что они уже начали преследование.

– Черт! – Пьянов сплюнул себе под ноги. – Машин, как назло, много.

Впереди показался дом, рядом с которым поворот, в который они должны были свернуть уже на микроавтобусе. Русаков достал газовый баллончик. Пьянов пошел на обгон. Почти обойдя «Форд», он резко принял вправо и притормозил.

От удара обоих сильно мотануло из стороны в сторону. Машина встала. Из микроавтобуса выскочили двое парней в майках и шортах, рассеянно оглядывая повреждения. Пьянов схватил заранее приготовленную тряпку и быстро протер руль, рычаг переключения передач и надел тонкие перчатки. Его напарник уже выбрался наружу.

– Ну, вы, блин, даете! – с ходу заорал он на водителя не столько оттого, что так требовалось себя вести, сколько от страха.

– Вы что, совсем охренели под колеса бросаться! – возмутился тот.

Краем глаза заметив, что Пьянов уже рядом с напарником водителя, Русаков направил газовый баллон в лицо парню.

Охнув, тот схватился за лицо. В это время Вован двумя ударами вырубил второго и бросился в кабину «Форда». Через минуту они уже ехали к месту, где, совершив наезд на камень, должны его бросить…

Сидя у окна автобуса, следующего по маршруту Никосия – Пафос, и глядя на проносившиеся мимо пейзажи, Русаков умудрился, снимая напряжение, осушить почти бутылку коньяку.

– Плохо не будет? – покосившись на подельника, усмехнулся Пьянов.

– Даже не опьянел! – хмыкнул Русаков, ударив себя по колену. – Вот что значит нервы.

Несмотря на жару снаружи, внутри комфортабельного «Мерседеса» было прохладно.