военная мощь США и другие меры принуждения надо применять в отношении любой страны, которая не склоняется перед ультиматумами США или сопротивляется организованным США переворотам.
Где бы неоконы ни сталкивались с сопротивлением, они никогда не меняли своей стратегии, просто переходя на другой уровень. Разозленные ролью России в препятствовании военному нападению США на Сирию и Иран, неоконы начали эскалацию геополитического конфликта, придвигая его к границе России, провоцируя насильственное свержение избранного президента Украины[114]
Пэрри называет Washington Post, в частности, верным органом неоконсервативных милитаристов. Но объединение в синдикаты спонсируемых ЦРУ журналистов отлично известно и задокументировано в течение десятилетий. В этом отношении то, что не обнародуется в редакционных статьях, размещается с помощью статей с личным мнением авторов, представляющих собой рупоры, которые надежно согласуются с одобренным консенсусом.
Предстоит еще разобраться, в какой степени Обама на деле может быть заложником неоконсервативной хунты чинуш Госдепартамента. Пэрри продолжает:
Неортодоксальная внешняя политика Обамы — по существу, работающего в тандеме с президентом России, а иногда и идущего наперекор его собственной внешнеполитической бюрократии, — вынудила Обаму ненатурально оскорбиться при столкновении с тем, что он воспринял как отпор со стороны России, например, с ее согласием предоставить временное убежище информатору из АНБ Сноудену.
И хотя Обама должен был выразить сильное недовольство предоставлением убежища Сноудену, следует иметь в виду, что во многом Путин сделал Обаме одолжение, удержав того от преследования Сноудена со всеми сопутствующими последствиями как для национальной безопасности США, так и разрушительными политическими последствиями для либеральной базы Обамы[115]
Помимо Путина и Сноудена Обама опроверг слова своего госсекретаря Джона Керри, заявив, что будет стремиться получить одобрение конгресса, разрабатывая с Путиным разрядку сирийского кризиса после речи Керри 30 августа, содержавшей почти что объявление войны. Это может быть показателем глубокого раскола внутри кабинета Обамы или мешанины других расколов на «шахматной доске».
За победой Обамы в 2008 году последовали новости с похвалами его стратегии «команды соперников» за уровень назначений в кабинет, которые, как оказалось, включали многих высших официальных неоконов из администрации Буша. Некоторые (как Роберт Гейтс с его мемуарами «Долг») заявили, что Обама всегда был подозрителен в отношении агрессивной позиции этих стойких неоконов, что вынудило его очертить тесный круг доверенных, опытных фанатов, собравшихся вокруг выдающегося демократического сторонника ортодоксального Вашингтонского консенсуса, вице-президента Джо Байдена.
Хвастливые заявления Обамы о желании собрать команду «соперников» выглядели бы более искренними, если бы его соперники существенно расходились в вопросе внешнеполитических целей США. Более вероятно, тактика была направлена на то, чтобы внести внешнеполитическую динамику туда, где на самом деле существовала подавляющая ортодоксия, и даровать престижную передачу наследства от Авраама Линкольна первому «чернокожему» президенту США (чьи родители столь же «белые», сколь и «черные», не говоря уж о связях с ЦРУ[116]).
Тем временем по основным газовым трубопроводам российский природный газ и нефть перекачиваются на европейские рынки, главным образом в Германию, для которой демократия на Украине — совершенно неуместная, если не назойливая помеха.
Яц и в самом деле «свой парень» для управления потоками энергетического экспорта из России, в том числе ее 76 %-ных поставок природного газа в Европу, которая получает 15 % из них через Украину. И наоборот, Путин вовсе «не наш парень» для того рода национализма, который президент NED Карл Гершман находит столь безвкусным, хотя и не упоминает об этом в своей статье в Washington Post от 26 сентября 2013 года из-за заключения в тюрьму миллиардера и нефтяного олигарха Михаила Ходорковского за маневрирование продажей нефти «ЮКОСа» Exxon в 2013-м. Такой национализм никуда не годится.
Необходим другой национализм, национализм в стиле МВФ, как с недавно объявленными планами министра финансов Украины, назначенной Вашингтоном, сократить пенсии на 50 %, чтобы оплатить западным банкирам их щедрые займы.
За собственно «Великой шахматной доской» скрывается и добыча сланцевого газа, которая теперь разворачивается в континентальной части США и имеет значительные последствия, ведь верные Вашингтону энергетические компании готовы вновь вернуть США положение ведущего экспортера энергоносителей в самом ближайшем будущем[117].
К обычным подозреваемым добавляется и «Шеврон» с ее явно существующими мотивами ограничить основной российский экспорт, особенно теперь, когда Китай может заменить Европу как ведущий импортер российского природного газа. По этому сценарию выравнивание среди конфедерации БРИКС (Бразилия, Россия, Индия, Китай) будет усиливаться, что еще больше угрожает находящемуся в опасности нефтедоллару[118].
Если украинские «националистические» угрозы взорвать российские газовые трубопроводы приведут к «инциденту»[119], газовые интересы США получат неожиданные доходы в краткосрочной перспективе, поскольку мерзнущая Европа на следующую зиму будет искать поставок газа где-то еще. С такой перспективой может показаться, что «Великий гамбит», разворачивающийся на Украине, подразумевает нечто большее, чем обычный консенсус.
Если нефтедоллар будет колебаться, как полагают некоторые наблюдатели, возникнет мрачная угроза — если импульсивный имперский Вашингтон в какой-то момент опрокинет «шахматную доску» ради «большой перезагрузки», чтобы получить свое, несмотря на любой оговоренный консенсус.
Сдерживание России
Стивен Лендман
Это давняя политика США. В обращении 18 марта по Крыму Путин был совершенно прав, сказав: «У нас есть все причины считать, что печально известная политика сдерживания, проводившаяся в XVIII, XIX и XX веках, продолжается и сегодня». Западные страны «постоянно пытаются загнать нас в угол, поскольку у нас независимая позиция, поскольку мы ее придерживаемся и поскольку мы называем вещи своими именами, не занимаясь лицемерием». «Всему есть предел, — добавил он. — На Украине наши западные партнеры переступили красную черту». Они «действовали безответственно и непрофессионально».
Путин обладает отвагой говорить то, что необходимо слышать публично. Сдерживание России — давняя американская политика. Она отражает гегемонистские амбиции США. Это создает риск потенциально агрессивной конфронтации по линии Восток — Запад.
Еще в 1917 году Вашингтон и Британия хотели разрушить новое Советское государство. За три месяца до окончания Первой мировой Британия возглавила многонациональные силы. В то время Ллойд Джордж был премьер-министром, Черчилль был военным министром и министром авиации Британии. Вудро Вильсон был президентом США. Были задействованы тысячи американских морских пехотинцев. Они вторглись в Россию. Они провели вторжение против войск большевиков. Они оставались там до апреля 1920-го.
Так называемая превентивная война провалилась. В то же время пропаганда «красной угрозы» набрала силу. Политолог Мюррей Левин назвал ее «всенародной антирадикальной истерией, спровоцированной нарастающим страхом и тревогой перед тем, что большевистская революция в Америке неизбежна — революция, которая изменит церковь, дом, брак, гражданственность и американский образ жизни».
Газеты рекламировали страхи. Ксенофобия неистовствовала. «Индустриальные рабочие мира» (ИРМ) демонизировались. Позже подлые
