— Ты сильная, — отметил он. — Очень сильная. Конечно, каждому хочется обладать такой красавицей, пополнить коллекцию… Я ответил на твои вопросы?
— Частично, — согласилась она, подозревая, что, если б не ее красота, их бы положили в местечко похуже. И все же, это не объясняет главного… Что наемному клану огненных магов понадобилось от простой горной ведьмы и ее несчастного мужа. И, между прочим, могли бы дать ему воды. Умрет же, а знаете, как тяжело копать такую сухую землю? Сжигаете-то вы только своих, а сверху оставить не вариант, запах не доставит вам удовольствия.
Она опасливо покосилась на Геора. Тот, казалось, так и не пришел окончательно в себя, все еще пребывая на грани между сознанием и беспамятством.
Магнус ухмыльнулся.
— Как жаль, что ты смотришь на него такими влюбленными глазами. Отвернись, ничего за пять минут с твоим спутником не случится. Посмотри лучше на меня. Впечатляю?
Дара смерила его таким взглядом, что не надо было оказаться знатоком человеческих душ, чтобы понять, что она сейчас о нем думала. Конечно, не отметить, что мужчина был красив, девушка не могла. Ей нравилось, как сверкали пламенем его темно-зеленые, странного оттенка глаза, да и ярко-рыжие волосы горели особенным пламенем, таким, как может быть только у огненного мага. Легкая небритость, всегда раздражавшая Дару, здесь казалась даже уместной, словно подчеркивала мужественные черты лица, а зеленые глаза сверкали, словно драгоценные камни.
Кожа не была загорелой — огненные маги даже в самой жаркой пустыне не менялись, не чувствовали на себе влияния солнца. В их жилах, казалось, текло пламя, а не настоящая кровь, и потому даже самые высокие температуры не были им страшны.
Если верить всем этим россказням об огненных магах, разумеется.
Дара была свято уверена в том, что их не существует. Она не раз слышала страшные истории о том, как огненные маги выполняли заказы за огромные деньги, но никто не подтверждал смерть именно от них магии. Они умели убивать своих жертв одним прикосновением собственного пламени, ведь погасить его против желания мага было практически невозможно.
Что ж, Дара опасалась, что им с Геором придется испытать что-нибудь подобное на себе.
— Может быть, и впечатляешь, — подала голос девушка, с трудом преодолевая желание добавить еще несколько крепких словечек, которые она выучила за свои долгие годы жизни на пиратском корабле. — Но только я девушка замужняя, и потому предпочитаю не обращать внимания на посторонних мужчин. К тому же, сейчас меня интересует не так твоя привлекательная внешность, как ответ на один мой занимательный вопрос.
— И какой же? — поинтересовался мужчина, заинтересованно изгибая брови.
— Зачем мы здесь? Не просто для того, чтобы проиграться, правда?
— Почему же? Огненные маги любят красивых женщин.
— Спасибо за комплимент, конечно, — скривилась Дара, — но Геор слабо напоминает мне красивую женщину, — она кивнула на мужа. — А он здесь, причем живой. Его вы за что оставили? За красивые глаза, или среди ваших водится кто-то, кто выступает по мальчикам?
Среди девушек огненные маги практически не встречались. Впрочем, почему "практически"? Если горный ведьмак — редкое явление, и Геор, скорее всего, первый с таким даром, то у огненных магов своего Геора женского пола еще не случилось. Род они продолжали на стороне, и если дети рождались одаренными, приходили за ними, когда те становились старше, и принимали в свой клан.
Не так жестоко, как у горных ведьм, по крайней мере, неодаренных никто не сжигал, но традиции все равно не впечатляли.
И все же, для Дары это прежде казалось далекой сказкой. Она никогда не сталкивалась с настоящими огненными магами до сегодняшнего дня.
— Да, ты права, он — не красивая женщина, — вздохнул Магнус. — Хотя вот тебя бы я согрел холодной зимней ночью, ведьма.
— Благодарю, я и так не особо мерзну. А сейчас так тем более.
— О да. Но, должно быть, ты и сама догадываешься, что вашу смерть заказали, не так ли? Должно быть, я тебя очень сильно расстрою, но даже не вашу, а лично твою… Только не плачь. Это может стоить тебе скорой смерти в пустынных землях.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
Дара скривилась. Ну, конечно!
— А он, — кивнула она на Геора. — Его тоже заказали?
Магнус оглянулся, словно проверял, никто ли его не слышит.
— Тихо, красавица. Здесь есть мои люди, и мне бы не хотелось, чтобы они были в курсе подробностей… Я не сказал им, что хочу с вами сделать. И за что нам заплатили.
Дара закатила глаза. Она покосилась на Геора, но тот, кажется, то ли уснул, то ли потерял сознание, и огненный маг постепенно переставал говорить загадками, с каждым разом все ближе и ближе подводя ее к истине.
— Мне сказали, что ты должна быть мертвой, — протянул он. — А его мне следует припугнуть, возможно, немного ранить — солнца будет достаточно! — и отпустить. Пусть считает, что ему удалось отделаться легким испугом, пока его прелестная супруга сгорала от моего пламени.
Дара скривилась.
— Что-то я не заметила, чтобы меня кто-то пытался поджечь. Мне кажется, или ты не до конца выполняешь свои обязанности, а какая-нибудь несчастная… хм, скажем, несчастная графиня зря заплатила свои деньги?
Судя по тому, как сверкнули глаза у Магнуса, она попала в точку.
— Королева, — прошептал маг. — Ты настоящая королева, ведьма… Знаешь, у меня есть для тебя одна любопытная сделка. Мне кажется, тебе обязательно должно понравиться! Только не спеши отказываться, прежде чем услышишь все условия.
Дара тяжело вздохнула и попыталась устроиться поудобнее. Что-то подсказывало ей, что ничего неожиданного Магнус так и не скажет. Взгляд, голодный, заинтересованный, выдавал довольно стандартное мужское желание. И все же, Ларе было любопытно услышать, насколько далеко готов зайти огненный маг. Он, как любой обладатель магии пламени, был, наверное, мужчиной страстным, собственником и эгоистом, плохо понимающим, что, помимо его желаний, существуют и желания других людей, и те не готовы ломать собственную жизнь ради чужого удовлетворения.
— Мы отпустим твоего спутника целым и невредимым, — протянул Магнус, — а тебя огласим мертвой для нашей заказчицы. Должно быть, ты даже знаешь, о ком идет речь? — Дара догадывалась, но кивнуть все-таки не решилась. — А ты останешься здесь.
— И буду греть тебе постель, рожу одаренного мальчишку, осчастливлю клан будущим убийцей, а потом где-то тихонько сгорю. Интересные условия, — скривилась Дара. — Мне не подходят.
— Зачем сгорать? — Магнус подался вперед и поймал ее голову за подбородок.
Прикосновение его пальцев обжигало кожу.
— Я никогда не встречал женщины красивее. У горных ведьм их лицо — это оружие, и настоящая горная ведьма согласилась бы, надеясь, что сможет околдовать после. Почему ты отказываешься? Гордая?
— Умная, — скривилась Дара. — Мне отлично известно, насколько магия горных ведьм бесполезна против огненных магов. На тот свет мне не хочется. Ты, скажем прямо, привлекательный мужчина, но я все равно гораздо больше желаю проводить время со своим мужем, а не в излишне теплой постели огненного мага. Пригласи-ка туда кого-нибудь другого, а меня оставь в покое.
— И ты не боишься смерти?
Дара скривилась. Почему-то в это мгновение о смерти она не думала совершенно.
— Рано или поздно все там будем, — ответила она с усмешкой на губах. — Ты все равно должен будешь отпустить моего мужа, потому что это часть сделки, за которую ты получил деньги.
— А тебе не интересна жизнь без него?
Дара вздохнула. Можно было сказать, что да, подтвердить опасение огненного мага, прослыть дурой и успешно сгореть на костре сейчас же, но Дараэлла почему-то подумала, что, даже если б она не знала Геора, все равно не согласилась бы на предлагаемую сделку. Конечно, она получала жизнь в обмен на то, что составит компанию, в принципе, довольно привлекательному мужчине, но насколько эта жизнь будет хороша? Дара не считала себя настолько глупой и наивной, чтобы поверить в счастливое светлое будущее в клане огненных магов.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
