Неужели не понимает, какую боль причинил? Мне хочется пройти мимо, но он останавливает меня.
— Нам надо поговорить! — сухим баритоном произносит он и делает шаг вперёд.
— Тебе надо! — поправляю я. — Мне — нет.
— Мира, я уже наказан за то, что сделал с тобой, с нами… Ты можешь ненавидеть и проклинать меня, но, выслушай!
— Вольский, сколько тебе раз можно повторить: «мы» в прошлом! Тебя когда-то давно любила другая Мира, глупая девочка, которая ходила в розовых очках и беспрекословно верила тебе. Её больше нет! Приди в себя! Оставь меня в покое! — пытаюсь объяснить ему я, при этом сдерживая себя в руках.
— Не хочу! — он делает шаг навстречу, и меня начинает мутить от запаха его парфюма (когда-то любимого мной).
— Не приближайся, а не то я закричу! — предупреждаю я. — Я выхожу замуж. Если тебя даже это не останавливает…
— Я же сказал тебе, что ты ждёшь моего ребёнка, Мира! За кого ты выходишь?
— Серьёзно? — не могу сдержать я смех. — Ты в курсе, что в клинике делают не только оплодотворение семенем донора? Там делают ЭКО! Я точно знаю, кто отец моего ребёнка, и я выхожу за него замуж.
Я прикусываю щёку изнутри до болезненного спазма. Не планировала этого говорить, но слова вырвались с языка сами по себе. Я могу только догадываться, кто отец моего ребёнка, но блеф порой спасает. Смотрю прямо на Вольского, лицо которого искажается от презрения. Не удалось провести меня? Я больше не та глупышка, которой была раньше…
— За кого ты выходишь замуж? Уж не за этого сопляка Артура ли? Он же тряпка… — фыркает Борис.
«А ты?» — хочется спросить, но я держу язык за зубами, не хочу наживать себе врага в его лице. Пока мы просто «нейтральные бывшие», и лучше, чтобы так и оставалось.
— Нет. Я выхожу за Ивана Орлова.
Вольский резко меняется в лице: кожа на скулах натягивается и бледнеет. Он смотрит на меня, не моргнув, а я на него. Игра в гляделки длится несколько секунд, и я замечаю, как сильно мой бывший муж состарился, стал совсем другим. Больше не тот Борис, которого я когда-то любила… Или он всегда был таким, но я смотрела на него не под тем углом…
— Скажи, что ты шутишь? Он ведь…
— Я люблю его, — отвечаю я без тени сомнения в голосе. — Двигайся дальше! У тебя сейчас есть беременная жена! Не надоело ещё от беременных жён уходить?
И снова накатывают воспоминания, от которых саму потряхивает. Вот живое напоминание стоит передо мной и хлопает глазёнками, а я вижу его… с ней…
— Клара беременна не от меня, — цедит сквозь зубы Вольский.
— А ты ДНК тест делал? — он мотает головой мне в ответ. — Так сделай! Это облегчит тебе жизнь! Что если ты снова можешь потерять своего ребёнка? А? Не думал об этом?
— Значит, ты точно всё решила? Я понимаю, что сам виноват, но мы могли бы попробовать построить отношения с чистого листа… Во имя нашей девочки…
Внутри всё закипает от ярости. Как смеет он трогать нашу дочь?! Нашу девочку?! Сволочь! Я не могу сдерживать порыв гнева, который теперь так и рвётся наружу. Я честно хотела обойтись без взаимных упрёков и истерик, но теперь не могу.
— Не смей трогать нашу дочь! — рычу на него я. — Ты даже к ней на кладбище не ходил! Ты хоть раз пожалел о том, что сделал, когда мы хоронили её? Да ты даже на похороны не явился, отправил какой-то захудалый букет… Тебе плевать было на неё! Всё кончено, Вольский! Просто прими этот факт.
Я иду к своей машине. Чувствую, что его взгляд прожигает мне спину. Оборачиваюсь на секунду и замечаю слёзы, застывшие во взгляде Вольского.
Перед глазами снова мелькает картина из прошлого: эта тварь, пристроившаяся между ног Клары… Резкая боль в животе…
«Ненавижу тебя», — хочу сказать я, но понимаю, что он и этих слов не достоит, поэтому просто сажусь в машину и завожу её. Надеюсь, что встреча с Иваном поможет мне зализать раны, которые теперь снова начали кровоточить, словно их вскрыли тупым лезвием.
* * *
— Привет, — улыбается Мира, когда мы встречаемся на парковке. Она приближается ко мне и останавливается в нескольких шагах.
Я специально не ушёл в офис и ждал её: очень хотел увидеться. Я дарю ей ответную улыбку и любуюсь ею.
— Привет! Что-то случилось? На тебе лица нет… — спрашиваю я, ощущая, как тревога начинает заполнять душу.
— Да нет… Нормально, — пожимает она плечами. — С бывшим встретилась… Вроде бы удалось расставить с ним всё по своим местам.
— Он тебя не обидел? — руки сами сжимаются в кулаки.
Набить бы этому Вольскому морду…
— Нет. Всё хорошо. Просто воспоминания о прошлом в голове промелькнули…
У Миры в сумочке звонит телефон, она достаёт его и смотрит на экран. Отвечает сразу и шепчет мне одними губами, что это Валя. Они говорят несколько секунд, и я понимаю, что позавтракать вместе у нас не получится.
— Прости, — ведёт плечом Мира. — Мне надо бежать. Там какой-то недовольный клиент хочет встретиться именно со мной. Валя уже не знает, как его убедить… В общем…
— Я провожу! — киваю я и провожаю её до лифта.
Договорившись встретиться после работы и отпустив Миру, я смотрю на часы. С Артуром договорился встретиться с утра, и в течение часа он должен будет прийти вместе со свои «юристом». А на обед у меня есть кое-какие планы…
Владимир здоровается со мной сквозь зубы, но я не обращаю на это никакого внимания, игнорирую поведение, которое кажется мне детским. Нелепая обида за то, что начальник принял решение, не спрашивая мнение подчинённого.
Захожу в кабинет, удобно сажусь в кресло, и перед глазами появляется улыбка Миры… Такая очаровательная, обещающая счастье…
— Иван Александрович, к вам пришли! — сообщает секретарша по голосовой связи, вырывая меня из грёз и заставляя вздрогнуть.
Я точно знаю кто это. Распрямляю плечи и пытаюсь настроиться на серьёзный разговор.
